Фото шим каста – Шым

Автор: | 30.05.2019

Шым

Шымановский Валера — мой псевдоним. В 2001 году его придумал журналист, писавший статью о «Касте». Всех он назвал своими именами, а мне дал такое. Видимо, он вывел его из моего псевдонима «Шым» и выражения моего лица на тогдашних фотографиях. Признаюсь, я был польщён. А чё? Круто… Ха. Валера Шымановский.

Меня зовут Михаил Епифанов. Я родился в семье научных работников 25 января 1979 года. Мой отец — доктор математических наук, преподаватель Ростовского Государственного университета, моя мама — научный сотрудник в НИИ.

Мы жили в пятиэтажке на окраине западного микрорайона Ростова-на-Дону. Это было отличное место для полноценного детства! Ватага сверстников, велосипеды и санки. Через дорогу огороды, за огородами — заброшенный самолет АН-12. 5 минут на велосипеде — кукурузные поля, полчаса на велосипеде и ты ловишь рыбу в Дону.

Все 11 классов я проучился в 92-й школе на проспекте Стачки. Сейчас мне кажется, что в последних классах большую часть учебного дня я проводил в лаборантских комнатах в компании одиннадцатиклассников и учителей, придумывая разные номера для школьной самодеятельности и конкурсов КВН среди школ. Началось это, кажется, с того, что однажды в классе восьмом, меня попросили наспех заменить кого-то из старшеклассников в постановке, посвященной годовщине победы, я был перебинтован с ног до головы и вытолкан на сцену с единственной инструкцией: «По отмашке из-за кулис скажешь: «Мы с тобой, сестра, еще станцуем!» На сцене был изображен госпиталь, с койками, составленными из четырех школьных стульев, ранеными бойцами-старшеклассниками и парой старшеклассниц-медсестер. В зале ветераны. Я встал на сцене у изголовья импровизированной кровати, облокотившись «здоровой» рукой о спинку стула. Взгляд устремил куда-то влево, вверх, изображая собой смесь веры в победу, боли от ран и тоски по дому. Сценка началась. Голос из-за кулис читал текст, актеры говорили свои реплики. Я боковым зрением следил за кулисой. Голос диктора произнес: «… и сказал солдат, что лежал без ног…». Воцарилась пауза. Из-за кулис энергично махали. Я сказал свою реплику. Ветераны плакали от смеха.

В 1991 году мой отец умер, маму сократили из НИИ, а старший брат растворился в «диком российском капитализме 90-х» и алкоголе. Это было горькое время. Мама меняла работы, пытаясь прокормить себя и меня и бывало, наш дневной рацион состоял из булки хлеба и бутылки кефира на двоих. Брат появлялся только ночью, в стельку пьяный, давал пиз*юлей мебели (а иногда и мне), засыпал, а утром уходил оставив после себя подсохшую блевотину на полу своей комнаты.

Через несколько лет мы с мамой переехали в маленькую квартиру в Северном микрорайоне, я закончил школу и поступил в Технический университет. В университете играть в КВН я не стал. Не стал я и усердно учиться. Я зачем-то выбрал инженерную специальность, интерес к которой у меня так и не проснулся за 5 лет. Зато у меня было много свободного времени. И большую его часть я проводил на сказочных улицах Ростова начала 2000-х годов.

Моя рэп-история началась еще в школе со знакомства с Влади, который иногда приходил на наши школьные вечеринки по приглашению моего одноклассника Ильенко Дениса по прозвищу Электроник. Когда мы знакомились, Влади был одет в турецкий спортивный костюм Montana и у него были выбриты полосами виски — это было нереально круто на то время, и вдобавок у него была своя рэп группа!!! Она называлась «Психолирик» — Влади и Ти-Дан (чувак из моей школы, старше меня на 2 года). Я сказал, что тоже хочу читать рэп в группе «Психолирик». Влад не возражал. «Что от меня нужно?» — спросил я. «Участие», — коротко ответил Влад. Наше первое выступление состоялось в клубе «Tonight!» — столовой музыкального училища, превращавшейся вечером в клуб с диджейской будкой, двумя шнуровыми микрофонами и фанерной сценой высотой 10 см. Было волнительно — в зале было 12 человек. Волнение усиливал тот факт, что у меня еще не было псевдонима, он все как-то не придумывался. В срочном порядке было решено назваться Шымом (производное от прочтения моего имени задом наперед). Мы вышли на сцену и зачитали 3 песни. У меня дрожали колени.

Рэп-история Объединенной касты и самой Касты началась «на сквозняке». Так называли открытое кафе на ул. Большой Садовой. Рэп в те времена слушали единицы, а носили широкие штаны и того меньше. А все кто был в широких штанах — собирались «на сквозняке». Вольф, Башик, Скотиш, Оникс, Еж, Хрю (Баста), Близнецы Паша и Коля, Слэм, Франческо, Ти-Дан, Влади и Шым. Тусовка со сквозняка росла и изменялась, мы тусили «на эстраде» и на «квадрате» в парке Горького, на фонтане у Дома книги. Тогда же мы придумали вечеринки «Хип-хоп пати» в клубе «Команчеро» и тут история поворачивает в русло биографии «Касты», а моя личная история, связанная с этим клубом, имела продолжение. На одной из вечеринок, фланируя по клубу с бутылкой пива наперевес, я увидел девушку, которая болтала и смеялась в компании подруг. От ее улыбки я не смог отвести взгляда. Я не торопясь допил пиво, подошел, представился и пригласил на свидание. Она не пришла. А через пять лет я встретил ее снова и мы поженились.

Меня радует, что теперь мне почти не досаждают вопросом «когда сольник?». Видимо, все разуверились в том, что его можно будет когда-нибудь услышать. Но работа идет и в один день я объявлю о том, что он готов.

Меня часто спрашивают «как твой огород?», имея ввиду мое увлечение пермакультурой Хольцера. Отвечаю: в полном порядке! Мой огород — это проектное бюро «Землематика». У меня команда специалистов, и мы занимаемся проектированием настоящих «оазисов» — ландшафтов природного изобилия. Я занимаюсь этим, потому что верю, что пермакультура — единственный разумный способ взаимодействия с природой и способ, как человечеству не остаться на обугленном раскаленном или ледяном шаре, который когда-то был зелен… Ну и видимо, наконец, проснулся мой интерес к инженерному делу.

kasta.ru

Шым из «Касты» о наркотиках Басты, Роскомнадзоре и скрепах: Музыка: Культура: Lenta.ru

В прошлом году один из пионеров отечественного рэпа — группа «Каста» — после десятилетнего молчания выпустила новый альбом «Четырехглавый орет». В марте этого года состоялась премьера фильма «Piter by Каста», и опять-таки получилось удачно. А 26 апреля в крупнейшем столичном клубе Stadium в компании с «ДДТ» коллектив выступит на большом праздничном мероприятии телеканала «Дождь». Накануне события «Лента.ру» пообщалась со старожилом «Касты» Михаилом Шымом Епифановым.

«Лента.ру»: Почему в разговорах с вами почти всегда вспоминают вашу малую родину? Мол, это группа из Ростова-на-Дону, это ростовский рэп и так далее. Вы же давно обитаете в разных городах. И разве в России вообще есть какая-то географическая принадлежность музыки, как на Западе, где есть «блюз дельты Миссисипи», «орлеанский джаз», «манчестерская волна», «сиэтлский гранж»? За каждым таким явлением, как правило, подразумевался определенный саунд и продюсеры, создававшие его в студиях этих мест. А Ростов? Ну, плюс-минус такой же провинциальный российский город, как и прочие… Или нет?

Шым: Ростов — провинциальный город с уникальным гонором и дерзостью. Задают нам этот вопрос регулярно — вероятно, потому, что весь начальный массив нашего творчества построен на Ростове. Возможно, мы первые в русскоязычном песенном жанре, кто так бомбил слушателей своей малой родиной. Собственно, на тот момент, как мы с фонтана поехали с гастролями по стране, нам было по 20, нас было много, и в нас почти ничего не было, кроме Ростова.

Лет десять назад мы отказались от регулярного общения со СМИ именно по этой причине: нам задают одинаковые вопросы — Ростов, коллеги по жанру, творческие планы. Дико надоело.

Между нынешним вашим альбомом «Четырехглавый орет» и предыдущим «Быль в глаза» прошло почти десять лет. А уж если говорить о первом диске «Громче воды, выше травы» — и все пятнадцать. Вы чувствуете, что поете сейчас фактически для другой аудитории, для другого поколения? В частности, для тех парней с окраин и начинающих студентов, что родились и выросли в стране, где на их веку власть не менялась вообще.

Наш основной слушатель переживает сложные времена. Ему около тридцати, и он по полной выгребает от жизни прямо сейчас. Наша аудитория не особо молодеет. Есть, конечно, на концертах и те, кто родился при Путине. Они, правда, чаще приходят в сопровождении тех, кто застал смерть Черненко. В этом прослеживается обнадеживающая закономерность.

Мы, если честно, совсем не заморачиваемся с тем, чтобы метить в какую-то аудиторию. За редким исключением песни «Касты» — это словесный волейбол вчетвером, игра в пас или об стенку.

В треке «На порядок выше» из вашего первого альбома вы специфическими лирическими сентенциями пытаетесь отговорить или переубедить героя песни, решившего, что «пора валить». Какие слова вы сказали бы ему сейчас, если бы записали сиквел «На порядок выше-2»?

Да, да, сентенции специфические. Где-то между национализмом и шовинизмом. Если бы я не знал, как дурно звучит самоцензура, на примере Федора Чистякова или Леонарда Коэна, я бы, может, и предпринял какие-нибудь творческие меры для разъяснения. А так — песня идет по разряду «как молоды мы были». Дворовая фотография из начала нулевых.

Ну, а если пофантазировать на тему, что бы я сказал… Я бы сказал: «Ну и че твоя капля водки?» Или: «Да овец и тут полно». Типа того. Сначала ты дерешься за свой двор с соседним двором, потом район на район, потом за свой город, потом за страну. Потом, если дожил, воюешь за человечество с человечеством же. А потом такой: «А зачем это все? В чем прикол?»

В самой популярной и глумливой вещи вашего нового альбома — «Скрепы» — к вам присоединился Баста, с которым вы когда-то начинали «Касту». Можешь обозначить, чем отличается его и ваше отношение к жизни и музыке теперь — с тех пор, как вы пошли разными дорогами?

Умирая как организм, сложно выжить как личность. Но Вася, к счастью, справился. Наркотики гипертрофируют черты характера до опасных пределов. Никому не пожелаю пройти через то, через что прошел Баста. Помню, с ним можно было лопнуть от смеха и пересказывать его экспромты как свежий анекдот. А можно было изойти от злости, что он тебя подло продинамил. Или вообще после своих «поминок» — опа — шагает в очках раскумаренный по Пушкинской. Дороги разошлись давно, но я смотрю на
него с уважением и удивлением. Я других людей таких не знаю. Он живой памятник.

На предстоящем концерте, посвященном дню рождения «Дождя», помимо «Касты» выступит «ДДТ». Вполне допускаю, что песни Юрия Шевчука когда-то влияли и на ваше становление. Сейчас он для многих по-прежнему «совесть русского рока», «Юра-музыкант» и так далее. Но я знаю его известных коллег, которые прежде с ним довольно тесно общались и даже делали что-то вместе, а теперь дистанцировались, ибо им кажется, что он учит их жить. Что ты скажешь?

Я соскочил с «ДДТ» году, наверное, в 96-м, когда мне стало окончательно понятно, что после развала СССР основная тема русского рока исчерпана. Ни «Просвистела», ни тем более «Аргентина-Ямайка» (песня «Чайфа» — прим. «Ленты.ру») или какой-нибудь «Зум-зум-зум» (песня «Аквариума» — прим. «Ленты.ру») меня не цепляли так, как сермяжная правда раннего Шевчука. Я знаю, что Юра-музыкант — человек далеко не покладистый. Он остается верен себе — человек, написавший с десяток нетленных песен.

Лидер группы «ДДТ» Юрий Шевчук на рок-фестивале «Нашествие», 2001 год

Фото: Алексей Куденко / «Коммерсантъ»

Насколько я понимаю, Шым, участники «Касты» именно тебя считают самым идеологизированным и политизированным в группе. Это так? И может ли сегодняшний русский рэп выглядеть полноценно, если он вне «социального контекста». Ну, типа, подача, аранжировка песен формально соответствуют жанру, но тексты исключительно романтико-тусовочные: о любви разделенной/неразделенной, клевых вечеринках, красивых мечтах… Вы же даже в юморной танцевальной «Макарене» успели вполне едко помянуть нынешнего главу России.

В группе я единственный холерик-экстраверт, поэтому когда стены начинают шататься — первым это замечаю я. Мои идеалы не выражаются в терминах политики, но то, что сейчас происходит в России, им противоречит. В нашем жанре многие убеждены, что сейчас мы (Россия) им всем, козлам, надаем по щам. У меня приятное предвкушение по этому поводу. Люблю, когда иллюзии рушатся. Очень здоровый момент. Люди просыпаются. Но есть и те, кто делает вид, что спит. Таких значительно меньше. Это дело частное. Рэперы — люди свободные. Хочешь — пой про любовь и счастье, хочешь — про мечты. Освещать острые вопросы никто не обязан. На этом фоне современная российская журналистика для меня выглядит менее привлекательно.

Ты как-то рассказывал, сколь непросто вам было совместно работать над новым альбомом. У всех, мол, куча личных забот, все взрослые люди, живущие в разных местах. Тем не менее «Четырехглавый орет» удался и получился многообразным, нескучным. Видно, что это плод коллективного труда, но все равно непонятно, как выстраивается иерархия в группе. Все равны, но кто-то же должен быть равнее?

Самый равный в группе — Влади, это все знают. Он тот человек, что просидел перед компьютером в наушниках 20 лет, дай бог ему здоровья. У него даже залысина от них. Видели? В какой-то период нам было сложновато общаться. Но, к счастью, его позитивистские песни не прозвучали впустую. Он серьезно поработал над собой, и теперь с ним вполне можно иметь дело. За годы терок внутри нашей четверки выработались демократические процедуры: голосования открытые и тайные, законотворческие механизмы. Порой какая-нибудь мелочь может вызвать полуторачасовые прения сторон. Случайному свидетелю, конечно, может показаться, что у нас безумное чаепитие из «Страны чудес». Нифига! Мы просто решаем, какую песню выкинуть из сегодняшнего концертного трек-листа.

Собственно, о том и следующий вопрос. У вас получилось хорошее, тонкое, местами нежное артхаусное кино «Piter by Каста». Кто из вас в нем был первой скрипкой, начиная с идеи и до распределения образов?

Мы просто докинули каких-то своих мелочей в фильм. Я вот теннисную ракетку, которую позорно украл у друга детства Димы Жданова. Авторы картины обратились к нам с уже практически готовым сценарием. Нас подкупило то, что речь о четырех фильмах в одном, и каждый из нас в своем фильме в главной роли. Подкупило, что ничего нового делать не нужно. У нас так уже считай 20 лет.

Неизбежный пока еще вопрос о баттлах. Мне недавно Чача из «Наива» сказал, что с сегодняшними героями этих проектов баттлиться не будет, ибо находится в другой возрастной и «весовой» категории. Там ребята еще ищут себя и самоутверждаются. А ему-то это зачем? «Каста» — это тоже вроде собрания гуру русского рэпа, да? И вам, наверное, ни участия в баттлах, ни даже четвертый студийный альбом в будущем уже без надобности?

Четвертый альбом, конечно, входит в наши творческие планы, спасибо за вопрос. Сказать, когда мы за него засядем, сейчас невозможно. Планировали вчера, но что-то пошло не так. Просим винить в этом Роскомнадзор. Он в своей уморительной охоте на Telegram заблокировал мессенджер google-hangouts. Сейчас поставим VPN и попробуем еще разок.

А баттлиться… Ну, у половины нашей группы от хип-хопа уже травмы плечевых суставов. Мы слишком много жестикулировали на сцене последние 20 лет. Не знаю, возьмут ли нас. Вдобавок это же нужно уткнуться носом в чужое неженское лицо и что-то убедительно произносить про себя, про него, про телку, про маму. Я и в жизни этого не люблю, и не могу себя представить в такой роли на сцене добровольно. И надо заранее написать текст, а у нас с этим давняя проблема.

lenta.ru

Путеводитель от Шыма по новому альбому «Касты»

Мне сложно в это поверить, но за 20 лет существования группы — это всего лишь наш третий альбом. Предыдущие два дали такой заряд, что наш гастрольный график до сих пор позволяет не искать дополнительной работы. Тем не менее, третий альбом «Касты» готов. Он выходит 15 мая 2017 года день в день с прошлым альбомом («Быль в глаза») спустя 9 лет. Но совпадение дат — случайность.

Девять лет! Это огромный срок для музыкального коллектива. Я не могу вспомнить ни одной группы, у которой были такие перерывы в релизах. При этом мы не «распадались», чтобы потом громко собраться. Мы продолжали делать то, что делали все последние 20 лет: писали песни и давали концерты. За эти годы вышло несколько сольных альбомов участников группы, выпущена пригоршня синглов, но номерного альбома «Касты» все не было. Нам не хватало понимания, как теперь работать над песнями совместно, когда мы находимся в разных городах и у каждого выше крыши своих взрослых забот. Мы пробовали разное. И «закиньте куплет, я поддержу» и «завтра в скайпе ровно в 11», даже провели пару рэп-батлов внутри нашей четверки, чтобы «разогнаться» — тщетно. Ирония в том, что сработал старый, проверенный способ — собраться вместе в Ростове.

К альбому мы написали 26 песен и без особых размышлений сократили трек-лист до 18, проголосовав и сопоставив наши списки «на вылет». Однако и 18 казалось много при популярном ныне формате альбомов в 12-14 песен. Проспорив несколько часов, мы решили оставить все 18. Пусть это будет некий музыкальный архив, выстроенный, впрочем, в удачную последовательность, в котором каждый найдет песни себе по душе.

Читая этот краткий путеводитель по альбому, нужно иметь в виду, что любой другой участник «Касты» написал бы нечто совершенно иное про каждую из песен. Хоть мы и единый коллектив, но все же четырехглавый.

СКАЗОЧНАЯ

«В сказочном Ростове жил волшебный садовник Шым, добродушный великан Змей, Хамиль — благородный блудодей. Влади — озаренный маэстро, знали все о них повсеместно, знали все о них прекрасно, звали их «группа Каста». Это песня — эпиграф к альбому, музыкальный сувенир для всех, кто ждал очередного долгоиграющего релиза от «Касты». Песня писалась одной из последних. Идея родилась в таком виде: «А что если рассказать о нас в манере мифа или сказки?». И вот мы уже сказочные герои, живущие в Сказочном Ростове. Выбирая имена для наших персонажей, мы насмеялись на полгода вперед. Чего стоит «Златоглавый Кумека» — версия персонажа Влади. Затем, когда мы коллективно набрасывали сюжет песни, нам рисовалась классическая последовательность: герои погружены в повседневную суету, сгущающиеся темные силы, герои собираются на битву, неравная схватка со злом и… наша сияющая победа! Но написав лишь вступительную часть — самопредставление героев, мы поняли, что для песни этого достаточно, а все остальное у нас уже рассказано в других песнях. Таким образом, стало понятно, что «Сказочная» будет открывать альбом.

НЕ ДЕРЖУ ЗЛА

И вот. Темные силы сгущаются. Из волшебного мира мы попадаем в реальность, которая не позволяет оставаться в стороне. Чертова реальность заставляет шевелиться и ломает тех, кто закостенел. Эта песня — зарисовка на злобу дня. В куплетах — мы, люди. Ловкие, грубые, напористые. Противоречивые и простые, как бублик. Верящие в то, что добро победит, убежденные в своей правоте и исключительности.
На предыдущих альбомах в наших текстах ирония почти не встречалась. При необходимости что-то расколошматить мы использовали зубоскальный фарс. Теперь же, как выяснилось при пробном прослушивании, некоторые наши куплеты стали требовать пояснений. Фак ит. Мы не будем делать сноски.

СТОП-ИГРА 

 
«Главное — дети!» Терпеть не могу эту популярную максиму. Она обязательно появляется в сопровождении восклицательных знаков под любой фотографией с ребенком в наших инстаграмах. Уж не знаю почему, но я буквально слышу в ней фрикативную «г» и звонкий сухой подзатыльник. Я вижу в ней зародыш пропасти между будущим родителем и ребенком: «Главное — дети, главное — каша, главное — слушай старших, главное — пятерки, главное — чтобы не хуже других». А затем раздраженное: «Главное — слушает и делает наоборот! Главное — я ему все, а он мне ничего. И главное — будто специально, назло».
В нашей песне не дана никакая альтернатива этому ходу событий. В куплетах мы вырабатываем энергию трением вынужденных попутчиков друг о друга. А в припеве проскакивает электрическая дуга, с щелчком утилизируя накопленную энергию в землю.

ПРИВЕТ

Песня-шкатулка в шкатулке в шкатулке. Внутри самой маленькой шкатулки — детская комната, и «вот твои, сыночек, тапочки». Дурной сон. Тебе 40, но мама проверяет твой дневник. Это песня уехавших и удравших. Мы пытались работать отстраненно, срезая все узнаваемые ракурсы, но кто нам поверит, что это песня не про Ростов? Но давайте так: двое из «Касты» живут в Ростове, но это просто песня про ощущения от кратковременного вынужденного возвращения издалека: угрюмый паспортный контроль в аэропорту, настороженное молчание попутчиков в лифте, облегчение, когда двери наконец открываются. Радость узнавания давних мест и радость быть неузнанным бывшим соседом-алкоголиком (неужели он еще жив?). Радость, что все это осталось позади. Ну, или почти все. В общем, эта песня — вполне себе практическое пособие для 3-го курса психологического факультета.

МЕДЛЕННЫЙ ТАНЕЦ

Как там было у Лаймы Вайкуле: «Танцевать — не шкандыбать»? Это песня, которая у нас не получилась. Точнее получилась хорошая песня, но не такая, как замышлялась. А поскольку никто не узнает, какой она замышлялась, сделаем вид, что так и задумано. Вышла, пожалуй, самая атмосферная песня на альбоме. Танец десятиклассников в открытом космосе, снятый с трех ракурсов. Еще то зрелище! Насладитесь романтикой! А я вам спою «сплином» в припеве.

ВПЕРЕДИИДУЩИЙ

Как сказала группа 2XL: «Этот мир не можно понять». Вот, например, ты — ребенок, и тебе рассказывают всякую чушь про деда мороза и, скажем, про фей и гномов. Потом бах! И все над тобой смеются, если ты в это веришь. Вот первый серьезный урок. И твои ногти превращаются в острые когти. Теперь тебя так просто не возьмешь. Жизнь продолжается. Начинаешь жить по-взрослому. Бах! Дак и тут все вверх дном. Инкассаторы грабят банки, СМИ занимаются дезинформацией, спецслужбы — «постановами», а гарант Конституции демонстративно вертит ей, как хочет. «Идите вы в жопу и не лезьте ко мне», — говоришь ты. И вот на тебе мощная чешуя с шипами.
Вот ты проходишь некий рубеж жизни, и понимаешь, что не вечен, что противостоять несправедливости не хватит сил и даже невыносимо терпеть ее. И ты сбегаешь. Придумываешь свой ответ на вопрос «почему меня это больше не колышет». Сбегаешь в религию, безрезультатно пытаясь укротить неукротимое, полюбить неполюбимое. В эзотерику. Так удобно сверять мир с таблицами и картами. Все объяснимо, все рифмуется. Или в искусство. «Извините, мне некогда, и если честно, мне нет до этого дела». Или в алкоголь. Вот тебе и крылья, и дьявольский хвост.

СКРЕПЫ

Фирменное трэш-шапито от «Касты». Никакой иронии. Чистый гротеск! Собственно как в жизни. Как пел Федор Чистяков (до своей религиозной инициации): «Если вокруг слишком много говна — лопату хватай и кидай из окна!». Или вот. Классический образчик народной мудрости: «От осинки не родятся апельсинки». Не, ну а че? Если 70 лет в нашей стране проводилась обратная селекция, и все, кто имел свое мнение, яркий талант, исключались из эволюционной цепочки. 70 лет — это три поколения! Скажу вам как аквариумист-рыбозаводчик: три поколения — это много. Нашему народу бы раны лечить. Ан нет, опять набат с кремлевских башен! Новые репрессии и старые лозунги. К счастью, в промывке мозгов была передышка в 20 с небольшим лет. А 20 лет — это поколение. Я верю в это поколение.

СЕРЕГА-ВОДОЛАЗ

Что есть, то есть. У каждого своя правда. «Серега-водолаз» — песня про «обычного человека», который, если присмотреться, почти никогда не оказывается обычным. Жанр песни — магический реализм. Пока мы искали канву этой истории, наш герой попеременно был: Василием-кинологом, Иннокентием-синоптиком, Анатолием-кондитером, и даже, на несколько минут, Оксаной-сексологом. Но Серега-водолаз оказался самым стойким парнем. Сейчас я понимаю, что каждый из нас немного Серега-водолаз. Примечательно, что музыка к этой песне имеет наибольшую выдержку. Ей 15 лет. Эта песня — классический «кастовый» звук.

АЛЁНАТАША

Вы, конечно, поймете, что это песня совсем не про еду. Удивительно, что она попала в финальный трек-лист. Поначалу никто из нас не воспринимал ее всерьез. Эта песня была нечто вроде веселой рэп-разминки. Мы написали ее за пару дней, что для нас очень быстро, и отложили. А когда вернулись к ней, оказалось, что это одна из немногих беззаботных и веселых песен, что будут на альбоме.

НА ТОМ КОНЦЕ

Рэп про рэп. Классика жанра. После двух сольных номеров, где рэперы показывают мастерство жонглирования рифмами, добавлен дуэтный номер — небольшая реприза по мотивам закулисной жизни. Получился и «репрезент», и «сторителлинг» в одном флаконе. Про нас ли эта песня? И про нас тоже. Мне кажется, ее громкий припев будет особенно популярен в кавказских республиках РФ.


ЗОМБИ ПАТИ

Общеизвестно, что водка — мать всех наркотиков. Если я не остановлюсь сейчас — хрен вы меня остановите потом! Сколько таких историй было. Вот, например, как Стас-литейщик (студент кафедры художественного литья) стал Стасом-безумным.
Начало нулевых. Идут третьи сутки празднования Нового года. Микрорайон Северный, город Ростов-на-Дону. В ход идет все, что возможно: водка, химка, дэд-металл и какой-то порошок. С приходом утра тусовка понимает, что все запасы веселья истощены и нужно срочно что-то предпринять. Денег уже нет ни на что. Стас решает эту задачу креативно. Вооружившись плоскогубцами, он идет брать на абордаж ларек во дворе. Команда ларька, не восприняв плоскогубцы как угрозу для жизни, отказывается выдавать алкоголь бесплатно. На удивление быстро приезжает милиция. Стас принимает решение сохранить творческий подход к происходящему. В отделении он требует аудиенции шерифа. Когда его оставляют один на один с начальником отдела, Стас заговорщицким тоном предлагает майору захватить власть в городе. Из полиции Стаса везут в наручниках в поселок-сателлит Ковалевка, где в степном пейзаже уютно расположилась психиатрическая лечебница. Там Стас утверждается в мысли, что нужно держаться до конца, и собирает вокруг себя толпу слушателей в белых халатах. С расширением аудитории у Стаса открываются новые таланты: телепатия и чревовещание. Позабавившись от души, главный врач принимает решение применить к Стасу ударную дозу лекарств инъекционно. Это поворотный момент в истории. Смесь алкоголя, наркотиков и лекарств переключает в светлой голове 22-летнего Стаса какой-то тумблер, добраться до которого вновь больше не удалось.
Сейчас Стас-литейшик более-менее в порядке. Его игра продолжается по сей день. Приставку «безумный» к своему имени он придумал сам. Его можно встретить на центральных улицах Ростова, прогуливающегося в комбинезоне из зеркальной ткани с огромным стальным половником, подвешенным на поясе на манер казачьей шашки, или стать его случайным попутчиком в маршрутке. Стас убедительно произносит: «Командир, останови вон у того ларька, схожу сигарет куплю». И микроавтобус покорно останавливается и ждет его.

ОНИ

Три зимы назад в Ростове был сильный снегопад. Неожиданно для нашего южного города. Мокрый снег шел три дня, а потом ударил мороз. Оказалось, что снегоуборочная техника в городе существует лишь номинально. Микрорайон Нахичевань, состоящий из прижавшихся друг к другу частных домов, рассеченных гребенкой пронумерованных улочек, оказался парализованным. Машины засыпаны тяжелым снегом по капот, узкие глубокие тропы вдоль домов. Даже ростовские дети, изголодавшиеся по снегу, выглядели озадаченно. Как гулять, если снега по горло? Крупный продуктовый магазин, находящийся по соседству, пустел день ото дня. Сначала исчез хлеб, за ним молочка, затем мясные продукты и консервы. Мусорник у перекрестка перерождался во что-то доселе невиданное. Пестрая гора разноцветных пакетов сначала скрыла очертания жбанов, затем, достигнув критической высоты, начала расти вширь. Ее периметр накрыл половину улицы. На свалке пировали коты и вороны.

В первый день после снегопада сосед сказал: «Должен приехать трактор. Расчистить снег». На следующий день сосед сказал: «Звонил другу. Он слышал, что трактор работает на соседней улице». На третий день сосед сказал «Что за херня!». На четвертый день сосед прокричал: «Я их родственник! Где трактор?». К счастью, на пятый день погода сжалилась. Потеплело. Сугробы стали сдуваться, рыхлеть, оседать. Жители Нахичевани-на-Дону дружно взялись за лопаты, а владелец крупного пикапа, живущий где-то в нижних домах, где заканчивается центральная канализация, привинтил бульдозерный отвал к бамперу своего автомобиля. Улица была расчищена. Жизнь вернулась в мой райончик.

Эта небольшая зарисовка — иллюстрация коммунального бессилия перед силами природы, нашей городской выученной беспомощности. Мы верим, что окружены надежным щитом утилитарных служб, что все предусмотрено. Убеждены, что на страже нашего покоя и безопасности «они». Те, кто должен позаботиться о нас. Но это такая же иллюзия, как ливневая канализация Ростова. Об этом, в общем-то, передний план песни.

НОВЫЙ ПУТЬ

Эта песня пелась на Дону в далекие времена. И звучала она тогда примерно так: «Коляда-дуда, где ж ты была? Коней стерегла. А где ж твой конь? За воротами стоит. А где ж ворота? Вода унесла. А где ж гуси? В камыш ушли. А где ж камыш? Девки выжали. А где ж девки? Замуж ушли. А где ж казаки? На войну пошли…»
В 1927 году эта казачья колыбельная с многозначительной опечаткой была опубликована в романе Михаила Шолохова «Тихий Дон». В 1934-м роман вышел на английском языке. А песня в переводе начиналась так: «Oh, where have you been? I’ve been watching the horses. And where is your horse? Outside the gate. And where is the gate? Swept away by the flood…»
В 1955 году популярный американский фолк-музыкант Пит Сигер, член коммунистической партии США, во время авиаперелета трудится над собственной версией этой песни. Из нее исключены: кони, вода, камыши, гуси, казаки и война. Добавлены: цветы, солдаты и черезстрочный рефрен «сколько уже лет прошло». Сюжет выходит примерно таким: «Где цветы? Девушки сорвали. Где же девушки? Парни в жены взяли. Где же парни? Солдатами стали». Вдруг сидящий за спиной пассажир с раздражением говорит жене (имея в виду детей): «Когда же они, наконец, научатся?» Эта фраза идеально ложится в качестве припева, и Сигер добавляет «When will they ever learn?» к концовке каждого куплета. Через пару лет другой американский фолк-певец Джо Хикерсон предлагает Сигеру логичное завершение сюжета: «Где солдаты? Солдаты все в могилах. Где могилы? Могилы все в цветах. Где цветы? Девушки собрали». Зациклив тем самым повествование. В этом виде песня «Where have all the flowers gone?» получает широкую известность. Ее перепевают Джоан Баэз, Рой Орбисон, трио Peter, Paul and Mary; Kingstin Trio. А европейских слушателей с ней знакомит звезда кинематографа и певица Марлен Дитрих, записавшая аж три версии: на английском, французском и немецком языках. Эта песня становится антивоенным протестным символом 1960-х.
В 1976 году песня возвращается обратно. Ее перепевает народная артистка РСФСР Жанна Бичевская, укоротив сюжет и добавив советской патетики в виде красных маков и Вечного огня. В 1999 году Олег Нестеров (группа «Мегаполис») заканчивает собственный перевод песни, максимально близкий по содержанию к версии Сигера-Хикерсона. И записывает его дуэтом с Машей Макаровой (группа «Маша и медведи»). Песня получает электронное лаунж-звучание и название «Где цветы?». В 2010 году англоязычная версия входит в топ-20 политических песен по версии английского журнала New Statesman.
Берясь за свою версию, мы решили в корне переработать сюжет, оставив нетронутым механизм «вопрос-ответ», сохранить общий ход мысли и отличную находку Пита Сигера в интерпретации Олега Нестерова: «Когда же все поймут?». Мы вернули песне линейный ход и укрупнили охват событий. Для припева мы не задумываясь выбрали Сансэя, известного по дуэту «Пятница». Рады, что Сан украсил своим участием эту песню.


ЛУЧШЕ, ЧЕМ СЕЙЧАС

Популярные истории успеха таят в себе скрытую опасность. Они толкают в путь, не гарантируя, что дорога приведет в указанный пункт, не гарантируя даже, что дорога вообще существует. То, что получилось у одного человека, не означает, что это получится у другого. Тысячи несостоявшихся бизнесменов, топ-моделей, дизайнеров или просто худеющих граждан повторяют одну и ту же ошибку из раза в раз. Они ищут новую мотивирующую историю успеха. Ту, которая сработает. Им во что бы то ни стало нужно отказаться от себя «старого», чтобы найти или создать (если в этот раз повезет) себя нового. Это путь стресса и разочарований.
Но «Что если лучше, чем сейчас, уже не будет?». Переварить эту концепцию непросто. Казалось бы, от такого поворота опускаются руки. Но это возможность получить реальную опору под ногами, чтобы начать движение осознанно. Нужно дать себе трезвый отчет в том, кто ты такой и как обстоят твои дела. И оставаться внимательным к иллюзиям, не позволяя туману закрыть перспективу. В куплетах этой песни каждый из нас рассуждает на эту тему. Может быть, это и есть та самая победа. Правда, разглядеть ее сияние можно только в одиночестве, в тишине.


ПРОЧЬ ИЗ ДОМА

«Должна же быть на альбоме хоть одна песня для людей!» Такой шутливый аргумент прозвучал в адрес этой песни, когда мы спорили о составе альбома. На самом же деле у этой песни нетривиальный припев, в свете которого простые житейские истории куплетов приобретают интересный объем. Классический дуэт Хамиля и Змея.


ЛЕДЯНАЯ КАРУСЕЛЬ

Рабочее название этой песни «Буран». Кто бы мог подумать. У нас есть «песня про природу»! На самом деле механизм этой песни — противопоставление малого комфорта внутри (и вокруг себя) большой непогоде снаружи. Мы сочинили ее сюжет в тот редкий снежный ростовский день, когда видимость из окна падает до 30 метров, а чайник, диван и горячие батареи приобретают особую уютную значимость.

ЗЕМНАЯ

Вот эта песня — классическая «Каста». Мы взяли временную шкалу от нуля, от самой синулярности и через «большой взрыв», стынущий космос, ожившую звездную пыль, чешую, перья, наскальные рисунки, внутривидовые войны и самообуздание человечества пришли к желанному устойчивому будущему. Будущему, в котором нашей всеобщей драгоценностью станет наша настоящая родина — голубая планета Земля.

МАКАРЭНА


 
Ну, танцевать под этот трек определенно можно. Мы уже проверяли на концертах. Эта песня вышла за полгода до альбома и вызвала неоднозначную реакцию. «Танцевать! Не надо танцевать!» Несмотря на голос «сомневающегося» в припеве танцевать даже нужно. Проблемы у него, у нас проблем нет. Эта песня написана под впечатлением от «Интро» — первого сингла группы «Грибы». Им и посвящается.

СЛУШАТЬ АЛЬБОМ «КАСТЫ»: Apple Music/iTunes; чистая версия; Яндекс.Музыка; ВК.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: ШЫМ: «ГОПНИКИ? А В РОСТОВЕ ЭТО НАЗЫВАЛОСЬ «НОРМАЛЬНЫЕ ПАЦАНЫ»

ЧТО ЕЩЕ ЗА КАЗАЧИЙ РЭП — РАССКАЗЫВАЕТ ЛИДЕР ГРУППЫ «АТАМАНСКИЙ ДВОРЕЦ» МАКСИМ ИЛЬИНОВ

ВИТАЛИЙ ПИКА: «15-ЛЕТНИХ ПРЕТ, И МЕНЯ ПРЕТ. ТОЛЬКО МНЕ 30»

                            

nationmagazine.ru

Биография Шым (Каста) | RAP-BLOCK

Шым (Каста)

Шым (Каста)

Родился я в 79-м году. Мама моя тогда была младшим научным сотрудником в НИИ, Отец преподавателем в РГУ, кандидатом математических наук. Также у меня был старший брат Никита. Мама терпеливо и ласково растила меня и отлично пела, я помню все мелодии, которые она напевала. Отец мой был добрым и веселым человеком и очень много работал, сидя в своей комнате над кучей бумаг, исписанных непонятными символами. Помню как он был раздосадован, когда я в его отсутствие стырил для каких-то своих детских нужд какой-то листок с его стола… Кстати, где черт подери, мой диск с минусами для Карабасса?!

Закомство моё с музыкой началось в классе втором, когда Мама отдала меня в музыкальную школу. «Музыка» мне сразу не понравилась. Желания нажимать на большие белые кнопки, а также на чёрные поменьше у меня небыло никакого и я сопротивлялся как мог и вот, к классу третьему музыкальной школы родители решили больше не подвергать меня фортепианным мукам. Моцартом я не стал.

Примерно тогда же выяснилось. что не стану я и Репиным или Шишкиным.

Менделеевым или Лобачевским я не стал к классу восьмому моей веселой и уютной 92-й школы Ростова на Дону. Страсть к точным наукам во мне не проснулась. Физика была интереснее математики, но литература была интереснее физики. Учебу я не подпускал близко к себе, последнее домашнее задание выполненное мной осталось в классе шестом. Хотя нет, на выпускные экзамены я всю ночь писал медведей.
Понятное дело я не пишу мемуары и обо всем рассказать сложно, но нужно отметить, что в моем творческом становлении (звучит пафосно, но точнее не скажешь) огромную роль сыграла моя теплая дружба с замечательной умной женщиной Зябревой Светланой Владимировной — моей учительницей химии. И хотя дальше «определения валентности » мои познания в ее предмете не расширились, именно она была моим первым проводником в мире литературы. Моему знакомству с творчеством Стругацких, Оруэлла, Хеменгуэя я обязан ей.

В 1986 году в нашем доме появился магнитофон. Это был обычный советский однокассетный магнитофон. Первая кассета, которую я слушал (она шла в комплекте с этим чудом техники) была Модерн Токинг «Поговорим о любви». Мне нравилась песня «ю май хад ю май сол». Моему корешку Женьке эта песня тоже нравилась и я поменялся с ним на Статус Кво — у них была отличная песня «юр ин зе ями нау».

В те времена как раз набирал популярность Юра Шатунов и группа Ласковый май, но меня не прикололи их слезливые песенки. Нипомню каким образом у меня оказалась кассета ICE MC. Вот это было то что нужно. Прикольный ритм, понятные слова. Я как раз начал учить английский с преподавателем (сначала это казалось насилием со стороны родителей, но скоро я понял преимущества знания английского и если не увлекся, то во всяком случае постигал прележно) и мне нравилось, что после полугода занятий я могу понимать иностранную группу. Позже мое знание языка сыграло большую роль в увлечении американским рэпом.

Примерно в то же время мой старший брат (с ним у нас разница 10 лет) подкидывал мне разные кассеты. Там были и «лошата не кантарэ » и «клетки клетки клетки» и «срипач ростовский Моня». Именно тогда я и полюбил Русский Рок. Я слушал потетичного и мрачноватого Кинчева, филигранные бытовые истерики Бутусова-Кормильцева, восхищался живостью и песенностью творчества Шахрина, мудростью и философской непоколебимостью лирики Воскресенья, социальной правдивостью Крематория, но больше всего мне нарвилось ДДТ.

Сейчас это сложно представить, хотя прошло всего около десяти лет, но тогда «увлечение музыкой» имело совсем другую глубину. Сейчас можно зайти в музыкальный магазин и если не выбрать, то по крайней мере заказать все что угодно, а еще проще найти в сети. Тогда же было иначе. Эра аудиокассет только начиналась. В магазинах «электроника» продавались кассеты МК-60 и МК-90, с галимой пленкой и страшные как смерть, в комиссионках можно было найти каких то мутантов типа Sound Brezze или Monroe сомнительного происхождения и поскрипывавших при проигрывании, зато в магазине «Березка» за девять чеков (интересно помнит кто нибудь из читающих эти строчки, что это такое) можно было купить настоящие Basf. Черные с красными наклеечками, сделаными на века немцами. До сих пор помню их запах. Понятное дело это пыли «пустые» кассеты.

Самым верным способом было записать на них что-нибудь в «звукозаписи» (были такие ларёчки, куда приносили кассеты и выбирали из каталога что на них катать. Ходили слухи, что в звукозаписях подменивают пленки, если принесешь хорошую кассету). Эти заведения были богаты рок-музыкой. Достать в них Public Enemy, или Beasty Boys было сложно, зато мы с корешком Женькой собрали все альбомы Pink Floyd и Dire Straits. Кое что можно было найти и на виниле. Фирма «Мелодия» иногда разрождалась неплохими пластинками. Так я помню с восторгом обнаружил на полке в магазина граммпластинок альбом «Swordfishtrombones» Тома Вэйтса, также была виниловая барахолка, где можно было достать Джетро Талл и Лед Зепелин, а позднее EPMD и МС Hammer’а.

Чуть позже началась волна музыкальных лотков, где продавали уже отписанные кассеты, с написанными от руки или в лучшем случае напечатанными на принтере названиями, но все равно, что-то интересное приходилось выискивать. А дальше покатило круче. Появились те, чей закат, я надеюсь, мы сейчас наблюдаем. Большие пиратские мануфактуры делали неплохую полиграфию, и расширяли ассортимент. Множились точки продаж аудиокассет и теперь музыки было вдоволь. Вот что у меня было на первых «цветных» кассетах. Green Day «Dookie», Nirvana «Bleach», Beasty Boys «Check your head», «Licensed to ill», и мой любимый «Ill communicatons», Run Dmc, Cypress Hill, House of Pain, Rage against da mashine, Offspring и так далее.

Здесь следует перейти к моему знакомству с Электроником и Влади, ибо на этой почве я с ними и познакомился. Электрон в то время был Mc Dennis Ice или просто Ice Den, а Влади был Dj Vlady. Эл перешел в мой восьмой класс из другой школы и вмиг стал суперзвездой класса. Тогда бушевал мегаблокбастер Терминатор 2, а у Эла была стрижка, как у Джона Конора и еще портативные колонки для школьных «огоньков». На эти огоньки и приходил Влади — человек с бритыми висками и в спортивном костюме с капюшоном (!). Также Эл и Влади занимались брэйком и показывали прикольные номера.

В то время, когда я только размышлял о том, какой след я могу оставить в музыкальной культуре, Влад уже творил вовсю. Он делал джангл, музыку мне неизвестную, безсловестную и поэтому мне не интересную. Однако то что друг моего друга пишет музыку на своем 386м компьютере внушало мне огромное к нему уважение. На одной из школьных вечеринок Влад дал мне кассету, на которой было 3 песни «Щас как прыгну!», «Убийца» и «Сумасшедший маньяк» (в последствии первая дошла до второго места в хит параде только что открывшейся первой ростовской молодежной радиостанции «Радиопровинция»). Оказалось, что помимо джангла Влади читает рэп. Первые две были записаны им в группе 2XL вместе с Сотой и Там-Тамом, а последняя после ухода из 2XL и создания Психолирика. Кстати 2XL после долгой спячки возродились и сейчас их можно найти на каком-то сборнике от Валова.

В Психолирике помимо Влада был Тидан. Он учился на два класса старше и до этого я с ним не был знаком. Это, пожалуй, был самый первый рэпер нашей школы. И вот однажды Влад предложил вступить в группу. Я спросил что для этого нужно.
— Участие. Ответил Влад.

Моя первая песня была «Его сгубили блондинки», потом «Запах тумана». Первая запись — «Город мертвецов» Все это мне вспоминать забавно и немножко стыдно. Хотя это бывает со всеми. Стыдться своих юнешеских стихов. Я знаю у кого сохранились эти записи. У Тэйквона. Надеюсь он их никому не даст 🙂

Первое выступление в составе Психолирика — в клубе «Tonight» (столовая муз.училища, с красным ковром на стене, первым в городе неоном на вывеске и диджейскими вертушками). На мне были узкие джинсы и серьга в ухе, было непривычно и страшновато, но вобщем прикольно. Нас слушало 15 человек !

Дальше мы выступали в Команчеро на вечеринках, проводимых Там-Тамом и еще кем — то, в «Победе» ныне подвал «Киномакса», каком-то сарае на Универсаме на западном, на какихто — стиморол пати и днях города, мутили свои вечеринки, знакомились с другими рэперами, писали песни. Местом сбора тогда был «сквозняк» — кафе внизу Дома пионеров на Садовой.

Вообщем моя история подходит к концу. Осталость разве что сказать,что с Тэйком я познакомился на первом курсе своего ДГТУ, сказав что мой любимый альбом «Return..» ODB, на что он ответил, что его больше прикалывает Мэтод и его тикал. Я дал ему записи Психолирика и сказал, что мы собираем Касту, он написал куплет и был принят в группу, с Хамилем я и Влади были знакомы еще со школы, но существовали в парралельных тусовках и пересеклись только при создании Трехмерных рифм, как теперь видно надолго. Будда был корешком Эла и легко влился в наше движенее. Вольф — человек из первого состава касты — завсегдатай сквозняка, обладатель самых широких штанов и именной хокейки. Его мама — отличная швея, потом одевала многих любителей широкого покроя. Баста Хрю — человек — легенда в ростове и области. Создатель двух бессмертных хитов «Моя игра» и «Город, мой город». Надеюсь о нем узнает и вся Россия в скором времени.

http://vkontakte.ru/id6012030

▲ Наверх ▲

ssl60.ru

Шым — о новом клипе «Касты» «Они»

— Песня называется «Они». А «мы» — это кто?
— МЫ — соответственно это те, о которых обязаны заботиться ОНИ. Это ни в коем случае не разделение на элиту и плебс. ОНИ — это те, кто должен дать нам воду или тепло. Это неизбежное последствие урбанизации. Раньше человек сам заботился о себе. Сегодня в городах мы зависим сильно от других людей, от поставщиков каких-то услуг. И это еще об изолированности нашей: вот я делаю свое, а они свое, и мне до них дела нету. В таком смысле.

— Кто в группе «Каста» самый прагматичный, лучше всех решает бытовые вопросы?

— Определенно это я. Я — тот человек, который войдя в гостиничный номер, первым делом изучает план эвакуации при пожаре)). Я знаю, как откидываются «неоткидываемые» подлокотники в большинстве типов самолетов, и как, например, заткнуть кондиционер в новом типе жд вагонов «здравствуй, гайморит». Ну, и понятно, что у меня всегда с собой в поездке «мультитул» на 15 инструментов.

— Где снимали клип?

— Снимали в московской хрущевке «под снос». Пришлось отвалить им немного деньжат, чтобы «нашу» часть дома не рушили, придержали на денек.

— Клип вышел сегодня, тут же был замечен «Афишей», «Дождем» и другими модными медиа. Вы как-то заранее продумали пиар- и маркетинговые ходы или это потому, что в песне поется про Кремль?

— Кажется, выход совпал с моментом, когда все себя ощутили немножечко беднее — вернувшись из отпусков и собрав детей в школу. Песня была готова еще в июне. И да, мы решили, что сентябрь — удачное для релиза время.

— «Афиша» написала: «социальная драма «Они», действие которой разворачивается в, не исключено, ближайшем будущем». То есть увидели там немножко антиутопию. Твоя любимая антиутопия?

— «Котлован» Платонова. Ну, и Оруэлл, естественно.

— А «Левиафан» или «Выживший»? И там, и там герой, как умеет, решает проблемы.

— Это кино? Извини, я не эрудит.

— Почему ты в клипе с курочками и яичками?

— Да, я с курочками и яичками. А еще я держу козу в квартире. И если присмотреться, видно, что в мое окно встроено устройство для сбора дождевой воды. Это практически мой автопортрет).

— На выборы пойдешь?

— На выборы пойду обязательно. На прошлых в клеточки по количеству букв подошло слово «жопа». Посмотрим, что будет в этот раз.

— Было четыре графы по вертикали?

— Пять. Восклицательный знак еще поместился.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: ШЫМ ИЗ «КАСТЫ»: «ГОПНИКИ? А В РОСТОВЕ ЭТО НАЗЫВАЛОСЬ «НОРМАЛЬНЫЕ ПАЦАНЫ»

                            

nationmagazine.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о