Давид гоцман википедия – Настоящий Гоцман

Автор: | 15.08.2017

Содержание

Настоящий Гоцман

Сериал «Ликвидация», вышедший на экраны в 2007 году, увлек миллионы зрителей захватывающим сюжетом и блестящей игрой актеров. Особенно запомнился всем главный герой фильма — Давид Гоцман, роль которого исполнил Владимир Машков.


У этого харизматичного персонажа был реальный прототип — сотрудник одесского уголовного розыска Давид Курлянд.

Давид Михайлович (Менделевич) Курлянд родился в Одессе 1 февраля 1913 года. Его родители приехали в Одессу из Вильнюса и поселились на Молдаванке. Отец по профессии был печником-строителем. В 1921 году он умер, и вдова осталась одна с тремя детьми. Младшему Давиду пришлось даже побывать на воспитании в нескольких детских домах. Только после окончания гражданской войны старший брат, демобилизовавшись из Красной армии, забрал мальчика домой.



Начало 20-х годов в Одессе было поистине бандитским временем: активизировались местные банды, приезжали «залетные» преступники-гастролеры. Повсюду были шулера, контрабандисты и жулики. В городе участились пожары и кражи. Воспитывавшийся в детдоме Давид знал этот мир не понаслышке, а практически «изнутри».


По окончании 7-го класса, с 13 лет, Давид был вынужден пойти зарабатывать на жизнь. Побыв некоторое время учеником печника, он и сам в скором времени стал печником, как отец. Но жизнь в те времена была такой непредсказуемой, что и места его работы постоянно менялись: соевый завод, где он поработал завхозом, управление пожарной охраны, суконная фабрика. А в начале 30-х комсомол направил Давида участвовать в ДНД — добровольной народной дружине. Там он познакомился и со своей будущей спутницей жизни, девушкой Надей с суконной фабрики. Вскоре они поженились и стали жить в доме, который Давид построил сам, из старенького сарайчика. Чтобы прокормить семью, Давид подрабатывал всем подряд: клал печи, ремонтировал крыши, сапожничал.


А в 1934 году его пригласили в обком комсомола и предложили поработать в Одесском уголовном розыске, в должности помощника уполномоченного. В то время в стране была огромная нехватка следователей, судей, инспекторов. А Давид оказался очень способным: он и планировал операции, и сам в них участвовал.



Утренний развод одесских милиционеров

В первые же дни работы Давида двое его коллег были убиты бандитами. И Курлянд всю жизнь придерживался строгого принципа: безрассудно подчиненными не рисковать. Но с бандитами боролся до конца. За все время его службы у него не было ни одного прокола, ни одного дела, которого он не смог бы раскрыть. За несколько предвоенных лет Давид прошел путь от помощника до старшего оперуполномоченного.



Войну Курлянд встретил в Одессе. Вместе с товарищами по службе до последнего дня участвовал в обороне родного города. И лишь после того как советские войска оставили Одессу, ушел из города на последнем корабле. А вот его мать и сестра Полина с детьми, оставшиеся в Одессе, были расстреляны оккупантами.


В конце 1941 года Курлянд был направлен для борьбы с преступностью в Узбекистан. В те годы туда эвакуировали десятки тысяч людей, попадались среди них дезертиры, валютчики, бандиты. 28-летнего Давида назначили заместителем начальника управления уголовного розыска Узбекистана.

В марте 1944 года, когда советские войска уже подходили к Одессе, Давид Михайлович был отозван и 10 апреля в числе освободителей на танке въехал в город. После освобождения криминогенная обстановка в Одессе была просто ужасающей. Отступая, оккупанты формировали банды из уголовников-рецидивистов, бывших полицаев. Перед ними ставилась задача всячески тормозить восстановление разрушенного города: внедряясь в руководящие органы, устраивать саботажи, дезинформировать население о якобы возвращающихся фашистах. И, конечно же, совершать налеты, убийства, грабежи (в том числе и военных складов).


Одним из громких дел тех лет стало убийство одесского горвоенкома Ивана Ляшко. Курлянд с помощником Леонидом Кривенко напали на след банды Игоря Шевцова. В течение месяца им удалось обнаружить логово бандитов и обезвредить их. Также сотрудники Одесского уголовного розыска под руководством Курлянда обезвредили и уничтожили такие банды, как «Додж ¾», «Одесский Тарзан», «Черная кошка». В «Черной кошке», например, насчитывалось 19 рецидивистов. Именно эта шайка зверски убила участкового инспектора милиции Небита, сотрудника госбезопасности и несколько войсковых офицеров — чтобы захватить оружие и форменную одежду.

Курлянд поставил перед подчиненными задачу — в кратчайшие сроки взять или уничтожить банду и по возможности взять живым ее главаря Николая Марущака. Марущак и его шайка скрывались в катакомбах и развалинах разрушенных во время войны зданий. Каждый раз опытному бандиту удавалось уходить из расставленных на него ловушек.

Как-то раз при очередной облаве на барахолке был взят один из сообщников Марущака. При выявлении личностей задержанных его опознал один из бывших полицаев. Спасая свою шкуру, он сдал его. Так и вышли на штаб-квартиру банды. Рано утром сотрудники угро оцепили это место. Бесшумно подошли вплотную к логову. Почувствовав опасность, бандиты попытались прорваться сквозь кольцо, открыли ураганный огонь. Завязался настоящий бой. Тяжело раненный, Марущак пытался отстреливаться, но его схватили. Однако в последний момент он успел раскусить ампулу с ядом.


Вот что вспоминает известный одесский писатель Михаил Пойзнер: «Два с половиной года оккупации не могли не сказаться на криминальной ситуации. Многих молодых людей, который в 1941 году по возрасту еще не подлежали призыву, в 1944 году, когда город был освобожден, — стали призывать в армию. Те, кто был призван, молодые, необстрелянные, практически все погибли при Ясско-Кишиневской операции. Понятно, что многие пытались уклониться от призыва. Так возникла целая армия дезертиров, некоторые из них пополняли бандитские группы. Да и возвращавшиеся с войны фронтовики зачастую не имели образования и профессии, ничего не умели делать, кроме как стрелять, и тоже порой пополняли среду уголовников, наивно думая: «Вот пару копеек отобьем, а там будет видно…» В городе оставались бывшие полицаи, снабженные немцами оружием. Вот с кем приходилось иметь дело сотрудникам уголовного розыска. После войны Одесса входила в особый список городов с высоким уровнем бандитизма. На Украине такими городами также были Умань и Николаев.

В 1948 году Курлянд был назначен заместителем начальника уголовного розыска Одессы. Однако он не сидел в «руководящем кресле» — сам планировал проведение операций и сам в них участвовал.


В коллективе его называли «профессором» по борьбе с бандитами, фальшивомонетчиками, мошенниками. Криминальные же авторитеты его боялись — и уважали. Нередко матерые уголовники «завязывали» с криминальным миром лишь потому, что дали слово Курлянду. Вспоминает сын Давида Курлянда Анатолий:


«Фамилия Курлянд приводила в ужас преступников. Нас боялись как огня. Помню, когда я женился на москвичке и любимая взяла мою фамилию, так она год не могла устроиться здесь, в Одессе, на работу. Ее боялись. Руководство каждого предприятия переживало: а вдруг она будет что-то выяснять, выведывать, ее свекор же настоящий сыщик!»

Создатель Народного музея милиции Василий Давиденко был близким другом Давида Курлянда. Вот что он говорил: «Если начальник уголовного розыска мог быть номенклатурной единицей, то заместитель начальника был „рабочей лошадкой“. В мирное время с такой анкетой быть награжденным боевыми наградами, удостоиться ордена Красной Звезды (в 1954 году) — это что-то да значило».


В 1953-м Давида Курлянда награждают начальником 2-го, а затем 1-го отдела милицейской службы. В 1960-м он — заместитель начальника уголовного розыска Одессы. А в 1963-м, всего-то в 50 лет, Давида Михайловича отправили на пенсию. Отдыхать он не мог: читал лекции, консультировал работников уголовного розыска, собирал в архивах материалы по истории милицейской работы.



Удивительно и то, что всю жизнь Курлянд с женой Надей и детьми прожил в коммунальной квартире — на Соборной площади, в доме Либмана. Дочь Давида Михайловича стала учительницей математики, а сын профессиональным военным, служил в городе Энгельсе Саратовской области.


А еще Давида Михайловича обошли стороной две высокие награды. В 1957 году за успешную операцию — розыск детей, потерявшихся в катакомбах, — он был представлен к ордену «Знак Почета». Но вместо ордена ему объявили благодарность «за находчивость и проявленную инициативу». А в 1958 году еще один орден Красного Знамени заменили медалью «За безупречную службу 1-й степени».



Памятник Давиду Курлянду у входа в областное управление внутренних дел в Одессе

В 1988 году Давид Курлянд написал воспоминания, которые сегодня хранятся в Одесском музее милиции на Еврейской улице. В красной папке более 200 страниц. Здесь перечислены самые значимые дела, которые он расследовал. Это настоящий кладезь сюжетов для писателей, одни заголовки чего стоят: «Импортный макинтош», «Яшка-Китайчик», «Флегмона, или…», «Котиковая шуба», «18-летний губернатор», «Моца и К и другие».

Личное дело Курлянда до сих пор засекречено. Курлянд был классным специалистом по агентуре и у него был с десяток явочных квартир. И сегодня, вполне возможно, здравствуют дети и внуки тех, с кем он раскрывал сложнейшие дела.

28 июля 1993 года Давид Курлянд умер от инфаркта. Он похоронен на Троицком кладбище.

Источники:
myhistory,
odesskiy.com,
altfast

www.izbrannoe.com

Факты из жизни легендарного Давида Курлянда, его же Давида Гоцмана: vakin

Нашумевший сериал режиссера Сергея Урсуляка «Ликвидация», вышедший на экраны в 2007 году, увлек миллионы зрителей захватывающим сюжетом и блестящей игрой актеров. Но главной причиной популярности фильма был харизматичный образ Давида Гоцмана, воплощенный на экране Владимиром Машковым.

У этого героя был реальный прототип — одессит Давид Курлянд, сотрудник уголовного розыска, гроза бандитов всех мастей.

Курлянд Давид Михайлович (Менделевич) — родился в Одессе 1 февраля 1913 года. Его родители приехали в Одессу из Прибалтики, а именно из Вильнюса, где они оба родились. Семья поселилась на Молдаванке на улице Садиковской, 37, это угол Разумовской. Отец по профессии был печником-строителем и умер в Одессе в 1921 году. И мать Давида осталась одна с тремя детьми. Он был младшим из детей. Давиду пришлось несколько лет быть на воспитании в детских домах Одессы.

Вот что рассказывает в своих дневниках о своей жизни он сам:

«Мне тогда было семь лет, и я оказался в одном из детских домов, который вначале находился в Малом переулке, 8 (ныне переулок Маяковского), а затем в доме № 20 по улице Пишоновской (ныне ул. Ковалевского). В этих детских домах я находился около трех лет — 1920—1922 годы. И только после окончания гражданской войны, когда старший брат был демобилизован из Красной армии и вернулся домой, он забрал меня из детского дома».

В начале 20-х годов в Одессе вновь активизировались организованные банды, приезжали «залетные преступники-гастролеры». Оживились шулера, контрабандисты и жулики. В городе участились пожары и кражи. А воспитывавшийся в детдоме Давид не понаслышке узнал криминальный мир и с «лицевой» стороны, и с «изнанки»

Окончив семь классов, Давиду с 13 лет пришлось пойти работать, зарабатывать себе на жизнь. Он пошел по стопам отцам, вначале поработал учеником печника, а потом, когда набрался опыта, уже и печником. Но жизнь брала свое, менялись профессии, менялись места работы: соевый завод, где он поработал завхозом, управление пожарной охраны, суконная фабрика. А ещё вначале 30-х годов комсомол направил его участвовать в ДНД (добровольная народная дружина). Там, в народной дружине, он и познакомился со своей будущей спутницей жизни, девушкой Надей с Заставы. Поженились они еще совсем молодыми. Дом для своей молодой семьи – на улице Столбовой, 4 – он построил своими руками из старенького сарайчика. Еврейский паренек Давид, чтобы кормить семью, подрабатывал: сапожничал, клал людям печи, ремонтировал дымоходы и крыши, а его жена работала на Суконной фабрике.

А в 1934 года, когда ему исполнился 21 год, хорошо зарекомендовавшего себя в ДНД, молодого комсомольца Давида Курлянда пригласили в обком комсомола и предложили поработать в Одесском уголовном розыске, в должности помощника уполномоченного. Так он попал на рабату в милицию, где в дальнейшем и служил, до выхода на пенсию.

Прототипом главного героя стал знаменитый одесский чекист Давид Курлянд В то время в стране была огромная нехватка следователей, судей, инспекторов. Вот и проводились комсомольские наборы, в органы призывали новых людей. Детдомовский парень, не имевший ничего за душой, хотел служить государству и тем идеям, которым его учили. К тому же он был способный: имея образование всего семь классов, он писал безукоризненно грамотно. И потому специалистом в розыскном деле оказался незаменимым. Он не только планировал операции, но и сам в них участвовал. В то же время безрассудно своими подчиненными не рисковал. В первые же дни его работы бандитами были убиты сотрудники угро Нумерованный и Ополько. Смерть товарищей только укрепила уверенность Давида в верности выбора своего решения — бороться с бандитами до конца. Он смело и находчиво выполнял все поставленные перед ним задачи.

За все время службы у Курлянда не было ни одного прокола. И не было такого дела, которое он не смог бы раскрыть. За несколько лет прошел профессиональный путь от помощника опера до старшего оперуполномоченного. Войну он встретил в Одессе. Давид Курлянд вместе с товарищами по службе до последнего дня участвовал в обороне родного города от фашистов. И лишь после того как советские войска оставили Одессу, Курлянд ушёл из города на последнем судне. Он был награждён медаль «За оборону Одессы» за № 300. А вот его мать и сестра Полина с детьми, оставшиеся в Одессе, были растреляны оккупантами.


Утренний развод одесских милиционеров

Курлянд в конце 1941 года был направлен в Узбекистан, в распоряжение Ферганского уголовного розыска для борьбы с преступностью. В те годы туда эвакуировали десятки тысяч людей, многие приезжали не с пустыми руками. Среди них были дезертиры, валютчики, бандиты. Курлянда, как уже опытного сотрудника уголовного розыска назначают заместителем начальника управления уголовного розыска Узбекистана. А было ему только двадцать восемь лет

В марте 1944 года, когда наши войска уже подходили к Одессе, Давид Михайлович был отозван из Узбекистана и в числе освободителей 10 апреля въехал на танке в родной город. После освобождения Одессы от фашистской оккупации в городе и его окрестностях создалась сложная криминогенная обстановка. Отступая, разведорганы немецкой и румынской армий формировали банды из уголовников-рецидивистов, бывших полицаев и их пособников. Перед ними ставилась задача всячески тормозить восстановление разрушенного города; внедряясь в руководящие органы, организовывать саботажи, дезинформировать население, разнося слухи о якобы возвращающихся захватчиках. И, конечно же, совершать убийства, налеты, разбои, грабежи (в том числе и военных складов).

В активную борьбу с предательским отребьем вступили сотрудники Одесского уголовного розыска во главе с Давидом Курляндом. В то время особенно громким стало дело об убийстве и ограблении одесского горвоенкома Ивана Ляшко. Курлянд со своим помощником Леонидом Кривенко напал на след банды Игоря Шевцова, орудовавшей в подобном стиле и подозреваемой в убийстве Ляшко. В течение месяца оперативники сумели выследить и обнаружить логово подельников Шевцова и обезвредить. Также сотрудникам Одесского уголовного розыска, фактически возглавляемого Давидом Курляндом, в течение нескольких недель удалось обезвредить и уничтожить банды «Додж 3/4», «Одесский Тарзан», «Черная кошка». Только «Черная кошка» за короткий срок совершила 12 убийств, налетов и ограблений. Возглавлял банду некто Николай Марущак, а помощником у него был отпетый бандит Федор Кузнецов по кличке Когут. В этой группе насчитывалось 19 рецидивистов. Именно члены шайки «Черная кошка» зверски убили участкового инспектора милиции Небита, сотрудника госбезопасности и несколько войсковых офицеров. Все это производилось с целью присвоения оружия и форменной одежды, в которую экипировались бандиты, когда шли «на дело». Как правило, трупы убитых уголовники прятали в катакомбах.

Курлянд поставил перед своими подчиненными задачу во что бы то ни стало и в сжатые сроки взять или уничтожить банду «Черная кошка» и, по возможности, захватить живым Марущака. По предположению начальника угро, он наверняка знал и других своих сообщников и встречался с ними. А Марущак и его шайка в это время скрывались в катакомбах и в развалинах разрушенных во время войны зданий. И все же по полученной от населения информации сотрудники угрозыска шаг за шагом сжимали кольцо вокруг Марущака. Но опытный бандит со стажем каждый раз избегал подготовленных для него ловушек. Однажды оперативникам удалось выследить вожака. А он, хорошо знавший многие ходы в катакомбах, нырнул в один из них и через время прибыл в свою глубокую пещеру на Куяльнике, где находилась его штаб-квартира. Марущак считался битым волком и обложить его было не так уж и просто.

Прошло некоторое время. И как-то раз при очередной облаве на барахолке, в числе других, был арестован один из сообщников Марущака. Об этом стало известно, когда при выявлении личностей задержанных его опознал один из бывших полицаев. Спасая свою шкуру, он сдал его. Так и вышли на штаб-квартиру банды «Черная кошка». Действуя оперативно, сотрудники угро ранним утром окружили это место. Бесшумно подошли вплотную к логову. Но бандиты, почувствовав опасность и понимая, что они заперты в пещере, решили прорваться сквозь кольцо. Выскочив наружу, открыли ураганный огонь. Оперативники моментально отреагировали на это, начав стрельбу на поражение. Бой был коротким, но жестоким. Тяжело раненный вожак еще пытался отстреливаться из пистолета, но его схватили и обезоружили. В самый последний момент Марущак все же успел раскусить ампулу с ядом. На его лице застыл звериный оскал. Вожак прекрасно понимал, что за содеянное ему спуску не будет, и предпочел умереть добровольно. С бандой «Черная кошка» было покончено.

Вот что вспоминает известный одесский писатель и коллекционер Михаил Пойзнер: — «Два с половиной года оккупации не могли не сказаться на криминальной ситуации. Многих молодых людей, которые в 1941 году по возрасту еще не подлежали призыву, в 1944 году, когда город был освобожден, стали призывать в армию. Те, кто был призван, молодые, необстрелянные, практически все погибли при Ясско-Кишиневской операции. Понятно, что многие пытались уклониться от призыва. Так возникла целая армия дезертиров, некоторые из них пополняли бандитские группы. Да и возвращавшиеся с войны фронтовики зачастую не имели образования и профессии, ничего не умели делать, кроме как стрелять, и тоже порой пополняли среду уголовников, наивно думая: «Вот пару копеек отобьем, а там будет видно…». В городе оставались бывшие полицаи, снабжённые немцами оружием. Вот с кем приходилось иметь дело работникам уголовного розыска.

После войны Одесса входила в состав городов особого списка, которые определялись по уровню бандитизма. В Украине, кроме Одессы, такими городами были ещё Умань и Николаев. В 1948 году Давид Курлянд был назначен заместителем начальника уголовного розыска Одессы. Табельным оружием у него, как и у многих сотрудников уголовного розыска в то время, был так называемый пистолет оперативника – браунинг калибра 7,62. Мощный, безотказный пистолет, который свободно помещался, как в заднем кармане брюк, так и за голенищем сапога. Это было очень удобно, поскольку висящая сбоку кобура мешала и выдавала работника милиции. Но в «руководящем кресле» он сидеть так и не привык. Сам планировал проведение различных операций против бандитов, сам в них участвовал.

В коллективе его называли «профессором» по борьбе с бандитами, фальшивомонетчиками, мошенниками. Безрассудно своими подчиненными не рисковал, хоть и был для сотрудников непререкаемым авторитетом. Криминальные же «авторитеты» боялись и уважали «большого начальника». Бывшие матерые уголовники «завязывали» с прошлым только потому, что дали слово Давиду. Давид Михайлович умел разговаривать со своими подопечными. По словам сына Д.Курлянда Анатолия: «Отца уважали и боялись, в том числе и бандиты .. Фамилия Курлянд приводила в ужас преступников. Нас боялись как огня. Помню, когда я женился на москвичке и любимая взяла мою фамилию, так она год не могла устроиться здесь, в Одессе, на работу. Ее боялись. Руководство каждого предприятия переживало: а вдруг она будет что-то выяснять, выведывать, ее свекор же настоящий сыщик! Ой, смешно и горестно это вспоминать! Еле нашли ей работу.»

Создатель Народного музея милиции Василий Давиденко (недавно ушедший из жизни) был близким другом Давида Курлянда. Он с большой теплотой и уважением вспоминал о Давиде Михайловиче, отдавая должное его высокому профессионализму. Он говорил:

— «.. Если начальник уголовного розыска мог быть номенклатурной единицей, то заместитель начальника был «рабочей лошадкой». В мирное время с такой анкетой быть награжденным боевыми наградами, удостоиться ордена Красной Звезды (в 1954 году) — это что-то да значило»,

Давид Михайлович Курлянд В 1953-м Давида Курлянда назначают начальником 2-го, затем 1-го отдела милицейской службы. В 1960-м — заместитель начальника уголовного розыска Одессы. До начальника отделения уголовного розыска не дослужился, но заместителем стал знаменитым. С 1958 года почти десять лет Курлянд читал лекции в Одесской спецшколе милиции МВД СССР. А в 1963-м, в возрасте всего лишь пятидесяти лет Давида Михайловича отправили на пенсию…. Но отдыхать он не мог: читал лекции, консультировал работников уголовного розыска, просиживал в архивах, собирая материалы о героическом пути своих соратников, товарищей по оружию.

В то же время Курлянд был бессребреником. Гроза бандитов немного для себя наработал в конце безупречной службы: с любимой женой Надей и с детьми он всю жизнь прожил в коммунальной квартире, в центре города, в районе Соборной площади, а именно в доме Либмана. Дочь Давида Михайловича стала учительницей математики в одесской школе, сын стал профессиональным военным и служил в городе Энгельсе, недалеко от Саратова.

Не слушая сплетен, не замечая грязи, выливаемой на него недоброжелателями, в своей жизни Давид Курлянд руководствовался законом двух П – порядочности и профессионализма. Он всегда был открыт для новых идей, но никогда не спешил немедленно принимать любую. Готов был учесть чужое мнение, но в каждом случае сам решал, что пойдет на пользу делу. Всегда помнил, что для принятия окончательного решения необходимы ясный ум и холодная голова. Эмоции – плохой советчик. И излишне чувствительные, беспомощные, мечущиеся натуры вызывали у него некоторое раздражение. Он был уверен в том, что для достижения намеченной цели нужны организованность, дисциплина и мобилизация скрытого потенциала. И в том, что начатое дело не бросают на полдороге.

А еще две высокие награды обошли Давида Михайловича стороной. В 1957 году за успешную операцию, нашумевшее дело — розыск детей, потерявшихся в катакомбах, Д.Курлянд был представлен к ордену «Знак Почета». Но вместо ордена руководителю отдела милицейской службы объявили благодарность «за находчивость и проявленную инициативу». Представление в 1958 году еще на один орден Красного Знамени, затем заменили медалью «За безупречную службу 1-й степени». Так и проходил Давид Михайлович всю жизнь с одним орденом Красной Звезды,


Памятник Давиду Курлянду в Одессе у входа в областное управление внутренних дел

В 1988 году Давид Михайлович написал дневник воспоминаний, который сегодня хранится в Одесском музее милиции на улице Еврейской. В красной папке более 200 страниц. Здесь перечислены самые значимые дела, которые он расследовал. Описаны они по разному: где по канцелярски, а где по одесски, с юмором. Дневник – кладезь сюжетов для новых детективов, одни заголовки дел уже привлекают внимание: «Оборотень», «И оружие не помогло», «Зачем мошеннику оружие», «Случайное задержание», «Утренние гости», «Неудавшаяся гастроль», «Задача с одним неизвестным», «Курортники», «Засада», «Импортный макинтош», «Яшка-Китайчик», «Флегмона, или…», «Дубровский», «Котиковая шуба», «18-летний губернатор», «Марущка+Соколов», «Моца и К и другие», «Заказная» кража”.

Кстати, в создании музея милиции немалая заслуга самого Давида Курлянда, считавшего воссоздание героического пути своих товарищей по оружию долгом живых перед погибшими.

Личное дело заместителя начальника Одесского уголовного розыска Давида Курлянда до сих пор засекречено. Курлянд был классным специалистом по агентуре, у него был с десяток явочных квартир. И сегодня, вполне возможно, здравствуют дети и внуки тех, с кем он раскрывал сложнейшие дела. Давид Курлянд знал город, как никто другой, без труда ориентировался и в знаменитых одесских катакомбах.

28 июля 1993 года Курлянд Давид Михайлович умер от инфаркта и похоронен на Троицком кладбище.

В 2008 году, после грандиозного успеха «Ликвидации», возле здания одесского областного управления МВД был установлен памятник сотрудникам послевоенного уголовного розыска, который иногда называют «памятник Гоцману». Однако черты лица этого бронзового милиционера, протягивающего руку бронзовым голубям, больше напоминают не киногероя Гоцмана, а его прототипа из жизни. Не менее храброго, но при том доброго, скромного, проницательного, интеллигентного — капитана Давида Михайловича Курлянда. Кто не верит — может посмотреть и убедиться: картина маслом…


Владимир Машков в роли Давида Гоцмана в фильме «Ликвидация», 2007

***

Некоторые цитаты из сериала «Ликвидация»

— Добрый вечер, Давид Маркович! Что новенького в Уголовном Кодексе?
— Тут уголовный розыск, а не баня — нэма ни голых, ни дурных.
— Давид Гоцман, идите кидайтесь головой в навоз — я вас не знаю. Мне не интересно ходить с вами по одной Одессе.
— Ой, ша, шо я вижу, Давид Маркович, я еще таки не слепая, но скоро буду об этом жалеть, Циля моет посуду, посмотрите на ту фифу…
— Мама! Я зарэжу сибе ножиком!
— Картина маслом.
— Что значит мало? Сара тоже кричала: «Мало!», а потом нянчила семерых бандитов, не считая девочек!
— На Пересыпи как-то раз три некрасивых пацана привстали на дороге как шлагбаумы. Повитягали из карманов перья, кастеты и сами такие смелые стоят, с понтом на мордах сделать нам нехорошо. Так Дава, ни разу не подумав, пожал им сходу челюсть. Они от такого здрасте пообранили свой металлолом, схватили ноги в руки и до хаты. — Набрали таки ещё пять — шесть солистов до ансамбля… Так надо ж бежать! Так нет он стал столбом и…..
— Дава, ты таки босяк! Зачем ты туда полез? Пять стволов это тебе не пачка папирос, они таки стреляют. Ты же не окно в женской бане, зачем в тебе дырка?
— Фима, закрой рот с той стороны, дай доктору спокойно сделать себе мнение!
— Фима, собирайся, сейчас сядешь у меня в кабинете, и я тебя не выпущу, пока ты мне не выучишь Уголовно-процессуальный Кодекс от заглавной буквы «У» до тиража и типографии!
— Ну давай, делай маму сиротой.
— Есть хорошие люди, которые не желают, чтобы их портреты печатались в газете «Правда», и они-таки имеют право.
— А если бы он признал тебя, дырку в тебе сделал? Не к ордену, а так, до сквозняка!
— Народ там с душком, очков не носит.
— Не расчесывай мне нервы!
— Я вас умоляю, Вы же знаете за Эммика: он если не сломает, то уронит и как раз таки не помимо пальца, а на самые ноги!
— Вот уважаю Вас, но пфу Вам под ноги за Ваше каменное сердце!
— Шо ты мне истерику мастыришь?

Критика

Известные украинские деятели культуры критикуют «Ликвидацию», намекая на присутствие в ней украинофобии.

Андрей Кокотюха, писатель и журналист:

«Згадайте: ще не так давно ідейні вороги радянської влади, ким би вони не виявлялися по життю, завжди були для кіно, зокрема – «перебудовчого» та російського пострадянського, героями позитивними. Тепер ті, хто не любить радянську владу, підлягають знищенню. Чи немає тут натяку на те, що російська культура, і зокрема — кіно, знову готові відстоювати і захищати піддані колись обструкції радянські цінності? Можливо, я трошки пересмикую карти, одначе згаданого Академіка, попри всю його зрадницьку сутність, хочеться пожаліти: він — проти «совєтів», а його за переконання вбивають…».

Оксана Забужко, писатель и поэт:

«…ситуація зараз шизофренічна: з одного боку ллється кров, гинуть люди, російськомовні, україномовні, суржикомовні, немає різниці, ті, які ідентифікують себе як українців. І в цей самий час лише за перший тиждень вересня 10 українських каналів показали 71 російський серіал, в тому числі «Ліквідацію», де чекісти знищують бандерівців»

Запрет фильма на Украине

В кінці жовтня 2014 року актор фільму Михайло Пореченков здійснив незаконну поїздку в непідконтрольний Україні Донецьк, де разом з терористами ДНР стріляв ймовірно по позиціях українських військових у Донецькому аеропорту. Служба безпеки України також запідозрила актора у розстрілах мирних мешканців Донецька. Після розголосу цих подій зчинився скандал. Активісти кампанії «Бойкот російського кіно» вимагали заборонити в Україні фільми за участю Михайла Пореченкова. 31 жовтня 2014 року Державне агентство України з питань кіно за поданням Міністерства культури України та Служби безпеки України скасовує дозволи на розповсюдження та показ 69-ти фільмів і телесеріалів за участю Михайла Пореченкова, серед яких і багатосерійник «Ліквідація».

Источники —
* infoglaz.ru
* odesskiy.com
* Вікіпедія
* Википедия
* www.kulturologia.ru

vakin.livejournal.com

Давид Гоцман — биография, актер, цитаты, внешность и характер

История персонажа

Давид Маркович Гоцман, закоренелый холостяк и принципиальный подполковник, сумел завоевать уважение и у собственных коллег, и у противников – представителей криминального мира. Прошедший войну и потерявший родных, мужчина живет по собственным законам, которые не делят людей на хороших и плохих. Такой подход сделал подполковника настоящим профессионалом, ценящим человеческие жизни.

История создания

Собственным появлением Давид Маркович Гоцман обязан Олегу Компасову – творческому директору киностудии «Дед Мороз». Мужчина, посетивший Одессу, настолько пропитался колоритом города, что вернулся в Россию с желанием создать фильм.

Олег КомпасовОлег Компасов

Дальнейшая разработка идеи привела Компасова к книге «Бандитская Одесса», в которой писатель Виктор Файтельберг-Бланк изложил историю приезда Жукова в украинский город и проведения операции «Карнавал». Сюжет заинтересовал мужчину и подтолкнул директора «Дед Мороза» к запуску сериала.

Во время дебатов со сценаристами руководители проекта решили сделать центральной фигурой не главнокомандующего, а обычного оперуполномоченного. Исследования и изучения архива Одесского уголовного округа помогли найти подходящий прототип. Им стал подполковник Давид Михайлович Курляд.

Давид КурлядДавид Курляд

Впрочем, родные Курляда и краеведы Одессы настаивают, что образ Гоцмана – собирательный. Несмотря на то, что события сериала «Ликвидация» разворачивались во времена Курляда, в характере главного героя встречаются черты работника УКВД Одесской области Виктора Павлова и заместителя специализированного отряда по борьбе с бандитизмом Янкеля Флинга.

Получившийся персонаж пришелся по душе и жителям Одессы, и представителям власти. В 2008 году, после премьеры сериала, в Одессе установили памятник, посвященный Давиду Марковичу. Бронзовое творение расположено перед зданием Одесской областной милиции.

Сюжет

Давид ГоцманДавид Гоцман

О собственной биографии Давид Маркович Гоцман предпочитает не распространяться. Мужчина не любит говорить о семье, отвечая неуместно любопытствующим, что родных у него нет. Даже жилище Гоцмана не расскажет о близких героя – Давид давно снял и спрятал личные фотографии.

Гоцман попал на войну уже в зрелом возрасте. Долгое время мужчина прослужил в разведке и быстро двигался по военной лестнице. Служение Родине прервало тяжелое ранение, которое заставило Давида больше года пролежать в военном госпитале.

Кадр из сериала "Ликвидация"Кадр из сериала «Ликвидация»

Залечив рану, Гоцман возвращается в родной город – Одессу. Как бывшего военного, мужчину с радостью принимают на службу в милицию. Давид Маркович быстро добивается высокого положения. Уважение товарищей, аналитический склад ума и хорошая раскрываемость преступлений – все это способствовало получению должности начальника отдела уголовного розыска по борьбе с бандитизмом.

Несмотря на звание подполковника, Гоцман всегда участвует в задержаниях и засадах. Мужчина выполняет оперативную работу, не засиживаясь в кабинете. Ни одно преступление в Одессе не ускользает от взгляда Гоцмана.

Мишка КарасьМишка Карась

Но размеренную жизнь нарушает дерзкое преступление – с военного склада выкрадено военное обмундирование. Ситуацию осложняют убийства – при попытке вывезти добычу преступники расстреливают представителей закона и поджигают ворованные вещи. Обо всем этом Гоцману рассказывает Мишка Карась – маленький беспризорник, который с первых минут знакомства вызвал у сурового Давида Марковича отцовскую нежность.

Впрочем, кроме преступлений и засад, в жизни Гоцмана случаются и радостные моменты. Подполковник, не праздновавший собственный день рождения больше четырех лет, вынужден сделать перерыв в расследовании – близкий друг Гоцмана Фима Петров устраивает масштабное застолье. Среди множества лиц Давид Маркович замечает Нору – соседку Фимы. Загадочная и немногословная женщина вызывает в душе закоренелого холостяка странные эмоции, про которые Гоцман за годы войны и работы в УГРО уже забыл.

Нора из сериала "Ликвидация"Нора из сериала «Ликвидация»

Впрочем, от романтических чувств Давида Марковича отвлекает реальность. Фима, желавший помочь лучшему другу раскрыть преступление, умер от рук неизвестных бандитов. С этого момента рядовое расследование стало личным делом подполковника.

Гоцман поднимает старые связи, встречается с криминальными королями и прикладывает максимум усилий, чтобы добраться до злодеев. Но попытки не приносят результата. Даже появление помощника военного прокурора Виталия Кречетова не помогает продвинуться в поисках убийц.

Не меньше тормозит процесс маршал Жуков, который только приступил к обязанностям командующего войсками Одесского округа. Жесткий военный желает расправиться с бандитами методами, которые вызывают неодобрение у Гоцмана. В итоге за непослушание и нежелание относиться к представителям криминального мира как нелюдям Давида Марковича обвиняют в антисоветском заговоре.

Давид ГоцманДавид Гоцман

К счастью, отходчивый Жуков не дает делу хода, и Гоцман вновь выходит на свободу. Едва оправившись от заключения, Давид Маркович снова встречается с сиротой Мишкой Карасем. Мальчик так сильно напоминает подполковнику о собственном одиночестве, что мужчина усыновляет беспризорника.

Да и мысли о Норе не покидают Гоцмана. Только неумелые попытки ухаживать за красавицей натыкаются на холодность и отказы женщины. Единственное, что радует Давида Марковича, – в расследовании преступления появляется прогресс. Улики подсказывают, что главарем банды воров является некто, относящийся к уголовному розыску.

История с Норой, терзающая сердце закоренелого холостяка, разрешается счастливым финалом. Красавица выходит замуж за подполковника и с радостью воспитывает Мишку. Бесстрашный Гоцман даже в счастливые моменты не забывает о собственном долге. И, несмотря на опасность для обретенных близких, Давид Маркович находит человека, который лишил жизни смешного Фиму Петрова, ограбил военные склады и принес немало горя родному городу подполковника.

Экранизация

Режиссер Сергей УрсулякРежиссер Сергей Урсуляк

Премьера фильма «Ликвидация», рассказывающего о жизни послевоенной Одессы, состоялась в 2007 году. Режиссером картины выступил Сергей Урсуляк, а образ бравого Гоцмана воплотил актер Владимир Машков.

Съемки многосерийной картины проходили на территории Украины в июне-ноябре 2006 года. Чтобы актеры вжились в образы истинных одесситов, продюсеры киноленты наняли специалиста, который ставил артистам узнаваемый говор.

Актер Владимир МашковАктер Владимир Машков

Но Машкову подобный подход казался легковесным, поэтому актер на год переехал из Лос-Анджелеса в Одессу. За это время Владимир Львович изучил колоритные повадки и фразы местного населения и даже пообщался с представителями криминального мира.

Столь вдумчивая работа над образом принесла плоды – Машков награжден статуэткой «Золотой орел» в номинации «Лучший актер на ТВ» и «ТЭФИ-2008» за лучшую мужскую роль.

Цитаты

«Фима, закрой рот с той стороны, дай доктору спокойно сделать себе мнение!»

«Не делай мне нервы — их есть еще, где испортить!»

«Не тяни кота за все подробности!»

«От тебя, Наимов, даже спирта на морозе не хочу! В горло не полезет».

«Или ты говоришь мне, шо случилось, или я гэпну тебя у морду со всей моей любовью».

24smi.org

Давид Гоцман — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Давид Маркович Гоцман
Владимир Машков в роли Давида Гоцмана
Создатель

Олег Компасов (автор идеи)
Алексей Поярков (автор сценария)
Сергей Урсуляк (режиссёр)
Виктор Файтельберг-Бланк (помощь автору при создании образа)

Число эпизодов

14

Информация
Прозвище

Да́ва

Возраст

41 год (на момент показанных событий)

Дата рождения

10 июня 1905

Род занятий

борьба с бандитизмом

Звание

подполковник

Семья
Супруг(а)

Елена Брунер (вымышленное имя (псевдоним) Нора)

Дети

Миша Карасёв (усыновлён)

Давид Маркович Гоцман — главный герой телесериала «Ликвидация», сотрудник милиции, начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска. Воплощён на экране актёром театра и кино Владимиром Машковым. За воплощённый им образ Давида Гоцмана Владимир Машков был удостоен российской национальной премии «Золотой орёл»[Прим. 1] в номинации за лучшую мужскую роль на телевидении[1]; стал обладателем «Золотого Дюка» за вклад в культурную жизнь Одессы в рамках Первого одесского международного кинофестиваля[2], а также звания «Почётный гражданин Одессы» от одесских муниципальных властей[3].

Краткое описание персонажа

Боевой офицер, фронтовик, разведчик. После тяжёлого ранения, в течение продолжительного времени, около года, лечился в госпитале.
До начала Великой Отечественной войны, биография Д. М. Гоцмана содержит некие «белые пятна», относительно его предыдущего рода занятий, отношений с криминальным миром и законопослушности в целом. Однако, на момент событий, описываемых в фильме, он убеждённый борец с преступностью.
Склонен к вредным привычкам. Курит. Выпивает (в хорошей компании).

Создание кинематографического образа. От идеи до воплощения

Творческий директор студии «Дед Мороз» Олег Компасов, в 2004 году в Одессе снимал свой очередной сериал. И разъезжая по разным районам города, внезапно понял, что город с послевоенной поры совсем не изменился, и родилась идея снять в Одессе что-нибудь послевоенное — новое «Место встречи изменить нельзя» с трюками и перестрелками Джона Ву. По приезде в Москву, среди книг своей матери Компасов нашёл трёхтомник Виктора Файтельберг-Бланка «Бандитская Одесса». Это нехудожественное произведение — по сути являющееся изложением сюжетов, найденных Файтельберг-Бланком в архивах Одесского уголовного розыска, куда у автора был доступ: среди которых была история про то, как после Войны, в 1946 году, маршалы Георгий Жуков и Константин Рокоссовский были очень популярными среди фронтовиков, и Сталин, опасаясь что за ними пойдёт армия, от греха подальше, направил Рокоссовского в Польшу, а Жукова — командовать Одесским военным округом, что для Маршала Победы было весьма унизительным, сродни ссылке. В Одессе маршала встретил разгул преступности, с которой он сразу же решил бороться. Была разработана операция «Карнавал», в которой участвовали самые опытные офицеры, как мужчины, так и женщины. Их переодели в трофейную одежду для провокации преступников на нападение. В результате больше половины преступников были истреблены. В сериале было решено обыграть приезд Жукова и работу оперативника Давида Гоцмана, которого и играл Владимир Машков. На следующий год Компасов опять поехал в Одессу — снимать фильм. Там он встретился с Файтельберг-Бланком, который сильно помог в работе над фильмом. Сценаристу Алексею Пояркову для полноты ощущения местного колорита пришлось даже несколько месяцев жить в Одессе: он ездил в трамваях, стоял в очередях. Отыскали даже секретаршу Жукова.

Успех фильма «Ликивидация» Олег Компасов объясняет тем, что до «Ликвидации» опер никогда не был евреем, более того, опер выпивает, у него несчастная любовь, и он не стреляет в воров, а договаривается с ними. Так же как новым в своё время стал сериал «Семнадцать мгновений весны», ведь до этого никогда ещё в советском кино так не показывали немцев: как они пьют, как себя ведут, в какие кафе ходят, как шутят. До этого они были сплошь дураками, а стали интеллигентными, жестокими, умными. И вот, пожалуйста, даже несмотря на количество ляпов — бешеный успех[4].

Писатели Аркадий Вайнер и Эдуард Кузнецов отмечают что Владимир Машков колоритно выделялся даже на фоне знаменитостей из числа персонажей сериала. Конечно, выражаясь по-одесски, за его успех в картине говорило многое: главная роль, богатая драматургия, многоцветный образ. Но всё это не само шло в руки. Машкову немало пришлось потрудиться, чтобы стать похожим на одессита. Он почти целый год жил в Одессе, общался с теми, кто мог ему помочь погрузиться в послевоенную эпоху (от работников одесской милиции до «авторитетов» воровского мира). В чём-то его собственная судьба перекликалась с судьбами героев с «крутыми» биографиями. Он неплохо знал обычаи криминальной жизни, что помогло ему достоверно воссоздать образ главного героя в картине «Вор». Воплотиться в одесского прототипа Гоцмана — Давида Михайловича (Менделевича) Курлянда (сироты, детдомовца, замначальника одесского УГРО) — было для него проблемой не столько трудной, сколько увлекательной, на основании чего у Вайнера и Кузнецова есть все основания считать, что Машков в этой роли останется в памяти не как очередной «мент», а как привлекательный человек — одессит Давид Маркович[5].

По словам самого Владимира Машкова, создать образ борца с преступностью ему помогли его собственные: бандитское детство, криминальная юность, уличные драки до первой крови… И перемена в персонаже, когда тот подался на патрульно-постовую службу, имела место в юности самого Машкова: до девятого класса он был хроническим двоечником. Потом, по его собственному признанию, понял, что знание — сила и в результате школу окончил почти хорошо[6]. Машков и другие российские актёры, принимавшие участие в съёмках, брали уроки у местного лингвиста, который ставил им одесский акцент. Для придания достоверности своей игре и для того, чтобы лучше понять своего персонажа, войти в образ, Владимир Машков специально общался с взаправдашними одесскими «авторитетами» на пенсии[7]. У них он обучался специальному жаргону. Один из них, когда-то зарабатывавший деньги в игорных притонах, даже обучал актера игре в карты[8]. По слухам, Машкову, для того чтобы создать реалистичный образ подтянутого розыскника в послевоенное время, удалось похудеть на 20 кг[9]. Съёмки проходили во многих живописных местах Одессы и актёр, подстриженный по военной моде 40-х годов, появляясь на улицах, вызывал к себе повышенный интерес не только у женской половины города. Машков фотографировался со всеми желающими и никому не отказывал в автографе. При этом выглядел счастливым[6]. Актриса Светлана Крючкова, игравшая в сериале роль тёти Песи, рассказывала в интервью газете «Труд», что весь долгий съемочный период «Ликвидации» с первого и до последнего дня актёр перевоплотился в своего персонажа и был Гоцманом, а не Володей Машковым. На это сам Машков поведал следующее[10]:

И Давид Гоцман, и мой герой в «Кандагаре» — не вымышленные персонажи, у них есть прототипы. Да и обе истории для меня правдоподобные Что же касается моего принципа в работе над ролью, то каждый раз передо мной стоит одна задача — справиться с самим собой. Разумеется, я примерял себя и к Гоцману, и к пилоту в «Кандагаре», но практически никогда не получал ответа, как бы поступил я, смог бы оказаться на такой же высоте и, самое главное, остаться человеком. Но в этом незнании главная интрига моей жизни и профессии.

Тем временем Машков в восприятии одесситов стал ассоциироваться с сыгранным им персонажем[Прим. 2], даже после ряда других ролей в крупнобюджетных художественных фильмах[11]. Та же слава закрепилась за ним и среди актёрского сообщества. Так, даже несмотря на каждодневные многочасовые усилия гримёров при работе над фильмом «Распутин», где Машков играет царя Николая II, над актёром всё равно подтрунивали, что он теперь «Гоцман на троне»[12].

Обзоры журналистов и рецензии кинокритиков

«Голос Украины», официальное издание Верховной рады Украины, отметил актёрскую игру Владимира Машкова не иначе как блестящей[13]. Журнал «Russian Town», называет игру Машкова идеальной. Режиссёр, как отмечается в журнале, выбрал на роль героя, вершащего правосудие, харизматичного человека[6]. По мнению кинообозревателя газеты «Сегодня» Людмилы Воронковой, Владимир Машков в роли грозы всех бандитов, начальника Одесского УГРО, создаёт впечатление, что только начальник угрозыска Гоцман и маршал Жуков могут спасти город от происков немецкого шпиона «Академика» и безжалостной банды «Степных волков». 42-летний актёр в свободной рубахе, заправленной в милицейские галифе, и явно великоватых сапогах выглядел не просто стройным, а суперстройным, деловито щёлкая семечки[9].

Популярная одесская писательница Светлана Мартынчик пишет в своих дневниках, что самый кайф от просмотра сериала состоит в том, что Одесса, ставшая местом действия фильма, конечно же, совершенно не настоящая. Это Одесса из пространства анекдотов и баек про Одессу, причём анекдотов и баек, которые рассказывают уроженцы других мест, побывавшие в Одессе примерно дважды, на юморине, скажем, в семьдесят пятом, и потом ещё, пару лет спустя, в санатории, в Аркадии где-нибудь. Не зря почти все персонажи почти всегда интонационно фальшивят, как фальшивят все, или почти все жители России, пытаясь воспроизвести одесскую речь. Иногда у них получается правильно — наверное, случайно, но все это не очень важно, честно говоря, вернее даже совсем не важно, потому что дикая, скрежещущая фальшь — это, как оказалось, даже и хорошо. Там, в этой насквозь фальшивой Одессе-из-анекдотов совершенно живые люди живут свою живую жизнь. Жизнь переполняет их, это видно по глазам, по мимике, по пластике, это просто все время видно, живую жизнь не утаишь. То есть актерская игра, по мнению Мартынчик, обстоит на каком-то запредельном уровне, и не в одном Машкове — который натуральный гений — дело. Ну и Гоцман — олицетворение милосердия как обратной стороны личной силы. О…енный персонаж. Мартынчик признаётся, что тако́го в русском кинематографе вот так навскидку и не припомнит[14]. Не говоря за всю Одессу, одессит Стас Юлевич пишет в «Литературной газете», что многим жителям этого славного города многосерийный художественный телефильм про Давида Гоцмана и операцию «Маскарад» определённо лёг на душу, и картина определённо произвела на черноморском берегу подобие небольшого фурора: «…И вот дёрнула же меня нелёгкая пересмотреть кино Сергея Урсуляка! Захотелось, понимаешь ты, снова насладиться глубоко несериальной игрой Владимира Машкова. Не станем говорить за такие смешные мелочи, как показ в 1946 году „Подвига разведчика“, вышедшего на экраны годом позже. Куда важнее, что интерьеры коммуналок не кажутся искусственно состаренными декорациями, а галифе Гоцмана — свежепошитыми аккурат накануне съёмок какой-нибудь китайской артелью на Малой Арнаутской». И хоть список всех нестыковок и несообразностей можно продолжать очень долго, тот же Гоцман совершенно справедливо замечал про то, что не стоит «тянуть кота за все подробности», — резюмирует Юлевич[15].

Машков, как считает сценарист и режиссёр Олег Погодин, в последнее время очень скрыто работает, ему тяжело показывать уязвимость. Гоцман в «Ликвидации» — лучшая, по мнению Погодина, роль Машкова на сегодняшний день — это закрытый персонаж. Он всё больше скрипит зубами, играет желваками и тумаки раздаёт направо и налево. Машков и боль бы сыграл, но эта была бы боль раненого зверя — говорит Погодин[16].

Алекс Экслер остался недоволен развязкой, в которой Гоцман, в обнимку с «Академиком», бросился со второго этажа военной прокуратуры, чтобы таким образом убить своего врага. Экслер напоминает, что с высоты не так давно падали юный Фандорин с Безруковым[Прим. 3], неужели нельзя было, чтобы Гоцман как-то по-другому нейтрализовал своего противника? У историков и критиков, — продолжает Экслер, — есть более серьёзные претензии к фильму. Мол, и послевоенные одесские дворы были не такими, и одесский говор совершенно не такой был, и должность замначальника УГРО Давида Гоцмана кабинетная, а не шерифская, чтобы с собой носить по два пистолета и гранату. По мнению Экслера, слишком бьёт по ушам одесский говор — там он как-то не к месту. Кроме того, Машков, по словам Экслера, утомил зрителя своей манерой хмурить брови и думать, что он мачо. Неужели по-другому сыграть нельзя было, потоньше? — вопрошает Экслер. Ну и резанула не просто до предела фальшивая, а просто какая-то по-цирковому буффонадная сцена визита Гоцмана на застолье к одесским криминальным авторитетам. Совершенно непонятно, зачем это так было снято — смотрелось просто как фарс, — завершает Экслер своё впечатление о главном герое сериала[17].

Журналист Феликс Кохрит, лично знавший Давида Курлянда — основного исторического прототипа персонажа, отмечает что подполковник Давид Гоцман — начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска, уж никак не мог входить в высокие кабинеты, на совещания к маршалу Жукова, и гоняться за бандитами по окраинам в одном и том же обмундировании: галифе, сапогах, потёртом пиджаке и кепке. Да и вряд ли его прототип носил за поясом «наган» и ТТ, нож за голенищем сапога и «лимонку» в кармане. Да и не жили офицеры милиции такого ранга в трущобных дворах на Ближних Мельницах, не умывались под дворовым краном. Тем не менее, на вопрос о том, достоверно ли сыграл Владимир Машков Давида Гоцмана, Кохрит отвечает, что роль у него получилась[18].

Гоцман и Жеглов

Телеобозреватель газеты «Коммерсантъ» Арина Бородина отмечает что «Ликвидация» Сергея Урсуляка в значительной мере наследует знаменитому телесериалу Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» и изобилует заимствованиями, цитатами и отсылками к одному из самых любимых народом телехитов. Одесский колорит, который безусловно, присутствует в сериале. В городе орудуют банды и недобитые немецкие шпионы. С ними сражается местный угрозыск во главе с обаятельным Давидом Гоцманом — его, по словам Бородиной, очень ярко сыграл Владимир Машков. Правда, по части сочного языка одесситов есть некоторый перебор. Актёры стараются, но выученных ими фразочек порой многовато, и это даже мешает понять, о чём именно говорят герои. Чувствуется и заимствование из уже известных зрителю киноисторий, главная из которых «Место встречи изменить нельзя». Любопытная деталь: в анонсах «Ликвидации» канал «Россия» даже использовал кадры из легендарного телефильма Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя»: дескать, вот это было раньше, а потом на смену муровцам Жеглову и Шарапову пришли герои одесского угрозыска из «Ликвидации». И конкуренты с «Первого канала» в долгу не остались. Они свою шпильку в премьеру «Ликвидации» таки вставили. На «Первом» за день до премьеры «Ликвидации» в режиме нон-стоп начиная с 10:40 утра поставили все пять серий «Места встречи…». И получалось, что канал «Россия» своими анонсами невольно отсылал и к показу «Места встречи…» на «Первом канале»[19]. Тем не менее, треть зрителей каждый вечер замирала у телеэкрана, чтобы узнать, чем закончится противостояние банды во главе с немецким шпионом по кличке «Академик» и одесского угрозыска во главе с Давидом Гоцманом, которого замечательно сыграл Владимир Машков, — заключает Бородина[20]. Сериал «Ликвидация», несмотря на всё своё превосходство над другими современными проектами российского телевидения, слишком напоминает «Место встречи изменить нельзя». И фактурой, и типажами. А в итоге герой Машкова Давид Гоцман смотрится как талантливая, но всё же копия Глеба Жеглова в исполнении Высоцкого, — такой вердикт сериалу выносит телекритик «Новых известий» Сергей Варшавчик[21].

Несмотря на то, что создатели сериала приезжали в музей истории органов внутренних дел Одесской области и встречались с Исаем Григорьевичем Бондаревым, полковником милиции, который был участником событий, отраженных в фильмах «Место встречи изменить нельзя» и «Ликвидация», картина получилась не совсем достоверной. «Зато удачно Машков подобран на роль главного героя. Он даже внешне схож с Курляндом Давидом Михайловичем, сотрудником уголовного розыска, прототипом Гоцмана», — отмечает И. Г. Бондарев[22]. Для оперативного состава эти фильмы культовые и герои в них — реальные, которые существовали в жизни. По характеру, по духу Жеглов (Высоцкий) и Гоцман (Машков) до мозга костей преданы своему делу, — говорит начальник уголовного розыска г. Протвино, подполковник милиции В. Е. Пучков[23].

Российский кинообозреватель, один из сопредседателей Общероссийской общественной организации «Журналисты России» Дмитрий Терехов, говоря о скрытой идеологической начинке фильма, отмечает, что в первую очередь сразу бросается в глаза главный образ фильма — несгибаемого заместителя начальника угрозыска подполковника Гоцмана Давида Марковича, чьё имя, отчество и фамилию в фильме совершенно сознательно постоянно (и весьма навязчиво) повторяют по пятнадцать раз в каждой серии. Это, разумеется, не случайно. Это идеологический заказ авторам. Ведь за последние 15 лет, как отмечает Терехов, зритель привык намертво связывать фамилии типа Гоцман, Коцман, Фридман, Шмульман и Абрамович с понятием «кровопийцы-олигархи», «залоговые аукционы», «чубайсовская приватизация», «дефолт», «продажная журналистика», «шакалящие у иностранных посольств диссиденты и несогласные» и прочими аналогичными реалиями, в первую очередь, ельцинской эпохи. Да и сейчас, эта связка ещё не вполне ушла в прошлое. Вот именно для того, чтобы разрушить эти устойчивые ассоциации, Машков, по словам Терехова, и создал образ несгибаемого борца с преступностью, подполковника Гоцмана. Зрителю, так сказать преподают ненавязчивый урок толерантности…
Особенно интересно, по мнению Терехова, что Гоцман на протяжении фильма не боится спорить с абсолютным авторитетом тех лет и (как сказали бы теперь) «харизматической личностью» — маршалом Жуковым, и даже на некоторое время попадает за это в тюрьму НКВД. Этот штрих тоже не случаен, — обращает внимание Терехов, — это явный намёк на действующего Президента России и «героическое» оппонирование ему из либерального и демократического лагеря. Но ещё интересней, по мнению Терехова, сама суть конфликта Гоцмана с Жуковым и привезёнными им с собой военными контрразведчиками, а также и конфликта фильмов «Ликвидация» и «Место встречи изменить нельзя». Здесь речь идёт о принципиальных идеологических позициях. Напомним, что в фильме «Место встречи изменить нельзя» ключевой конфликт между двумя ключевыми персонажами Жегловым и Шараповым был выражен фразой Высоцкого: «Вор должен сидеть в тюрьме!!! И неважно, как я его туда определю!». И хотя авторы «Места встречи…» видимо разделяли более позицию Шарапова, но, помимо их воли, в сознании зрителя более ярко засела именно ключевая фраза Жеглова. И это, по словам Терехова, не случайно, ибо эта фраза более всего соответствует глубинным архетипам русского народа. Ведь испокон веку на Руси известно, что, если что-либо делается несправедливо, то будь оно трижды по закону, но всё равно неправильно, а если всем известно, что человек — преступник, то его надо сажать, даже если доказательств недостаточно. Вот именно этот глубинный архетип и надеются сломать (или, как минимум, поколебать) авторы «Ликвидации». Здесь как раз противопоставляется, как они считают, «тупиковая» позиция Жукова и… немцев (а такую связку прямо даёт Гоцман на совещании у Жукова) и правильная (как они считают) позиция самого Давида Марковича. Жуков руководит волевы́м методом: если угрозыск не может справиться с преступностью, то нужно разом арестовать всех воров «в законе» (бандитских «авторитетов»), а если их всё-таки пришлось выпустить под давлением «народных» волнений, то в дело пускаются специалисты военной разведки, которые начинают «мочить в сортире» воров и бандюганов или, выражаясь современным языком, заниматься «внесудебными расправами». Соответственно, Гоцман мягко, но упорно отстаивает противоположную точку зрения: воров можно сажать то́лько по закону. С этой позицией охотно соглашаются и сами воры «в законе» в сцене мнимого расстрела перед тем, как их отпустить: выражая их мнение, сосед Гоцмана вор «дядя Ёшта» (актёр Виктор Соловьёв) прямо так и говорит — если по закону, то можно… Вот, оказывается, кто заложил у нас основы так называемого «правового государства», которое в полной мере расцвело при Ельцине, — иронически заключает Терехов[24].

Образ еврея-боевика, или мифология легального еврейского нацизма

Давид Гоцман и его друг Фима — два самых заметных персонажа фильма — евреи. По этому поводу написал заметку известный российский еврейский писатель и кинокритик Сергей Кузнецов: во-первых, они — нерелигиозные евреи, то есть евреи, по большому счету оторванные от еврейских корней. Вероятно, это соответствует правде: люди, жившие в 1946-м в Одессе, были советскими людьми — не очень религиозными. Они не ходили в синагогу, не говорили о религии, не воспринимали себя в контексте религиозной еврейской традиции. Во-вторых, это советские евреи, которые идентифицируют себя не как евреи, а как советские люди, жители некоего города: москвичи, ленинградцы, в данном случае — одесситы. И, наконец, в-третьих: это не страдательные фигуры. Даже погибший Фима погиб не жертвенно — героически. То же самое относится к Давиду Гоцману — герой без страха и упрёка, почти Высоцкий из «Места встречи», он всюду занимает позицию очень жёсткую, мужественную и победоносную. Правда в фильме есть один эпизод, в котором косвенно затрагивается Холокост. Гоцман сидит в ресторане с помощником военного прокурора майором Кречетовым, и тот говорит, что в коллаборационизме можно обвинить и самого Гоцмана. Гоцман в ответ: «Мне штаны снять?» Собственно, только в этом эпизоде еврейство Гоцмана и обсуждается — именно в связи с Холокостом и именно как часть традиции: Гоцман обрезан. Примечательно по мнению Кузнецова и то, что довод Гоцмана тут же поставлен под сомнение. Кречетов отвечает: раз ты еврей, немцы не стали бы с тобой сотрудничать? Но немцы были прагматиками, они бы сотрудничали и с евреями. И Гоцман соглашается с ним: да, тут ты прав, немцы были прагматиками. И это, наверное, самый радикальный жест «Ликвидации» — куда радикальнее, чем главный герой-еврей. Однако, во всём остальном мире, по словам Кузнецова — это нормальное явление, и отношение к евреям давно строится не вокруг Холокоста (хотя о нём, конечно, говорят и снимают фильмы), а вокруг государства Израиль и его политики. В России, поскольку Холокост замалчивался многие годы — как замалчивался и Израиль, — процесс сильно отстает. И, собственно, впервые в русском масскульте зритель видит образ еврея, совпадающий со стереотипом еврея израильского. Молодой, красивый, деятельный, нежадный, интересующийся женщинами — настоящий патриот, да ещё и «силовик». Типичный Моссад, — иронизирует Кузнецов. Такой образ современного еврея создаётся в мире уже лет тридцать-сорок — его можно любить или не любить, но он рисуется не на основе книжек Исаака Зингера и представлений о довоенном местечке. И то, что Гоцман и Фима говорят по-русски с характерными оборотами и шутками, не мешает главному герою быть не местечковым, а именно израильским евреем. Просто его Израиль — это Советский Союз 1946 года. Страна, созданная евреями, страна, в которой они смогли делать карьеру и за которую воевали. «Ликвидация», — продолжает Кузнецов, — это пример смены архетипа еврея в русском масскульте. Еврей-страдалец, жертва Холокоста, превратился в красавца-мужчину из спецслужб. Волна, во второй половине прошлого века поднявшаяся на Западе, наконец-то дошла до России — не только до зрителей, готовых это принять, но и до творцов, готовых снять кино, где главный герой будет евреем, но не тем стереотипным евреем, которого показывали предыдущие сто лет русской кинематографии. Таким образом, ответ на вопрос: каким должен быть позитивный образ еврея в современной массовой культуре? — становится, по мнению Кузнецова, очевиднее. Еврей в масскульте должен быть не очень евреем — скорее всечеловеком. Он не должен быть страдательной фигурой, и из всех еврейских стереотипов можно обыгрывать «еврей умен, хитер и говорит на смешном русском». Не следует говорить об иудаизме, не следует говорить о Холокосте. Следует взять лучшее и позитивное у модели еврея-израильтянина. Успех такой модели, успех фильма «Ликвидация», показывают, что массового антисемитизма нет — просто людям не нравятся негативные стереотипы. Более того, эту нелюбовь разделяют и ассимилированные евреи. Стереотипы жертв и местечковых страдальцев стоят между ними и культурой их народа. Если надо, чтобы они чувствовали себя евреями, им нужно видеть другой образ еврея. Рассказ о вечно страдающем, плачущем и хныкающем еврее всем надоел. И надоел рассказ о том, как все погибли и какая страшная катастрофа случилась шестьдесят лет назад, и образ Гоцмана здесь как нельзя кстати, — заключает Кузнецов[25].

Продолжая тему, известный российский еврейский публицист Олег Юрьев отмечает что евреи, благодаря современному кинематографу, становятся существами легендарными — как и что было, как они там в действительности выглядели, никому уже, в сущности, не известно. Да и неинтересно. Ситуацию, по мнению Юрьева, можно условно сравнить с изображением русских дворян в послевоенной советской кинематографии, и их статусом в средне- и позднесоветской культуре — статусом практически сказочных птиц, каких-то щебечущих по-французски Симургов. На примере одной из серий «Войны и мира» Сергея Бондарчука Юрьев сравнивает: какой из Машкова биндюжник, такой из Тихонова князь — несмотря на всю их обоих нечеловеческую красоту. При этом нельзя говорить, что в Советском Союзе 60-х, 70-х, 80-х годов не имелось потомков этих кинодворян — да сколько угодно, и уж всяко не меньше, чем в нынешней России потомков этих телеевреев. Но всё же, но всё же… а возможно, и потому именно: решение привлечь «невиноватых» артистов и принципиально отказаться от накатанного «одесского языка» — языка Бубы Касторского и Михаила Водяного, — Юрьев полагает принципиально правильным и п(д)оказывающим удивительное чувство времени — не того, прошлого, а нынешнего, будущего. По словам Юрьева, чтобы изобразить «за Одессу» в известном опереточно-анекдотическом стиле, не нужно быть профессиональным артистом — на это способен практически любой житель бывшего СССР (после двух рюмок). Профессиональный артист Машков, губами голливудского шерифа мучительно вставляющий «шо» и «тудою» в московско-нормативные по мелодике и звукоизвлечению реплики, представляет собою трогательное и героическое зрелище, к которому скоро привыкаешь и с которым охотно смиряешься, понимая, что легче всего ему было бы сделать «Беню Крика». На еврея он, конечно, похож. А кто не похож? — вопрошает Юрьев, — все похожи! Или евреи на всех похожи. Но, конечно же, не на одесского, а на какого-то… сибирского. Что, впрочем, в стилистике «Ликвидации» совершенно неважно: не Гоцман должен быть похож на еврея, а евреи на Гоцмана, — подытоживает Юрьев[26].

По мнению известного блогера и кинообозревателя Антона Носика, с этюдом на тему «очень русский актёр играет очень одесского еврея» режиссёр малость перестарался. По мнению Носика, Машков в роли знакового еврея после «Олигарха» и «Папы» не удивляет. Но тут тебе и Бабель, и Штирлиц в одном флаконе с доктором Хаусом, и «Местом встречи», и Таривердиевым, цитируемым почти дословно, — такую характеристику Давиду Гоцману в исполнении Владимира Машкова даёт Носик[27].

Знатоки Одессы отмечают множество несовпадений и проколов, — отмечает одесситка Мария Галина. И знаменитая фраза «Беспределу — ша!» — тоже несуществующий конструкт. Гоцман мог бы сказать «Беспределу — генук!», то есть «достаточно», «хватит», «всё». А «ша» — это восклицание, означающее «тише, успокойся!». Хотя, как ни странно, все вышесказанное не отменяет того, что сам по себе фильм симпатичный. Приятно, по словам Галиной, уже то, что массовый кинематограф перестал рассматривать еврея исключительно как комического, или напротив, глубоко трагичного, жертвенного персонажа, что он признал право за людьми чуднó разговаривать, непривычно себя вести — и при этом заниматься общегосударственным делом, например бандитов ловить. Ещё лет десять назад это было невозможно. Мало кто знает, что Дубровский (Николай Караченцов), герой телефильма «Д. Д. Д.» (Досье Детектива Дубровского), на самом деле, согласно литературному источнику — романам Льва Гурского, Яша Штерн, еврейство которого в тексте так или иначе обыгрывалось. А в фильме предпочли эту деталь убрать. В «Ликвидации» же еврейство главного персонажа не воспринимается как экзотика, не является причиной конфликта, трагедии или комедии. И сам Гоцман, как убеждена Галина, получился вполне правдоподобным — в рамках заданных ему обстоятельств, разумеется. Ну и не считая одесского жаргона[28].

Аутентичность одесского говора

К.ф.н., доцент культурологии и философии Уральской академии государственной службы Леонид Чернов считает, что главный герой фильма «Ликвидация» Давид Маркович Гоцман так запомнился российским телезрителям благодаря своему языку. Создатели фильма, по мнению Чернова, сумели, если и не воссоздать аутентичную атмосферу послевоенной Одессы, то во всяком случае создать особенную языковую атмосферу того времени[29].

Как отмечает Инна Кабанен (Хельсинкский университет), главный герой сериала «Ликвидация» — начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска Давид Маркович Гоцман, после выхода фильма стал новым национальным героем. Однако «Ликвидация» вызвала неоднозначную реакцию как публики и критиков, так и специалистов по одессистике. Но что делает одесский язык «Ликвидации» не реальностью? — вопрошает Кабанен. — Во-первых, интонация. Одесский язык интонационно очень богатый, и именно интонация может радикально изменить значение той или иной фразы, того или иного слова, сделать простую фразу одесской. Одесскому языку присуща своеобразная восходяще-нисходящая интонация, характерная для идиша и для русского языка евреев. Отличительной чертой такой интонации является определённая «певучесть» а также, можно сказать, интеррогативность даже в неинтеррогативных фразах. В диалогах актёров «Ликвидации» восходяще-нисходящая интонация отсутствует. хотя некоторые из них и пытаются её передать. Утрируя, одесские герои фильма «перекидываются одесскими фразами» но произнесёнными по-русски, в крайнем случае, с украинскими интонационными нюансами. Ещё одна деталь, на которую можно обратить внимание, — это часто звучащее слово шо. В одесском языке данное слово произносится как шё, то есть более мягко, чем упомянутое шо, которое хоть и встречается в Одессе, но, в основном, среди носителей украинского языка. К тому же в диалогах фильма иногда проскальзывает вовсе чуждое одесскому языку слово чё (например, во фразе Гоцмана в адрес Фимы: «Да чё ты дёргаешься»). Тот же самый феномен шокания, вместо шёкания, можно наблюдать и в других крылатых фразах, изрекаемых Гоцманом[30].

Признанный по итогам Международной книжной выставки «Зеленая волна» (1997) самым читаемым писателем Украины, одессит Валерий Смирнов, возмущённый таким лже-одесским говором главного героя, пишет по этому поводу, что это москвичам или киевлянам с их родным шо можно «впарить» постоянно шокающего мало того, что одессита, так ещё и с графой. Необычайная мягкость при произношении, непередаваемый на бумаге звук по-змеиному шипящих букв, отсутствии фрикативного г, никогда не переходящий в твёрдый знак мягкий знак после шипящих букв, к тому же употребляющийся, вопреки правилам русского языка, в суффиксах и сочетаниях типа «нч» и «шк»… Ведь тот Давид Гоцман родился во времена, за которые писал автор «Одесских рассказов» Аркадий Аверченко, мечтавший в виде благодарности за гостеприимство подарить одесситам в вечное пользование неведомую им букву «ы»[31]. С одесским акцентом или надо родиться, или бесполезно пытаться его имитировать, третьего не дано. Так и что можно взять с того Давида Гоцмана, кроме анализов? — вопрошает Смирнов. К тому же в Одессе Давидов принято именовать не Да́вами, а До́дами. Гоцману говорят: «Иди кидайся головой в навоз», а он в ответ ведёт себя так, будто его зовут не До́диком, а Ша́ей, и даже элементарно не доказывает собеседнику, что тому сильно жмут пломбы в зубах. Да сказать такое одесситу, — возмущается Смирнов, — всё равно, что брякнуть в его присутствии, сто раз пардон, «ОдЭсса». А в той «Ликвидации» это чёрное слово произносит не кто-нибудь, а сам Утёсов, после чего покидает родной Город почему-то не то, что весь из себя живой, но и с уцелевшими гландами, без предварительно натянутого на тухес гла́за. Если вы не знаете слова «тухес», обратитесь за разъяснением к маршалу Жукову из того кино. У того турка Гоцмана всю дорогу дел по гланды, но при этом он чертит ребром ладони почему-то по горлу, а не ниже пояса, и головой в навоз не кидается. Наверное, только потому, что фраза за навоз впервые прозвучала в Одессе лет через двадцать после того, как из органов массово поуходили безродных космополитов гоцманов. И, как каждый шмокнутый, заместитель начальника уголовного розыска подполковник Гоцман оказался сильно военным. В одесском смысле слова. Гарантирует: «Гепну в морду», хотя «гепнуться» означает «упасть». Гоцман-Поцман уже в первой серии «Ликвидации» упадает до сильного цафлерства, и заставляет своих подчиненных заниматься такими делами, рядом с которыми мелко плавали маркиз де Сад и гестапо. А как же иначе, если Гоцман, с прямо-таки гицельским блеском на шнифте, приказывает: «Крути ему антона на нос»? Та до такого зверства святая инквизиция и та не догадалась. Дался Гоцману этот неведомый даже самому Бабелю термин «антон». «Но если быть откровенным до таки самого не обтертого об затылок конца, Гоцман мало того, что Поцман, так ещё и на всю голову. Клянусь здоровьем детей моих соседей!», — расставляет точки над «i» Смирнов[32]. В этом со Смирновым полностью солидарен Анатолий Вассерман, ставя Машкова в роли одессита Гоцмана в конец списка тех, с кого следовало бы начинать ознакомление с разговорной речью Одессы[33].

Исторические прототипы

Относительно личности, послужившей прототипом для создания образа Давида Гоцмана, среди краеведов Одессы до сих пор нет единого мнения. Когда «Ликвидация» была ещё в планах, в Одессу приехали актеры, которые должны были играть в этом фильме. Владимир Машков с коллегами сразу же отправился в Музей милиции, чтобы ознакомиться с «делом» Давида Курлянда. Есть даже расписка, что они взяли на изучение папку с воспоминаниями для работы над фильмом. Многие одесситы полагают, что прототипом Гоцмана стал не только Давид Курлянд — черты этого телегероя позаимствованы также и у других асов одесской послевоенной «уголовки». По словам пенсионеров НКВД, служивших в 40-х годах, образ Давида Гоцмана, которого сыграл Владимир Машков, скорее всего собирательный. Среди предполагаемых прототипов собирательного кинематографического образа — Артём Кузьменко, дослужившийся до генерал-майора. Вот только с одесскими бандитами он боролся не после, а до Великой Отечественной войны. А послевоенный порядок наводил уже на Житомирщине. Хотя старожилы полагают, что именно его хватку «освоил» Гоцман. В то же время некоторые одесситы заявляют, что своими действиями и «нюхом» центральный персонаж фильма похож на Виктора Павлова, который с апреля 1944 г. был начальником первого периферийного отделения по борьбе с бандитизмом Управления комиссариата внутренних дел Одесской области. Именно он прославился разоблачением банды, также как и в фильме «Ликвидация» состоявшей из дезертиров Советской Армии, купивших оружие у фашистов. И воевали они не против советских войск, но и не за немцев, а против всех — за «красивую жизнь»[Прим. 4]. Ветераны милиции утверждают, что таким бесшабашным и храбрым, как Гоцман, мог быть только оперативник Франк или сотрудник специального отряда по борьбе с бандитизмом Янкель Шлемович Флиг. Вот таким многоликим получился телегерой, — заключает обозреватель «Новой газеты» Людмила Воронкова[34]. В послевоенные годы громкие преступления раскрывала целая команда профессионалов одесского УГРО. Собирательный образ такого профессионала и воплощён в главном герое сериала Давиде Гоцмане, роль которого блестяще сыграл актёр Владимир Машков, — отмечает заместитель председателя Всемирного клуба одесситов Аркадий Креймер[35].

Давид Курлянд

Из всех исторических прототипов, имя «Давид» носил только Давид Курлянд (1913—1993), на то время заместитель начальника уголовного розыска, и при создании образа главного героя и написании сценария сериала «Ликвидация», его личное дело изучали Поярков и Урсуляк. Именно при нём была уничтожена банда, действия которой легли в основу фильма «Ликвидация». Многие качества этого человека можно

wiki-org.ru

Давид Гоцман – агент Моссада? — Booknik.ru

Общепризнано, что фильм «Ликвидация» — одно из наиболее заметных явлений русской сериальной телекультуры последнего года, возможно — самое заметное. Создатели фильма, оказавшись в положении победителей, в интервью гордо рассказывают, чего опасались, когда начинали делать свой проект, и как их опасения не подтвердились. Вот одно из них: в России никогда не полюбят кино, где главный герой — еврей.

Итак, теперь доказано: возможно снять подобное кино, и оно будет популярно у массовой аудитории — не только у евреев и интеллигенции, любящей евреев (поскольку интеллигенция любит все меньшинства). Успех «Ликвидации» — очевидно, профессиональная заслуга создателей фильма, но к тому же он создает интересный прецедент. Теперь мы можем ответить на вопрос, как следует представлять евреев в произведении масскульта, чтобы оно пользовалось популярностью у нееврейской аудитории.

Два ответа нам известны из истории: евреев можно изображать, во-первых, злодеями или неприятными персонажами, во-вторых — персонажами комическими.
«Ликвидация» дает нам еще один ответ.

Два самых заметных персонажа фильма — Давид Гоцман и его друг Фима – евреи. Еще есть еврейские персонажи второго ряда — Эммик и его мама, с которыми Гоцман живет в одном дворе. Они разные, но их всех объединяет несколько важных качеств.

Во-первых, они — нерелигиозные евреи, то есть евреи, по большому счету оторванные от еврейских корней. Вероятно, это соответствует правде: люди, жившие в 1946-м в Одессе, были советскими людьми — не очень религиозными. Они не ходили в синагогу, не говорили о религии, не воспринимали себя в контексте религиозной еврейской традиции.

Во-вторых, это советские евреи, которые идентифицируют себя не как евреи, а как советские люди, жители некоего города: москвичи, ленинградцы, в данном случае — одесситы.

И, наконец, в-третьих: это не страдательные фигуры. Даже погибший Фима погиб не жертвенно — героически. То же самое относится к Давиду Гоцману — герой без страха и упрека, почти Высоцкий из «Места встречи», он всюду занимает позицию очень жесткую, мужественную и победоносную.

Пишут, что в «Ликвидации» многовато евреев для Одессы 1946-го года. Но если присмотреться, евреев в фильме не так уж и много. Давид Гоцман и двое его соседей — две еврейские семьи на двор; бандит, живущий в том же дворе, — естественно, нееврей: у него крест на груди вытатуирован; старый друг Гоцмана Фима; еще один друг Марк, контуженный, фронтовик. Но толпа — просто одесская; московскому зрителю она может показаться еврейской, потому что московский зритель, слыша южный говор, путает еврейское и южно-одесское. Впрочем, отчасти претензия «многовато евреев» оправдана: «Ликвидация» — это фильм, который игнорирует Холокост.

Холокост не только не показан — даже не упомянут. Люди гибли во время войны, но либо в подполье, либо на фронте. В Холокосте — никто не погиб.

Правда в фильме есть один эпизод, в котором косвенно затрагивается Холокост. Давид Гоцман сидит в ресторане с предателем-Академиком, и тот говорит, что в коллаборационизме можно обвинить и Гоцмана. Гоцман в ответ: «Мне штаны снять?» Собственно, только в этом эпизоде еврейство Гоцмана и обсуждается — именно в связи с Холокостом и именно как часть традиции: Гоцман обрезан. Примечательно, что довод Гоцмана тут же поставлен под сомнение. Академик отвечает: раз ты еврей, немцы не стали бы с тобой сотрудничать? Но немцы были прагматиками, они бы сотрудничали и с евреями. И Гоцман соглашается с ним: да, тут ты прав, немцы были прагматиками. И мы, зрители, знаем, что были прискорбные случаи, когда и евреи сотрудничали с немцами. Иными словами, единственный момент, когда Холокост мог бы сюжетно выстрелить, не состоялся.
И это, наверное, самый радикальный жест «Ликвидации» — куда радикальнее, чем главный герой-еврей: строить идентичность евреев 1946 года, игнорируя Катастрофу.

Однако, если поставить «Ликвидацию» в мировой контекст, жест этот уже не так шокирует. Во всем мире отношение к евреям давно строится не вокруг Холокоста (хотя о нем, конечно, говорят и снимают фильмы), а вокруг государства Израиль и его политики. В России, поскольку Холокост замалчивался многие годы — как замалчивался и Израиль, — процесс сильно отстает. И, собственно, мы впервые в русском масскульте видим образ еврея, совпадающий со стереотипом еврея израильского. Молодой, красивый, деятельный, нежадный, интересующийся женщинами – настоящий патриот, да еще и «силовик». Типичный Моссад. Такой образ современного еврея создается в мире уже лет 30-40 — его можно любить или не любить, но он рисуется не на основе книжек Зингера и представлений о довоенном местечке. И то, что Гоцман и Фима говорят по-русски с характерными оборотами и шутками, не мешает главному герою быть не местечковым, а именно израильским евреем. Просто его Израиль — это Советский Союз 1946 года. Страна, созданная евреями, страна, в которой они смогли делать карьеру и за которую воевали.

«Ликвидация» — пример смены архетипа еврея в русском масскульте. Еврей-страдалец, жертва Холокоста, превратился в красавца-мужчину из спецслужб. Волна, во второй половине прошлого века поднявшаяся на Западе, наконец-то дошла до России — не только до зрителей, готовых это принять, но и до творцов, готовых снять кино, где главный герой будет евреем, но не тем стереотипным евреем, которого нам показывали предыдущие сто лет русской кинематографии.

Таким образом, ответ на вопрос, с которого я начал эти заметки, — каким должен быть позитивный образ еврея в современной массовой культуре? — становится очевиднее. Еврей в масскульте должен быть не очень евреем — скорее всечеловеком. Он не должен быть страдательной фигурой, и из всех еврейских стереотипов можно обыгрывать «еврей умен, хитер и говорит на смешном русском». Не следует говорить об иудаизме, не следует говорить о Холокосте. Следует взять лучшее и позитивное у модели еврея-израильтянина.

Успех такой модели, успех фильма «Ликвидация», показывают, что массового антисемитизма нет — просто людям не нравятся негативные стереотипы. Более того, эту нелюбовь разделяют и ассимилированные евреи. Стереотипы жертв и местечковых страдальцев стоят между ними и культурой их народа. Если мы хотим, чтобы они чувствовали себя евреями, им нужно видеть другой образ еврея. Рассказ о вечно страдающем, плачущем и хныкающем еврее всем надоел. И надоел рассказ о том, как все погибли и какая страшная катастрофа случилась 60 лет назад.

Я не к тому, что мы не должны говорить о Холокосте или, упаси Господи, должны о нем забыть. Но позитивную групповую идентичность народа можно строить только на позитивном мессидже. На мессидже о том, что «это народ, у которого убили 6 миллионов человек», нельзя создать позитивную идентичность ни для самого народа, ни для народов, его окружающих. Лучше, например, строить идентификацию народа на создании новой страны и на ее победах в войнах с врагами — как это делали Советский Союз или Израиль. Важен позитивный мессидж.

И фильм «Ликвидация» дает такой мессидж. Он говорит: «Евреи — это такие люди, которые жили в южном городе Одессе, они были смелые и мужественные, они умели дружить, они умели любить, они отличали добро от зла, они защищали свой город». Любой человек, услышав такое, скажет: да, такой народ можно любить, к такому народу хочется принадлежать.

26 февраля 2008 года

Олег Юрьев
• 
26 февраля 2008 года

Мария Галина
• 
26 февраля 2008 года

booknik.ru

Давид Маркович Гоцман: прототип, фото, цитаты

Захватывающее расследование, которое проводит Давид Маркович Гоцман — начальник отдела по борьбе с бандитизмом, — одесский юмор и неподражаемый говор сделали фильм «Ликвидация» одним из самых обсуждаемых и цитируемых. За основу сюжета создатели взяли реальные события, а прототипом главного героя выступал настоящий человек. Картина повествует о борьбе одесской милиции с организованной преступностью в послевоенное время.

Краткая история создания фильма

Особый интерес народа к картине вызвало то, что в основу ее легли вполне реальные события в Одессе послевоенного времени. В 1946 году город действительно переживал пик расцвета преступности, и правоохранительные органы боролись с этим, как могли. Правда, фильм насыщен и множеством непроверенной или намеренно придуманной информации, что сделало его более увлекательным, но менее близким к действительности. Гоцман Давид Маркович — тоже вымышленный персонаж, хотя есть у него и реальный прототип.

Идея создать фильм подобного содержания осенила Олега Компасова, творческого директора студии «Дед Мороз», в 2004 году. Тогда, снимая в Одессе свой очередной сериал, он обратил внимание на тот факт, как мало изменился город с послевоенных лет. Тогда-то и пришла к нему идея снять здесь что-то о тяжелом времени, наступившем после окончания войны.

По возвращении в Москву он взялся за чтение «Бандитской Одессы», где описывалось, как маршал Жуков боролся с бандитизмом в Южной Пальмире. Именно приезд Жукова в Одессу и проведение по его приказу операции по ликвидации преступности в городе и решили обыграть в фильме.

Давид Гоцман: описание персонажа

В фильме «Ликвидация» Давид Маркович Гоцман предстает пред нами бесстрашным борцом с преступностью. На протяжении всех 14 серий он уверенно и целеустремленно ведет сражение с бандитскими группировками Одессы вообще и старается раскрыть особо крупное дело, постепенно придя к выводу, что руководитель преступной операции работает в правоохранительных органах города.

По сюжету фильма становиться известно, что в прошлом Гоцман был фронтовиком-разведчиком и боевым офицером. Получив в сражении тяжелое ранение, где-то около года проводит в госпитале Давид Маркович Гоцман. Биография его умалчивает о том, как провел свои годы этот доблестный борец за справедливость до начала войны. Хотя в дальнейшем кое-что зрителю становится известно из откровений Давы Марковича перед Нонной. Но, как говорится, что было, то было, а пока… Устранение всех одесских преступников – вот единственная мечта, которую имеет в «Ликвидации» Давид Маркович Гоцман. Кличка Академик, принадлежащая неизвестному сотрудникам УГРО крупному авторитету криминального мира, вызывает у Гоцмана беспокойство до тех пор, пока он не узнает, кто за ней стоит.

Прототип Давида Марковича Гоцмана

Создатели фильма, как видно, не хотели просто выдумать сюжет и героев – они желали сотворить что-то более реальное, что могло бы по-настоящему затронуть зрителя. Одесса прекрасно для этого подошла: во-первых, благодаря действительно большому разгулу преступности, а во-вторых, внешний облик города мало изменился с той поры. Для срисовывания образа главного героя тщательно подыскивался подходящий одесский работник милиции 40-х годов.

И человек такой нашелся. Сведения о нем были найдены в Одесском музее милиции (речь идет о личном дневнике). Замначальника Одесского УГРО Давид Менделеевич Курлянд (сменивший позже отчество на Михайлович), родившийся в 1913 году, порядочный человек, любящий свой город и свою работу – вот, по мнению авторов картины, лучший прототип Гоцмана Давида Марковича. Свою работу в милиции он начал в 1934 году, уверенно продвигаясь по карьерной лестнице. За активное участие в обороне СССР Курлянд получил орден Красной Звезды.

Другие прототипы

После тщательного исследования некоторые краеведы пришли к выводу, что Давид Маркович – персонаж, у которого несколько прототипов. По словам тех, кто служил в то время в НКВД, Давид Маркович Гоцман воплотил в себе черты, присущие Артему Кузьменко, Виктору Павлову, оперативнику по фамилии Франк, Янкелю Флингу.

Все эти люди в разное время боролись с преступностью в Одессе. Всех их вспоминают как мужественных и знающих, как вести себя с криминальными лицами, сотрудников милиции. И все они, по мнению некоторых биографов, помогли режиссеру и сценаристу дополнить собирающий образ Гоцмана, основным прототипом которого принято считать все-таки Курлянда.

Великолепная игра Машкова

Шикарный Давид Маркович Гоцман… Как знать, был бы он столь шикарен, если бы не дивная игра актера. По мнению многих, данный образ — это одна из лучших ролей Владимира Машкова. Однако нельзя сказать, что она далась ему так уж просто — пришлось изрядно попотеть. Около года Владимир Львович жил в Одессе, чтобы правдоподобно воплотить образ коренного одессита. Он постарался узнать все, что возможно, об одесской милиции и преступности в городе. И даже наладил контакты с местными авторитетами пенсионного возраста. А для подробного ознакомления с прототипом своего героя Машков изучил все имеющиеся о нем материалы.

Кстати говоря, с организованной преступностью Владимир Машков был знаком не понаслышке. Свое детство он называет бандитским, а юность криминальной. Но если бандитскому жаргону Владимир учился у выходцев из криминального мира, то для овладения уникальным одесским говором, ставшим главной изюминкой картины, Машкову, равно как и другим актерам, пришлось заниматься с лингвистом. Что же до внешних характеристик, интересен тот факт, что Курлянд Давид Михайлович имеет схожие черты с Машковым. Гоцман Давид Маркович (фото, дошедшее до нас, это подтверждает) в исполнении Владимира Львовича, таким образом, получился ну прямо как настоящий Курлянд.

Свое мнение о том, насколько удачно Машкову удалось воплотить переделанный образ Давида Михайловича, высказали родственники последнего. Внук заявил, что Гоцман получился поразительно похожим на его деда. А вот оценка сына была противоположной: по его словам, образ отца был сильно искажен. Хотя, скорее всего, создатели картины и не стремились к цели сотворить полную копию Курлянда.

Награды Машкова за роль Гоцмана

Роль сотрудника Одесского УГРО послевоенных лет принесла Владимиру Машкову не только удовольствие и материальное вознаграждение, но и народное и официальное признание. За лучшую мужскую роль он получил национальную кинонаграду России. «Золотой Дюк» ему вручили за вклад в культурную жизнь Одессы. Не менее актера, должно быть, порадовало присуждение ему звания почетного гражданина Одессы, которого также был удостоен Михаил Жванецкий.

К слову, в 2010 году Машков стал народным артистом РФ, в его копилке около двадцати премий. Владимир часто выступает не только в роли актера, но и как режиссер. Его актерская карьера началась в 1984 году, а пик популярности пришелся на 1994-1995 годы. За участие в фильме «Вор» он даже был номинирован на «Оскар».

Ах, Одесса!

Неподражаемый говор и остроумные, немного необычные для русского человека выражения, которыми блещет Давид Маркович Гоцман (цитаты из фильма сразу же ушли в народ), бесспорно, сделали картину яркой и запоминающейся. Но, несмотря на то, что Машков в течение года учился местному диалекту у самих носителей языка, да еще и усердно занимался с лингвистом, некоторые критики утверждают, что речь главного героя, как и всех, кто по сценарию его окружает, передает лже-одесский акцент.

Так, они обращают внимание на неправильную интонацию актеров, утверждая, что на съемочной площадке был создан совершенно новый диалект. К тому же одесское «шё» актеры постоянно передают как «шо». Критики заметили много других языковых несовпадений. Несмотря на то что речь Давида Гоцмана наверняка отличается от того наречия, на котором говорил Курлянд, она невероятно понравилась зрителю и придала картине незабываемый колорит.

Блистательные фразы

Количество одесского юмора и колкостей в фильме, по мнению специалистов, просто зашкаливает – коренные жители города так не говорят. Видимо, сценаристы решили, что ни одно выражение или шуточка, раздобытая за время пребывания в Одессе, не должны пропасть даром. Тут же запомнились зрителю «картина маслом», «дел за гланды», «за завтра — завтра поговорим» и «не расчесывай мне нервы». Правда, многие критики сходятся во мнении, что не все выражения были в те времена в обиходе у жителей Одессы, а некоторых и вовсе не существовало.

Например, фраза Гоцмана «гэпну в морду» лишена разумного смысла, так как «гэпнуть» — значит упасть. А выражение Фимы «кидаться головой в навоз» одесситы стали употреблять намного позже 40-х годов. Вместо одесского слова «пекло» звучит «жара», вместо «босявка» — «босота», вместо «ширмач» — «щипач». А выражение «Тока разбег возьму от Дюка» следовало бы изменить на «Сейчас разгон возьму от моста до бойни». Одним словом, фильм «Ликвидация» не совсем подходит для того, чтобы судить по речам его персонажей о разговорной речи одесситов. Впрочем, удовольствия от его просмотра от этого ничуть не меньше.

Памятник Давиду Гоцману

В 2008 году ко Дню милиции было приурочено открытие памятника Гоцману. Под впечатлением от «Ликвидации» распоряжение об установке монумента отдал Юрий Луценко. Памятник установили на улице Еврейской возле административного строения, принадлежащего Одесской областной милиции.

В процессе создания монументального сооружения родился один неожиданный и достаточно важный вопрос: как он должен выглядеть? Обсуждалось, нужно ли придать фигуре черты лица Владимира Машкова или лучше воссоздать по сохранившимся фотографиям лицо Курлянда.

В результате работа скульптора не имеет черт какого-то конкретного человека. По мнению многих, монумент выглядит довольно интересно: по выступающим из стены ступенькам спускается милиционер, держа на раскрытой ладони корм, на который слетелись четыре голубя. Другие недоумевают: где те характерные особенности, по которым можно узнать Даву Марковича? Если не знать, кому посвящен памятник, любимого многими зрителями начальника Одесского УГРО скульптура не напоминает вовсе.

И в заключение

Давид Маркович Гоцман стал собирательным образом, прототипом или прототипами которого послужили доблестные работники милиции. Хотя не все в этой картине правдоподобно, бесспорно одно – в истории Одессы были такие мужественные и сознательные блюстители закона. Остается надеяться, что установленный на улице Еврейской памятник всегда будет напоминать современным сотрудникам правоохранительных органов Одессы, что спокойствие в городе во многом зависит от них.

fb.ru

Давид Гоцман — Википедия

Давид Маркович Гоцман — главный герой телесериала «Ликвидация», сотрудник милиции, начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска. Воплощён на экране актёром театра и кино Владимиром Машковым. За воплощённый им образ Давида Гоцмана Владимир Машков был удостоен российской национальной премии «Золотой орёл»[Прим. 1] в номинации за лучшую мужскую роль на телевидении[1]; стал обладателем «Золотого Дюка» за вклад в культурную жизнь Одессы в рамках Первого одесского международного кинофестиваля[2], а также звания «Почётный гражданин Одессы» от одесских муниципальных властей[3].

В 2008 году в Одессе был установлен памятник Давиду Гоцману.

Боевой офицер, фронтовик, разведчик. После тяжёлого ранения в течение продолжительного времени, около года, лечился в госпитале. До начала Великой Отечественной войны биография Д. М. Гоцмана содержит некие «белые пятна» относительно его предыдущего рода занятий, отношений с криминальным миром и законопослушности в целом. Однако, на момент событий, описываемых в фильме, он — убеждённый борец с преступностью. Склонен к вредным привычкам. Курит и пьет.

Создание кинематографического образа. От идеи до воплощения[править | править код]

Творческий директор студии «Дед Мороз» Олег Компасов в 2004 году в Одессе снимал свой очередной сериал и, разъезжая по разным районам города, внезапно понял, что город с послевоенной поры совсем не изменился. Так родилась идея снять в Одессе что-нибудь послевоенное — новое «Место встречи изменить нельзя» с трюками и перестрелками Джона Ву. По приезде в Москву среди книг своей матери Компасов нашёл трёхтомник Виктора Файтельберг-Бланка «Бандитская Одесса». Это нехудожественное произведение, по сути являющееся изложением сюжетов, найденных Файтельберг-Бланком в архивах Одесского уголовного розыска (куда у автора был доступ), среди которых была история про то, как после войны, в 1946 году, маршалы Георгий Жуков и Константин Рокоссовский были очень популярными среди фронтовиков, и Сталин, опасаясь, что за ними пойдёт армия, от греха подальше направил Рокоссовского в Польшу, а Жукова — командовать Одесским военным округом, что для Маршала Победы было весьма унизительным, сродни ссылке. В Одессе маршала встретил разгул преступности, с которой он сразу же решил бороться. Была разработана операция «Карнавал», в которой участвовали самые опытные офицеры, как мужчины, так и женщины. Их переодели в трофейную одежду для провокации преступников на нападение. В результате больше половины преступников были истреблены. В сериале было решено обыграть приезд Жукова и работу оперативника Давида Гоцмана, которого и играл Владимир Машков. На следующий год Компасов опять поехал в Одессу — снимать фильм. Там он встретился с Файтельберг-Бланком, который сильно помог в работе над фильмом. Сценаристу Алексею Пояркову для полноты ощущения местного колорита пришлось даже несколько месяцев жить в Одессе: он ездил в трамваях, стоял в очередях. Отыскали даже секретаршу Жукова.

Успех фильма «Ликивидация» Олег Компасов объясняет тем, что до «Ликвидации» опер никогда не был евреем, более того, опер выпивает, у него несчастная любовь, и он не стреляет в воров, а договаривается с ними. Так же как новым в своё время стал сериал «Семнадцать мгновений весны», ведь до этого никогда ещё в советском кино так не показывали немцев: как они пьют, как себя ведут, в какие кафе ходят, как шутят. До этого они были сплошь дураками, а стали интеллигентными, жестокими, умными. И вот, пожалуйста, даже несмотря на количество ляпов — бешеный успех[4].

Писатели Аркадий Вайнер и Эдуард Кузнецов отмечают, что Владимир Машков колоритно выделялся даже на фоне знаменитостей из числа персонажей сериала. Конечно, выражаясь по-одесски, за его успех в картине говорило многое: главная роль, богатая драматургия, многоцветный образ. Но всё это не само шло в руки. Машкову немало пришлось потрудиться, чтобы стать похожим на одессита. Он почти целый год жил в Одессе, общался с теми, кто мог ему помочь погрузиться в послевоенную эпоху (от работников одесской милиции до «авторитетов» воровского мира). В чём-то его собственная судьба перекликалась с судьбами героев с «крутыми» биографиями. Он неплохо знал обычаи криминальной жизни, что помогло ему достоверно воссоздать образ главного героя в картине «Вор». Воплотиться в одесского прототипа Гоцмана — Давида Михайловича (Менделевича) Курлянда (сироты, детдомовца, замначальника одесского УГРО) — было для него проблемой не столько трудной, сколько увлекательной, на основании чего у Вайнера и Кузнецова есть все основания считать, что Машков в этой роли останется в памяти не как очередной «мент», а как привлекательный человек — одессит Давид Маркович[5].

По словам самого Владимира Машкова, создать образ борца с преступностью ему помогли его собственные: бандитское детство, криминальная юность, уличные драки до первой крови… И перемена в персонаже, когда тот подался на патрульно-постовую службу, имела место в юности самого Машкова: до девятого класса он был хроническим двоечником. Потом, по его собственному признанию, понял, что знание — сила, и в результате школу окончил почти хорошо[6]. Машков и другие российские актёры, принимавшие участие в съёмках, брали уроки у местного лингвиста, который ставил им одесский акцент. Для придания достоверности своей игре и для того, чтобы лучше понять своего персонажа, войти в образ, Владимир Машков специально общался с взаправдашними одесскими «авторитетами» на пенсии[7]. У них он обучался специальному жаргону. Один из них, когда-то зарабатывавший деньги в игорных притонах, даже обучал актёра игре в карты[8]. По слухам, Машкову, для того чтобы создать реалистичный образ подтянутого розыскника в послевоенное время, удалось похудеть на 20 кг[9]. Съёмки проходили во многих живописных местах Одессы и актёр, подстриженный по военной моде 40-х годов, появляясь на улицах, вызывал к себе повышенный интерес не только у женской половины города. Машков фотографировался со всеми желающими и никому не отказывал в автографе. При этом выглядел счастливым[6]. Актриса Светлана Крючкова, игравшая в сериале роль тёти Песи, рассказывала в интервью газете «Труд», что весь долгий съёмочный период «Ликвидации» с первого и до последнего дня актёр перевоплотился в своего персонажа и был Гоцманом, а не Володей Машковым. На это сам Машков поведал следующее[10]:

И Давид Гоцман, и мой герой в «Кандагаре» — не вымышленные персонажи, у них есть прототипы. Да и обе истории для меня правдоподобные <…> Что же касается моего принципа в работе над ролью, то каждый раз передо мной стоит одна задача — справиться с самим собой. Разумеется, я примерял себя и к Гоцману, и к пилоту в «Кандагаре», но практически никогда не получал ответа, как бы поступил я, смог бы оказаться на такой же высоте и, самое главное, остаться человеком. Но в этом незнании главная интрига моей жизни и профессии.

Тем временем Машков в восприятии одесситов стал ассоциироваться с сыгранным им персонажем[Прим. 2], даже после ряда других ролей в крупнобюджетных художественных фильмах[11]. Та же слава закрепилась за ним и среди актёрского сообщества. Так, даже несмотря на каждодневные многочасовые усилия гримёров при работе над фильмом «Распутин», где Машков играет царя Николая II, над актёром всё равно подтрунивали, что он теперь «Гоцман на троне»[12].

Обзоры журналистов и рецензии кинокритиков[править | править код]

«Голос Украины», официальное издание Верховной рады Украины, отметил актёрскую игру Владимира Машкова не иначе как блестящей[13]. Журнал «Russian Town» называет игру Машкова идеальной. Режиссёр, как отмечается в журнале, выбрал на роль героя, вершащего правосудие, харизматичного человека[6]. По мнению кинообозревателя газеты «Сегодня» Людмилы Воронковой, Владимир Машков в роли грозы всех бандитов, начальника Одесского УГРО, создаёт впечатление, что только начальник угрозыска Гоцман и маршал Жуков могут спасти город от происков немецкого шпиона «Академика» и безжалостной банды «Степных волков». 42-летний актёр в свободной рубахе, заправленной в милицейские галифе, и явно великоватых сапогах выглядел не просто стройным, а суперстройным, деловито щёлкая семечки[9].

Популярная одесская писательница Светлана Мартынчик пишет в своих дневниках, что самый кайф от просмотра сериала состоит в том, что Одесса, ставшая местом действия фильма, конечно же, совершенно не настоящая. Это Одесса из пространства анекдотов и баек про Одессу, причём анекдотов и баек, которые рассказывают уроженцы других мест, побывавшие в Одессе примерно дважды, на юморине, скажем, в семьдесят пятом, и потом ещё, пару лет спустя, в санатории, в Аркадии где-нибудь. Не зря почти все персонажи почти всегда интонационно фальшивят, как фальшивят все, или почти все жители России, пытаясь воспроизвести одесскую речь. Иногда у них получается правильно — наверное, случайно, но всё это не очень важно, честно говоря, вернее даже совсем не важно, потому что дикая, скрежещущая фальшь — это, как оказалось, даже и хорошо. Там, в этой насквозь фальшивой Одессе-из-анекдотов, совершенно живые люди живут свою живую жизнь. Жизнь переполняет их, это видно по глазам, по мимике, по пластике, это просто всё время видно, живую жизнь не утаишь. То есть актёрская игра, по мнению Мартынчик, обстоит на каком-то запредельном уровне, и не в одном Машкове — который натуральный гений — дело. Ну и Гоцман — олицетворение милосердия как обратной стороны личной силы. О…енный персонаж. Мартынчик признаётся, что тако́го в русском кинематографе вот так навскидку и не припомнит[14]. Не говоря за всю Одессу, одессит Стас Юлевич пишет в «Литературной газете», что многим жителям этого славного города многосерийный художественный телефильм про Давида Гоцмана и операцию «Маскарад» определённо лёг на душу, и картина определённо произвела на черноморском берегу подобие небольшого фурора: «…И вот дёрнула же меня нелёгкая пересмотреть кино Сергея Урсуляка! Захотелось, понимаешь ты, снова насладиться глубоко несериальной игрой Владимира Машкова. Не станем говорить за такие смешные мелочи, как показ в 1946 году „Подвига разведчика“, вышедшего на экраны годом позже. Куда важнее, что интерьеры коммуналок не кажутся искусственно состаренными декорациями, а галифе Гоцмана — свежепошитыми аккурат накануне съёмок какой-нибудь китайской артелью на Малой Арнаутской». И хоть список всех нестыковок и несообразностей можно продолжать очень долго, тот же Гоцман совершенно справедливо замечал про то, что не стоит «тянуть кота за все подробности», — резюмирует Юлевич[15].

Машков, как считает сценарист и режиссёр Олег Погодин, в последнее время очень скрыто работает, ему тяжело показывать уязвимость. Гоцман в «Ликвидации» — лучшая, по мнению Погодина, роль Машкова на сегодняшний день — это закрытый персонаж. Он всё больше скрипит зубами, играет желваками и тумаки раздаёт направо и налево. Машков и боль бы сыграл, но эта была бы боль раненого зверя — говорит Погодин[16].

Алекс Экслер остался недоволен развязкой, в которой Гоцман, в обнимку с «Академиком», бросился со второго этажа военной прокуратуры, чтобы таким образом убить своего врага. Экслер напоминает, что с высоты не так давно падали юный Фандорин с Безруковым[Прим. 3], неужели нельзя было, чтобы Гоцман как-то по-другому нейтрализовал своего противника? У историков и критиков, — продолжает Экслер, — есть более серьёзные претензии к фильму. Мол, и послевоенные одесские дворы были не такими, и одесский говор совершенно не такой был, и должность замначальника УГРО Давида Гоцмана кабинетная, а не шерифская, чтобы с собой носить по два пистолета и гранату. По мнению Экслера, слишком бьёт по ушам одесский говор — там он как-то не к месту. Кроме того, Машков, по словам Экслера, утомил зрителя своей манерой хмурить брови и думать, что он мачо. Неужели по-другому сыграть нельзя было, потоньше? — вопрошает Экслер. Ну и резанула не просто до предела фальшивая, а просто какая-то по-цирковому буффонадная сцена визита Гоцмана на застолье к одесским криминальным авторитетам. Совершенно непонятно, зачем это так было снято — смотрелось просто как фарс, — завершает Экслер своё впечатление о главном герое сериала[17].

Журналист Феликс Кохрит, лично знавший Давида Курлянда — основного исторического прототипа персонажа, отмечает, что подполковник Давид Гоцман — начальник отдела по борьбе с бандитизмом Одесского уголовного розыска — уж никак не мог входить в высокие кабинеты, на совещания к маршалу Жукову, и гоняться за бандитами по окраинам в одном и том же обмундировании: галифе, сапогах, потёртом пиджаке и кепке. Да и вряд ли его прототип носил за поясом «наган» и ТТ, нож за голенищем сапога и «лимонку» в кармане. Да и не жили офицеры милиции такого ранга в трущобных дворах на Ближних Мельницах, не умывались под дворовым краном. Тем не менее, на вопрос о том, достоверно ли сыграл Владимир Машков Давида Гоцмана, Кохрит отвечает, что роль у него получилась[18].

Телеобозреватель газеты «Коммерсантъ» Арина Бородина отмечает, что «Ликвидация» Сергея Урсуляка в значительной мере наследует знаменитому телесериалу Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» и изобилует заимствованиями, цитатами и отсылками к одному из самых любимых народом телехитов. Одесский колорит, безусловно, присутствует в сериале. В городе орудуют банды и недобитые немецкие шпионы. С ними сражается местный угрозыск во главе с обаятельным Давидом Гоцманом — его, по словам Бородиной, очень ярко сыграл Владимир Машков. Правда, по части сочного языка одесситов есть некоторый перебор. Актёры стараются, но выученных ими фразочек порой многовато, и это даже мешает понять, о чём именно говорят герои. Чувствуется и заимствование из уже известных зрителю киноисторий, главная из которых — «Место встречи изменить нельзя». Любопытная деталь: в анонсах «Ликвидации» канал «Россия» даже использовал кадры из легендарного телефильма Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя»: дескать, вот это было раньше, а потом на смену муровцам Жеглову и Шарапову пришли герои одесского угрозыска из «Ликвидации». И конкуренты с «Первого канала» в долгу не остались. Они свою шпильку в премьеру «Ликвидации» таки вставили. На «Первом» за день до премьеры «Ликвидации» в режиме нон-стоп, начиная с 10:40 утра, поставили все пять серий «Места встречи…». И получалось, что канал «Россия» своими анонсами невольно отсылал и к показу «Места встречи…» на «Первом канале»[19]. Тем не менее, треть зрителей каждый вечер замирала у телеэкрана, чтобы узнать, чем закончится противостояние банды во главе с немецким шпионом по кличке «Академик» и одесского угрозыска во главе с Давидом Гоцманом, которого замечательно сыграл Владимир Машков, — заключает Бородина[20]. Сериал «Ликвидация», несмотря на всё своё превосходство над другими современными проектами российского телевидения, слишком напоминает «Место встречи изменить нельзя». И фактурой, и типажами. А в итоге герой Машкова Давид Гоцман смотрится как талантливая, но всё же копия Глеба Жеглова в исполнении Высоцкого, — такой вердикт сериалу выносит телекритик «Новых известий» Сергей Варшавчик[21].

Несмотря на то, что создатели сериала приезжали в музей истории органов внутренних дел Одесской области и встречались с Исаем Григорьевичем Бондаревым, полковником милиции, который был участником событий, отражённых в фильмах «Место встречи изменить нельзя» и «Ликвидация», картина получилась не совсем достоверной. «Зато удачно Машков подобран на роль главного героя. Он даже внешне схож с Курляндом Давидом Михайловичем, сотрудником уголовного розыска, прототипом Гоцмана», — отмечает И. Г. Бондарев[22]. Для оперативного состава эти фильмы культовые и герои в них — реальные, которые существовали в жизни. По характеру, по духу Жеглов (Высоцкий) и Гоцман (Машков) до мозга костей преданы своему делу, — говорит начальник уголовного розыска г. Протвино, подполковник милиции В. Е. Пучков[23].

Российский кинообозреватель, один из сопредседателей Общероссийской общественной организации «Журналисты России» Дмитрий Терехов, говоря о скрытой идеологической начинке фильма, отмечает, что в первую очередь сразу бросается в глаза главный образ фильма — несгибаемого заместителя начальника угрозыска подполковника Гоцмана Давида Марковича, чьё имя, отчество и фамилию в фильме совершенно сознательно постоянно (и весьма навязчиво) повторяют по пятнадцать раз в каждой серии. Это, разумеется, не случайно. Это идеологический заказ авторам. Ведь за последние 15 лет, как отмечает Терехов, зритель привык намертво связывать фамилии типа Гоцман, Коцман, Фридман, Шмульман и Абрамович с понятием «кровопийцы-олигархи», «залоговые аукционы», «чубайсовская приватизация», «дефолт», «продажная журналистика», «шакалящие у иностранных посольств диссиденты и несогласные» и прочими аналогичными реалиями, в первую очередь, ельцинской эпохи. Да и сейчас эта связка ещё не вполне ушла в прошлое. Вот именно для того, чтобы разрушить эти устойчивые ассоциации, Машков, по словам Терехова, и создал образ несгибаемого борца с преступностью подполковника Гоцмана. Зрителю, так сказать, преподают ненавязчивый урок толерантности…

Особенно интересно, по мнению Терехова, что Гоцман на протяжении фильма не боится спорить с абсолютным авторитетом тех лет и (как сказали бы теперь) «харизматической личностью» — маршалом Жуковым, и даже на некоторое время попадает за это в тюрьму НКВД. Этот штрих тоже не случаен, — обращает внимание Терехов, — это явный намёк на действующего президента России и героическое оппонирование ему из либерального и демократического лагеря. Но ещё интересней, по мнению Терехова, сама суть конфликта Гоцмана с Жуковым и привезёнными им с собой военными контрразведчиками, а также и конфликта фильмов «Ликвидация» и «Место встречи изменить нельзя». Здесь речь идёт о принципиальных идеологических позициях. Напомним, что в фильме «Место встречи изменить нельзя» ключевой конфликт между двумя ключевыми персонажами Жегловым и Шараповым был выражен фразой Высоцкого: «Вор должен сидеть в тюрьме!!! И неважно, как я его туда определю!». И хотя авторы «Места встречи» видимо разделяли более позицию Шарапова, но, помимо их воли, в сознании зрителя более ярко засела именно ключевая фраза Жеглова. И это, по словам Терехова, не случайно, ибо эта фраза более всего соответствует глубинным архетипам русского народа. Ведь испокон веку на Руси известно, что, если что-либо делается несправедливо, то будь оно трижды по закону, но всё равно неправильно, а если всем известно, что человек — преступник, то его надо сажать, даже если доказательств недостаточно. Вот именно этот глубинный архетип и надеются сломать (или, как минимум, поколебать) авторы «Ликвидации». Здесь как раз противопоставляется, как они считают, «тупиковая» позиция Жукова и… немцев (а такую связку прямо даёт Гоцман на совещании у Жукова) и правильная (как они считают) позиция самого Давида Марковича. Жуков руководит волевы́м методом: если угрозыск не может справиться с преступностью, то нужно разом арестовать всех воров «в законе» (бандитских «авторитетов»), а если их всё-таки пришлось выпустить под давлением «народных» волнений, то в дело пускаются специалисты военной разведки, которые начинают «мочить в сортире» воров и бандюганов или, выражаясь современным языком, заниматься «внесудебными расправами». Соответственно, Гоцман мягко, но упорно отстаивает противоположную точку зрения: воров можно сажать то́лько по закону. С этой позицией охотно соглашаются и сами воры «в законе» в сцене мнимого расстрела перед тем, как их отпустить: выражая их мнение, сосед Гоцмана вор «дядя Ешта» (актёр Виктор Соловьёв) прямо так и говорит — если по закону, то можно… Вот, оказывается, кто заложил у нас основы так называемого «правового государства», которое в полной мере расцвело при Ельцине, — заключает Терехов[24].

Давид Гоцман и его друг Фима, два самых заметных персонажа фильма, — евреи. По этому поводу написал заметку известный российский еврейский писатель и кинокритик Сергей Кузнецов: во-первых, они — нерелигиозные евреи, то есть евреи, по большому счёту оторванные от еврейских корней. Вероятно, это соответствует правде: люди, жившие в 1946-м в Одессе, были советскими людьми — не очень религиозными. Они не ходили в синагогу, не говорили о религии, не воспринимали себя в контексте религиозной еврейской традиции. Во-вторых, это советские евреи, которые идентифицируют себя не как евреи, а как советские люди, жители некоего города: москвичи, ленинградцы, в данном случае — одесситы. И, наконец, в-третьих: это не страдательные фигуры. Даже погибший Фима погиб не жертвенно — героически. То же самое относится к Давиду Гоцману — герой без страха и упрёка, почти Высоцкий из «Места встречи», он всюду занимает позицию очень жёсткую, мужественную и победоносную. Правда, в фильме есть один эпизод, в котором косвенно затрагивается Холокост. Гоцман сидит в ресторане с помощником военного прокурора майором Кречетовым, и тот говорит, что в коллаборационизме можно обвинить и самого Гоцмана. Гоцман в ответ: «Мне штаны снять?» Собственно, только в этом эпизоде еврейство Гоцмана и обсуждается — именно в связи с Холокостом и именно как часть традиции: Гоцман обрезан. Примечательно по мнению Кузнецова и то, что довод Гоцмана тут же поставлен под сомнение. Кречетов отвечает: раз ты еврей, немцы не стали бы с тобой сотрудничать? Но немцы были прагматиками, они бы сотрудничали и с евреями. И Гоцман соглашается с ним: да, тут ты прав, немцы были прагматиками. И это, наверное, самый радикальный жест «Ликвидации» — куда радикальнее, чем главный герой-еврей. Однако, во всём остальном мире, по словам Кузнецова — это нормальное явление, и отношение к евреям давно строится не вокруг Холокоста (хотя о нём, конечно, говорят и снимают фильмы), а вокруг государства Израиль и его политики. В России, поскольку Холокост замалчивался многие годы — как замалчивался и Израиль, — процесс сильно отстаёт. И, собственно, впервые в русском масскульте зритель видит образ еврея, совпадающий со стереотипом еврея израильского. Молодой, красивый, деятельный, нежадный, интересующийся женщинами — настоящий патриот, да ещё и «силовик». Типичный Моссад, — иронизирует Кузнецов. Такой образ современного еврея создаётся в мире уже лет тридцать-сорок — его можно любить или не любить, но он рисуется не на основе книжек Исаака Зингера и представлений о довоенном местечке. И то, что Гоцман и Фима говорят по-русски с характерными оборотами и шутками, не мешает главному герою быть не местечковым, а именно израильским евреем. Просто его Израиль — это Советский Союз 1946 года. Страна, созданная евреями, страна, в которой они смогли делать карьеру и за которую воевали. «Ликвидация», — продолжает Кузнецов, — это пример смены архетипа еврея в русском масскульте. Еврей-страдалец, жертва Холокоста, превратился в красавца-мужчину из спецслужб. Волна, во второй половине прошлого века поднявшаяся на Западе, наконец-то дошла до России — не только до зрителей, готовых это принять, но и до творцов, готовых снять кино, где главный герой будет евреем, но не тем стереотипным евреем, которого показывали предыдущие сто лет русской кинематографии. Таким образом, ответ на вопрос: каким должен быть позитивный образ еврея в современной массовой культуре? — становится, по мнению Кузнецова, очевиднее. Еврей в масскульте должен быть не очень евреем — скорее всечеловеком. Он не должен быть страдательной фигурой, и из всех еврейских стереотипов можно обыгрывать «еврей умён, хитёр и говорит на смешном русском». Не следует говорить об иудаизме, не следует говорить о Холокосте. Следует взять лучшее и позитивное у модели еврея-израильтянина. Успех такой модели, успех фильма «Ликвидация» показывают, что массового антисемитизма нет — просто людям не нравятся негативные стереотипы. Более того, эту нелюбовь разделяют и ассимилированные евреи. Стереотипы жертв и местечковых страдальцев стоят между ними и культурой их народа. Если надо, чтобы они чувствовали себя евреями, им нужно видеть другой образ еврея. Рассказ о вечно страдающем, плачущем и хныкающем еврее всем надоел. И надоел рассказ о том, как все погибли и какая страшная катастрофа случилась шестьдесят лет назад, и образ Гоцмана здесь как нельзя кстати, — заключает Кузнецов[25].

Продолжая тему, известный российский еврейский публицист Олег Юрьев отмечает, что евреи, благодаря современному кинематографу, становятся существами легендарными — как и что было, как они там в действительности выглядели, никому уже, в сущности, не известно. Да и неинтересно. Ситуацию, по мнению Юрьева, можно условно сравнить с изображением русских дворян в послевоенной советской кинематографии и их статусом в средне- и позднесоветской культуре — статусом практически сказочных птиц, каких-то щебечущих по-французски Симургов. На примере одной из серий «Войны и мира» Сергея Бондарчука Юрьев сравнивает: какой из Машкова биндюжник, такой из Тихонова князь — несмотря на всю их обоих нечеловеческую красоту. При этом нельзя говорить, что в Советском Союзе 60-х, 70-х, 80-х годов не имелось потомков этих кинодворян — да сколько угодно, и уж всяко не меньше, чем в нынешней России потомков этих телеевреев. Но всё же, но всё же… а возможно, и потому именно: решение привлечь «невиноватых» артистов и принципиально отказаться от накатанного «одесского языка» — языка Бубы Касторского и Михаила Водяного, — Юрьев полагает принципиально правильным и п(д)оказывающим удивительное чувство времени — не того, прошлого, а нынешнего, будущего. По словам Юрьева, чтобы изобразить «за Одессу» в известном опереточно-анекдотическом стиле, не нужно быть профессиональным артистом — на это способен практически любой житель бывшего СССР (после двух рюмок). Профессиональный артист Машков, губами голливудского шерифа мучительно вставляющий «шо» и «тудою» в московско-нормативные по мелодике и звукоизвлечению реплики, представляет собою трогательное и героическое зрелище, к которому скоро привыкаешь и с которым охотно смиряешься, понимая, что легче всего ему было бы сделать «Беню Крика». На еврея он, конечно, похож. А кто не похож? — вопрошает Юрьев, — все похожи! Или евреи на всех похожи. Но, конечно же, не на одесского, а на какого-то… сибирского. Что, впрочем, в стилистике «Ликвидации» совершенно неважно: не Гоцман должен быть похож на еврея, а евреи на Гоцмана, — подытоживает Юрьев[26].

Знатоки Одессы отмечают множество несовпадений и проколов, — отмечает одесситка Мария Галина. И знаменитая фраза «Беспределу — ша!» — тоже несуществующий конструкт. Гоцман мог бы сказать «Беспределу — генук!», то есть «достаточно», «хватит», «всё». А «ша» — это восклицание, означающее «тише, успокойся!». Хотя, как ни странно, все вышесказанное не отменяет того, что сам по себе фильм симпатичный. Приятно, по словам Галиной, уже то, что массовый кинематограф перестал рассматривать еврея исключительно как комического или, напротив, глубоко трагичного, жертвенного персонажа, что он признал право за людьми чуднó разговаривать, непривычно себя вести — и при этом заниматься общегосударственным делом, например, — бандитов ловить. Ещё лет десять назад это было невозможно. Мало кто знает, что Дубровский (Николай Караченцов), герой телефильма «Д. Д. Д.» (Досье Детектива Дубровского), на самом деле, согласно литературному источнику — романам Льва Гурского, Яша Штерн, еврейство которого в тексте так или иначе обыгрывалось. А в фильме предпочли эту деталь убрать. В «Ликвидации» же еврейство главного персонажа не воспринимается как экзотика, не является причиной конфликта, трагедии или комедии. И сам Гоцман, как убеждена Галина, получился вполне правдоподобным — в рамках заданных ему обстоятельств, разумеется. Ну и не считая одесского жаргона[27].

ru.wikiludia.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о