Танюха козырева зайцева фото – — ().

Автор: | 25.11.2017

Лоскутная сказка Татьяны Козыревой | all Dolls

Татьяна Козырева занимается куклами более 20 лет и можно смело сказать, что живет она в настоящей сказке! Несчетное количество выставок, дипломов и наград, включая звание НАРОДНОГО МАСТЕРА Алтайского края, достались Татьяне вполне заслуженно — такой талант еще поди поищи.

Веселые бабульки, принцессы-сладкоежки, капризные мамзельки и колоритные тётеньки — все эти забавные персонажи вызывают только позитивные эмоции. Смотришь на них и видишь целую сказку о том, как любила прЫнцесса Маланья пироги да ватрушки, да так похорошела на сдобе, что и прЫнцы все разбежались)) Один только Каралевич Проша прискакал на каралефском коне да с самоваром. И стали они жить-поживать, да пышки жевать (стилеизложение мастера сохранено) 🙂

Часто кукол Татьяны называют примитивами, но нам кажется, что это преступление. Возможно, основа кукол не сложная (бязь, синтепух, кофе и краски) но глядя на окончательный вариант, понимаешь, что это, всё-таки, шедевры народного творчества! «Нипримитивы» как ни крути) Хотя, начинала Татьяна Козырева свое творчество с чердачных заек, чулочных игрушек и котов.

Конечно же, чтобы создавать такие сказочно красивые образы, нужен и опыт, и терпение и огромная любовь к своему делу всей жизни:

Я мама трех деток, заботливая(надеюсь) жена и увлеченная куклами тетенька, ой…нет, ВОЛШЕБНИЦА!!! Я не шью кукол,я создаю ОБРАЗЫ! Для меня это волшебство! Буду рада,если сказка поселится в ваш Дом!

Ну а мы, тихонько приобщимся к сказке))

Кукла: Кому дровишки?  Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Чаёк пить будем!!!  Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Рождественский ангел  Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Приданное   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Мало!  Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Ангел.Зайка моя!   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Ангел сладкоежка   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Поселки   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Весило-весило встретим Новый год!   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Под звуки танго   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Голубые коты   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Багряная Осень    Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Чайку-с?   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Божьи птахи   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Краля   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Кормилица   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Ангел Рождественский    Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Чаепитие   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Дама с кактусом    Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Рождение чуда   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Дамы на прогулке   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Лето фсе-таки будит!!!   Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Скоро Рождество    Автор: Татьяна Козырева
Кукла: Мамзелька в черном   Автор: Татьяна Козырева

● Блог Татьяны Козыревой >>>
● Магазин на Ярмарке Мастеров>>>

———- 
Если вас, также как и нас, переполняют эмоции от увиденного, напишите, пожалуйста, об этом в комментариях, и не забывайте поделиться понравившейся статьей в соцсетях!

Получайте первыми все новые статьи сайта на свою почту! 
Подпишитесь на
новости all DOLLS>>>

Похожее

Куклы, Татьяна Козырева

all-dolls.net

Текстильные куклы Татьяны Козыревой. «Народный мастер Алтайского края»

На просторах интернета, увидела вот такую смешную «Бабушку»!

Захотелось узнать побольше об этом замечательном авторе.

(вся информация и фото найдены в интернете)
Оказалось Татьяна живет совсем не так далеко от моего города Новосибирска, в Алтайском крае.
Нашла интервью с ней.

«Лоскутная сказка ».

«Татьяна Козырева получила звание «Народный мастер Алтайского края». Эта высшая оценка творческих достижений на региональном уровне.


На присвоение почетного звания претендовало девятнадцать представителей народных художественных промыслов и ремесел. С работами претендентов могли ознакомиться все желающие — в Барнауле два месяца работала выставка «Алтай мастеровой». Причем зрители могли не только полюбоваться представленными работами, но и проголосовать за наиболее понравившегося им мастера. По итогам зрительского голосования наибольшее количество голосов набрала Татьяна Козырева. Глас народа совпал с мнением профессионального жюри.

О куклах Татьяны Козыревой, можно долго рассказывать, но лучше их увидеть. А мы лучше поговорим с «народным мастером».

Российская газета: Татьяна, понятно, когда изготовлением авторской текстильной куклы занимаются горожанки. Но чтобы жительница села… С чего все началось?

Татьяна Козырева: Куклами увлеклась еще до школы. Была очень сильная тяга к этому миру. Грезила куколками, одежками. Причем еще тогда я хотела сделать что-то своими руками. Думаю, божья искорка пролетела, как это высокопарно звучит. В роду у нас никто этим не занимался, родители у меня простые крестьяне. (Смеется.) Так что я не от мира сего, не местная.


РГ: Как местные жители относятся к твоему занятию?

Козырева: Привыкли. Хотя поначалу пальцем у виска крутили: «Тетенька большая, а все в куклы играет». Но я заработала право «играть в куклы» своим трудолюбием. Это ведь не хобби какое-то, не сиюминутное увлечение, а образ жизни. Всерьез я занялась куклами лет пять назад, когда ушла из Родинской школы искусств (по образованию я преподаватель рисования и черчения, выпускница Бийского педучилища).


Работала в местном музее изобразительного искусства научным сотрудником. А потом ушла в декретный отпуск и погрузилась в мир кукол. Муж у меня не лежебока, занимается предпринимательством (шиномонтаж, автомойка, переработка грибов, изготовление тротуарной плитки), поэтому позволил не возвращаться на работу и заняться наконец-то любимым делом. Я с упоением ушла в личное творчество. Выставки персональные начались. Вскоре я сама начала достойно зарабатывать. А упоение не заканчивается. Меня, что называется, прет.


Может, когда упоение пройдет, снова начну работать с детьми. Хотя сейчас я тоже делюсь накопленными знаниями — в Интернете рассказываю секреты изготовления, технологические тонкости. Правда, живое общение ничем не заменишь.

РГ: Мужу какую-нибудь работу не посвятила со словами: «Это ты, дорогой»?

Козырева: (Смеется.) Я его только пугаю, что подарю ему толстого, вальяжного кота. У меня многие работы сделаны со смешинкой.



РГ: Дети как относятся к маминому занятию?

Козырева: Старшему сыну уже 23, он в Барнауле работает. А дочки маленькие: старшая ходит в третий класс, младшая в этом году только пойдет в школу. С одной стороны, они могут пойти по моим стопам — все для этого есть. С другой — для них нет, к сожалению, тайны. Они видят всю изнанку изготовления кукол, и сказка теряется.

Сейчас дочки в таком возрасте, что я могу спокойно заниматься своим творчеством. У меня руки сейчас свободны, голова свободна. Идеи приходят одна за другой. Чтобы не забыть что-то, делаю рисунки, записываю.

РГ: В вашем кукольном мире кого только нет: и светские дамы, и принцессы, и деревенские тетки, и дедки колоритные, и Баба-Яга в разных вариантах, и Кощей Бессмертный, и живность всякая. Какие куклы самые любимые?





Козырева: Я человек смешливый и люблю, когда образы получаются остренькие, с лукавинкой, юмором. В Интернете пишут, что куклы у меня с изюминкой, с индивидуальностью. Нравится образ Бабы-Яги. Она у меня не злая ведьма получается. Скорее, это такая старушка с двойным дном. Однажды сделала ее в образе рокера. А вот образы политиков мне совершенно не интересны.



РГ: Какую куклу мечтаете сделать?

Козырева: Есть много всяких идей, да руки никак не доходят. Сейчас много приходится делать под заказ. Деньги нужны. Нужны хотя бы для того чтобы купить материал для новых кукол. Из магазинов, где ткани продают, меня нужно выводить под белы рученьки — могу все деньги оставить. А какое счастье, когда отдают запасы из бабушкиных сундуков! Я в этом отношении самый натуральный Плюшкин. Сейчас делаю персонажей из русских народных сказок и народных праздников — Масленица, Пасха, ярмарка.



РГ: В своих работах вы используете различные виды и техники декоративно-прикладного искусства: лоскутное шитье, вышивку, роспись по ткани, вязание, бисероплетение. И материалы всякие разные: ткань, пластик, синтепух, пуговицы, бусины, пакля, шпагат.

Козырева: Сейчас больше всего нравится с текстилем работать — стала лучше чувствовать ткань. Но меня постоянно обуревают эмоции — из чего буду делать куклы через полгода, одному богу известно.


РГ: У вас накопилось около десятка персональных выставок. Для художника это праздник или лишняя колгота?

Козырева: Это дань зрителям. Необходимость. И, конечно, это колгота. Я люблю работу творческую, а тут столько организационных забот сваливается. После каждой выставки я говорю себе: «Все! Никогда больше». А потом все начинается заново. Люди же хотят видеть новые работы, и ты думаешь: «Чего кочевряжишься? Надо народ порадовать».

РГ: Какой отзыв о вашей работе запал в душу больше всего?

Козырева: На недавней выставке в Барнауле я много приятного наслушалась. Такой выброс адреналина пошел — ложилась спать в двенадцать, а в четыре утра уже подскакивала и начинала работать. Слава Богу, что я не привыкаю к откликам. Всегда приятно. Одна из покупательниц написала: «Знаете, Татьяна, кажется, я схожу с ума — третий день с куклой разговариваю.


С появлением вашей куклы в семье такая умиротворенность наступила. Муж попросил узнать: а вы могли бы нам еще одну куклу сделать?». Для меня такие письма — как бальзам на душу. Очень интересны мужские отзывы. Мужчина всегда индивидуален в своих оценках. Чтобы его зацепить, надо сильно постараться.



РГ: Ваш район знаменит живописцами, известными не только в крае, но и за его пределами. В Родино есть музей изобразительного искусства, давно и успешно работает детская школа искусства. У вас есть объяснение «Родинской художественной аномалии»?

Козырева: Наверное, дело в том, что у нас не самая яркая и красочная природа. Люди стремятся компенсировать нехватку прекрасного своим трудом. В том числе и творческим.


Игорь Коротков, директор Государственного музея истории литературы, искусства и культуры Алтая:

— Совсем недавно у нас закончилась персональная выставка Татьяны Козыревой. Я ее считаю профессионалом с большой буквы. Такие мастера прославляют наш край. У нее огромный диапазон образов, тщательная, можно сказать, ювелирная проработка всех деталей. Каждая кукла с ярко выраженным характером. Кроме того, Таня великолепно рисует. Из нее бы получился очень хороший мультипликатор. Я ей, кстати, посоветовал попробовать силы в качестве иллюстратора детской книги. Уверен, такая книга шла бы нарасхват.»


Я просмотрела очень много работ Татьяны и могу сказать все работы очень радостные и добрые.

Моя самая любимая работа называется-«Мы с мамулей красотульки !»


Купить авторскую куклу можно в Шопике

babiki.ru

иначе меня потеряет» — tele.ru

Описания жизненных коллизий каждой из участниц дуэта «Сестры Зайцевы», гремевшего в 1990-х годах, хватило бы на несколько остросюжетных романов. «Очень сильные испытания были нам даны, — рассказывают Таня и Лена. — Слишком многое пришлось преодолеть и пережить, слишком во многом раскаяться, но вместе с тем так много того, за что мы навсегда останемся благодарны нашей извилистой судьбе — одной на двоих…»

Схожесть близняшек пора­зительная, причем не только внешняя. «Мы однояйцевые, а значит, единое целое, — говорят сестры. — Чувствуем друг друга даже на расстоянии». И в качестве доказательства поражают корреспондентов «ТН» историей своего невероятного единения — одной из бесчисленного множества подобных в их жизни…

Елена: Я живу с мужем в Германии. В один из дней у меня вдруг начались жуткие боли в животе. Звоню в слезах маме: «Ощущение, что тазовые кости ломаются, спроси у папы, что со мной». Он у нас — военный врач…

Татьяна: А я в этот момент рожала — врачи настояли на кесаревом сечении — и под наркозом боли не чувствовала.

Елена: Зато я прочувствовала в полной мере. Пять часов мучилась, а потом боль вдруг отпустила, будто и не было ее. Через пять минут мне позвонила мама: «Поздравляю тебя с племянником!» А папа потом объяснил, что такие ситуации для однояйцевых близнецов нормальны. Вот только почему так происходит, остается загадкой.

— Когда мы рассказываем Нику про наше детство, у него на глаза наворачиваются слезы. С мамой Клавдией Ивановной, Германия (1963). Фото: Из личного архива сестер Зайцевых

— Удобно, наверное, быть близнецами — можно же где-то словчить?

Татьяна: Еще бы! Ну, например. На уроке вызывают: «Зайцева Татьяна!» Поскольку Ленка, в отличие от меня, всегда очень хорошо училась, отвечает она. А в конце ответа учительница вдруг говорит: «Танюш, а теперь подойди к доске». И… мы несемся вдвоем — я-то уже забыла о перевоплощении. В классе ржа…

Елена: А как я приезжала из Германии и сдавала за Таню (она тогда училась на режиссерском отделении Московского института культуры) немецкий язык, который знаю в совершенстве… А она летала по миру с моим голландским паспортом, когда еще отпечатков пальцев не ставили…

— С родителями вы ладили?

Татьяна: У нас была чудесная семья. К несчастью, родители ушли из жизни: обоих скосил рак. Мы часто вспоминаем их, я мужу в пример ставлю семью нашего детства, рассказываю о маменьке с папенькой — по семейной традиции мы

с Леной их так называем. Но, надо сказать, мама у нас была очень строгая, а папа, наоборот, добрейший.

Елена: Старше маменьки на 20 лет. Служил в ГДР, в Западной группе ­войск, из-за чего детство мы провели в Германии. Папенька из донских казаков. Только накануне смерти признался нам в том, что он внебрачный сын белого офицера. И мама его, бабушка наша, вывозила его из села тайно, потому что в то время там стояли красные.

Татьяна: Причем, открывая эту «страшную» тайну, папенька закрыл в госпитале двери и окна — чтобы никто не подслушал. Потому как был партийный… А маменька родилась в Черновцах, происхождением из княжеского рода Лыковых. Красавица, эстетка, пианистка и певица — была для нас идеалом, эталоном.

— Первая любовь к кому из вас пришла раньше?

— К Лене. Вроде бы из нас двоих я — тусовщица, бойкая, но при этом незнакомых ощущений побаивалась, а сестра — нет и на все жизненные эксперименты всегда шла смело. Курить, например, начала в 13 лет. И как правильно целоваться, учила меня. Я у нее расспрашивала, так она такие уроки теории поцелуя преподавала! И вообще, если бы не сестра, думаю, я…

Елена: (Со смехом.) …осталась бы старой девой.

Татьяна: Правда, физиологически меня ни один мальчишка не увлекал, даже кадриться не умела. Только по деревьям и через заборы с ними лазала, ну и разыгрывала их. Договорюсь с кем-то пойти в кино, а подошлю Ленку, отдав ей билет.

Елена: Я подхожу к кинотеатру, навстречу пацан, спрашивает: «Чего не здороваешься?» Я возмущаюсь: «Не приставайте,

я сейчас милиционера позову!» Оказывается, это Танькины шуточки… А что касается первой любви, то я до сих пор сохранила ее в сердце. С 8-го класса полюбила Костика. Мы тогда жили в Калуге — приехали туда после окончания папенькиной службы в Германии. Я школьница, Костя — студент филиала Бауманского института, на пять лет старше меня. Встречался с девушкой, о чем я знала. Но влюбилась.

Татьяна Зайцева с мужем

Татьяна: Ник мне однажды сказал: «Наверное, я приехал в Россию ради того, чтобы найти тебя». А мне его предсказала голландская ясновидящая… С мужем в подмосковном загородном доме. Фото: Юрий Зайцев

Татьяна: Он был настолько хорош собой, что все девчонки от него обалдевали. И Тамара, пассия его, тоже была писаной красавицей. Но и мы с Ленкой обращали на себя внимание в этой провинции: симпатичные, одевались не по-здешнему и вообще умели себя подать. Когда шли по улице, парни как пчелы на мед липли, а местные девахи аж стонали от зависти.

Елена: Тем не менее я все-таки добилась своего — Костик стал ухаживать за мной, оставил Тамару. Так одна девчонка, которая тоже сходила по нему с ума, как-то подстерегла меня и жестко сказала: «Валите отсюда, здесь вам не жить!» А мы тут как раз вычитали, что в Москве есть Всероссийская творческая мастерская эстрадного искусства. И по секрету от родителей — якобы отправились в гости к тете — двинулись туда поступать. И поступили. Нам было 16 лет. Костик приезжал ко мне, скучал. Я по нему тоже. Но неожиданно судьба развернула меня совершенно в другую сторону.

Дело в том, что Танька всегда была тусовщицей, и, едва мы приехали в Москву, тут же со всеми перезнакомилась. В ее компании оказалась Наташа Петрова (актриса, сыгравшая в фильме «Место встречи изменить нельзя» официантку, которую выбрасывают в окно. — Прим. «ТН»), чьим мужем был Бабек Серуш — иранский бизнесмен, миллионер, дружил с Высоцким; его потом убили… В общем, Таня с ними сдружилась. А у них дома, когда они приезжали из Америки, собирались разные иностранцы.

Татьяна: На одну из таких тусовок я привела с собой Лену, и там оказался Рольф — немецкий летчик, главный представитель авиа­компании Lufthansa в России. Увидев сестру, влюбился прямо с первого взгляда. Представляете, а на меня вообще ноль внимания. Как отличил? Непонятно… В общем, они зароманились.

Елена: Он был на 28 лет старше меня, красавец обалденный. Все московские валютные проститутки роились вокруг него, а в те времена именно они были самыми эффектными — стильные, с изысканными манерами, круто одевались… И вдруг этот сказочный мачо влюбляется в меня, 17-летнюю, и говорит: «Люблю, жить без тебя не могу!» И зовет ехать с ним насовсем в Висбаден. Сон! У меня и чувств-то глубоких не было, просто все это захватило своей невероятностью. При этом Рольф имел жену и двоих детей, младшему сынишке только год исполнился. Когда он развелся, я, дурочка малолетняя, такая счастливая была! Сейчас думаю: «Боже, какой же страшный грех сотворила!» А тогда полагала, что это свидетельство неземной любви ко мне, и раз меня так любят, значит, полюблю и я…

Короче — связь с иностранцем. Сразу же появились гэбэшники, прихватили. Так трясли и меня, и Таньку, так таскали на допросы, так давили, что мало не покажется.

Татьяна: когда Ник открыл казино в Москве, 1% акций принадлежал Чаку Норрису. Актер решил поддержать заведение давнего друга своим именем. В день вручения премии «Овация» с Чаком Норрисом, Ником Виссоковским и сыном Татьяны Алексеем (1998). Фото: Из личного архива сестер Зайцевых

— А что хотели от вас?

— Чтобы я стучала на Рольфа. Потому что считали его шпионом, особенно в связи с тем, что он близко дружил с немецким корреспондентом журналов Der Spiegel и Stern Норбертом Кухинке (играл роль датского профессора в фильме

«Осенний марафон». — Прим. «ТН»), который у них давно был под подозрением по части вывоза из страны антиквариата и икон.

Татьяна: А от меня требовали вступить с ним в интимную связь, обещав в этом случае закрыть глаза на отношения сестры с иностранцем. (Шепотом.) А когда Ленка уже уехала в Германию, у нас случился сумасшедший роман как раз с одним из следивших за ней гэбэшников. Он так влюбился в меня, аж плакал. Кстати, говорил по секрету, что очень хорошо понимает Ленку.

Елена: А меня, наоборот, предостерегал от отъезда: «Будешь несчастлива там, вот попомнишь мои слова». Между прочим, оказался прав.

— Как же все-таки удалось уехать? Несовершеннолетняя, возлюбленный — иностранец, бдящие органы давят…

— Рольф еле дождался моих 18 лет, чтобы мы могли пожениться. За это время возил меня в закрытые валютные магазины «Березка», задаривал нарядами, украшениями, отремонтировал и обставил нашу кооперативную квартиру — нам ее родители купили, прямо в сказочный терем превратил. Меня такая любовь завораживала… А выпустили меня потому, что Кухинке преду­предил их: «Если с Лениной головы упадет хоть волосок, я напишу обо всем в немецкой прессе». Но им громкого дела совсем не было нужно…

— Таня, а что же у вас происходило с делами сердечными?

— Очень мне плохо было без Ленки. Проводив ее, я рыдала до истерики, не могла остановиться. Пришел мой гэбэшник, грубо ругался на сестру, мол, как она могла тебя оставить, теперь ни на одну работу не примут. Так и было — куда ни тыкалась, нигде не брали. Наконец, пришла показываться в гостиницу «Союз» на «Речном вокзале», где выступал

ансамбль из Харькова — варьете, первое в Москве (сейчас это уже солидное учреждение культуры — Московский театр «Варьете» Юрия Черенкова), и туда меня почему-то взяли — я стала у них солисткой. Постепенно народ начал ходить на Зайцеву, а ребята из коллектива в меня повлюблялись. Меньше всех из них мне нравился Черенков — руководитель. Но по иронии судьбы как раз он стал отцом моего сына и моим мужем. Невероятно строгий был мужчина, я боялась его. Даже в постели называла только по имени-отчеству. Замуж вышла скорее оттого, что чувствовала себя безумно одинокой.

Елена Зайцева С первым мужем

Елена: когда Рольф развелся, я, дурочка, такая счастливая была! Он еле дождался моих 18 лет, чтобы мы могли пожениться… С первым мужем — немецким летчиком Рольфом Нойманном (1980). Фото: Из личного архива сестер Зайцевых

— Оставлять ребенка или нет, вопрос не стоял?

— Нет, я очень хотела родить. Выросшая в такой дружной семье, как наша, была уверена, что и сама выйду замуж  единственный раз. Но ошиблась. Мы с Черенковым оказались полярно разными; все в нем мне было чуждо, даже от шуток ломало. А любовь его выражалась в том, что он безостановочно кричал на меня и говорил всякие гадости, от которых у меня немели руки. Очевидно, он ревновал. Но выносить такие издевательства было очень тяжело. Плюс мама мужа постоянно вторгалась в нашу жизнь и так же несправедливо обижала меня. Рассказываю как есть, хоть ни его, ни ее сейчас уже и нет в живых, о чем я от души сожалею… И я дала себе зарок: никогда не влезу в жизнь сына и его женщин; даже если не буду довольна его выбором, ни за что не стану об этом говорить. И слово это держу. Жизнь Алеши и его отношения с барышнями для меня — табу. Сейчас сын разведен, но, вижу, появилась девочка, вроде неплохая. А женился Алешка в 18 лет, причем не сообщив об этом нам. Домработница заметила: «Боже, да они в обручальных кольцах!»

Елена: Наташа была на 10 лет старше Алеши, с ребенком — женила его на себе.

Татьяна: Мы с Ленкой рыдали в два голоса, дуэтом. Тем не менее я оставалась с невесткой в очень хороших отношениях, искренне ее полюбила. Но они сами разбежались… А папа Алешин умер три года назад. За десять дней до его смерти мы встретились — сын это устроил. Сказал мне: «У папы рак, он умирает, я считаю, что вы должны помириться».

И организовал нашу встречу. Я пришла в дом, где была Юрина жена и двое маленьких детей. Мы оба плакали, извинялись друг перед другом, и Ник тоже присутствовал при этом. А Алеша потом пел всем нам песню… После этой встречи у меня с души словно тяжесть упала… Мы ведь расстались с Юрой, когда Алехе было меньше года. Я тогда уже и из варьете ушла — он не отпускал, я сбежала. Много было неприятного. Но я искренне благодарна Черенкову за школу жизни — я научилась преодолевать все.

— Лена, а как складывалась ваша жизнь в Германии?

— Если сказать мягко, не лучшим образом. Отношения с Рольфом очень быстро видоизменились. И сам он переменился — ни внимания ко мне, ни заботы, ни подарков, ни романтики. А из занятий у меня — только домашняя работа. Тоска. Но самое ужасное воспоминание от того брака — аборт. Потому что муж категорически не хотел ребенка. Настолько, что просто выгнал меня из дома. (Помолчав.) Сама виновата, мой грех, это же я разъединила его с женой. А она настроила детей против меня, и сын сказал папе: «Если твоя жена родит, мы с тобой никогда больше общаться не будем». Он любил их без памяти и, конечно, побоялся потерять… Для меня ситуация чудовищная: деться некуда, денег нет. В Россию, меня напугали, возвращаться с ребенком от иностранца нельзя — в лучшем случае сошлют за 101-й километр… Очень тяжело мне об этом рассказывать. Такое было отчаяние, что жить не хотелось.

Продала дорогое украшение — подарок Рольфа, сняла квартирку и пошла работать официанткой в кафе. Причем как упрашивала, чтобы меня взяли, не пересказать! Ужасно унизительно. А полгода спустя меня уже назвали лучшей официанткой Майнца, но от этого менее униженной я себя не почувствовала. Денег не хватало катастрофически. Начала

даже в паре с одним парнем подворовывать из кассы, иначе, он пригрозил, меня выгонят. Поняла, что так жить не смогу, воровать отказалась и действительно из этого места была изгнана. Устроилась работать в видеотеку… Сэкономленными деньгами оплатила учебу на курсах парикмахеров — дизайнеров причесок. Полгода мешала краски и подносила мастерам бигуди, стригла обитателей дома престарелых, потом появились свои клиенты… Ходила в одних джинсах, недоедала, но как только появлялись денежки, шла покупать Тане красивые платья для сцены. Жила мыслями о ней. При первой возможности приезжала к ней, приходила на ее выступления, радовалась за нее — она же была прима…

Однажды по окончании программы ко мне вдруг подошел красавец мужчина. Улыбается, обращается на английском языке, на французском, на испанском, наконец, слышу немецкую речь, а немецкий у меня прекрасный, и я откликаюсь: «Я вас понимаю. Что вы хотели сказать?» — «Я, — отвечает, — капитан самолета голландской авиакомпании, постоянно останавливаюсь в этой гостинице и смотрю ваши шоу-варьете. Мне очень нравится, как вы поете. Но обычно я прилетаю позже и никак не могу вас застать. Счастлив, что застал хотя бы за столиком». Пригласил потанцевать. Конечно, я ему рассказала, что он ошибся и на самом деле пела не я. Он представился: «Зовут меня Отто, я голландец, но мои родители немцы, перед войной эмигрировали в Голландию. Женат…»

— Поразительно, какая-то мистика вокруг вас. Оба мужа — иностранцы, с обоими познакомились в Москве, оба летчики, оба семейные…

— Да, вот такие чудеса… Короче, этот, как мы его потом прозвали, «летучий голландец» приглашает меня к себе в номер и знакомит с женой. Она главная стюардесса, тоже красавица. Сидим, общаемся, пьем вино, и вдруг я вижу, что он смотрит на меня влюбленными глазами. И, главное, она тоже это видит. (С улыбкой.) Когда я ухайдакала бутылочку, сказала ей: «Марион, хочу тебе сказать важное. Запомни: никогда в жизни я не заберу у тебя Отто». И, поверьте, слово свое сдержала.

Но общение с ним мы не прекратили, изредка перезванивались, Марион об этом знала. Мы и с ней прекрасно общались, только я все равно видела, что в глубине души она меня ревнует… В общем, я снова устроилась работать в ресторанчик, и Отто иногда приезжал меня навестить. А там я была звездой космического масштаба. Русская — что уже экзотика. Да еще хорошенькая, кокетливая, задорная, на немецком свободно говорю. В мои смены прямо столпотворение было. Шампанское лилось рекой, выручка поднималась — с ума сойти! Хозяин на цырлах ходил передо мной. Умолял: «Лена, ты только не исчезай!»

Наступает день моего рождения, 16 декабря. С утра до вечера все звонят, поздравляют. Все, кроме Отто. Наконец среди ночи раздается звонок от него. Я с ходу затарахтела: «Ну ты хорош, вот обижусь на тебя раз и навсегда…» И вдруг он перебивает: «Сегодня погибла Марион. Самолет разбился. Рейс в Испанию. Боковой ветер…» (После долгой паузы.) Вот ведь как вышло: судьба сама разлучила его с женой, не я…

После смерти Марион Отто стал прилетать ко мне в Германию каждую неделю. Подарки разные дарил, машину. Одним словом, стал меня подкупать. Однажды мама мне выдала: «Дочь, первый раз я хочу что-то сказать по поводу твоей личной жизни. Что тебя там ждет — работа официантки? А дальше? А этот человек богат, надежен и, главное, любит тебя… Как можно такого не любить?!» Отто часто разговаривал с маменькой, признавался ей в любви ко мне и спрашивал: «Почему Лена ко мне равнодушна?» А что я могла с собой поделать — сердцу-то не прикажешь. (Вздохнув.) Я продолжала сохнуть по своей первой любви — по мальчику Косте.

Татьяна: У нее же потом опять с ним был роман. Когда стала уже популярной, однажды вдруг поперлась к нему в Калугу. Представляете, у нее принц сказочный в ногах валяется, а ей калужского героя-любовника подавай!

Елена: Отто часто разговаривал с маменькой, признавался ей в любви ко мне и спрашивал: «Почему Лена ко мне равнодушна?». Со вторым мужем — голландским летчиком Отто Лауингером (1990-е). Фото: Из личного архива сестер Зайцевых

— Но все-таки вы вышли замуж за Отто?

Елена: Вышла, ну и что? Я переехала в его дом в Амстердаме. Но Голландия оказалась совершенно не моей страной; мне там было ужасно дискомфортно, хотя язык голландский выучила быстро. Однако скучала страшно — по сестре, по сцене. И, представьте, по родине — жуткая была ностальгия.

Татьяна: А я здесь переживала из-за того, что Ленка так мается. И тут Борька Моисеев, затеяв грандиозный концерт, говорит мне: «Зови сестру!» Я звоню: «Лен, ты там сидишь без дела, борщи готовишь, а тут появились сестры Роуз, нашу

нишу занимают! Хватит уже, приезжай хоть на один концерт, поработаем вместе!»

Елена: И я прилетела, привезла шикарные костюмы… Боря поставил нам фантастически эффектный танцевальный номер. Выходим на сцену КЗ «Россия», выступаем и… уйти не можем — грохот аплодисментов, зрители не отпускают. И так это меня подстегнуло, что я стала прилетать сюда каждые две недели. В Кремле концерты пошли, приглашения на гастроли посыпались.

А тут еще песня «Сестра» поэтессы Татьяны Назаровой — прямо про нас с Танькой, о переживаниях двух сестер, живущих в разлуке. Показали ее Игорю Крутому, она ему понравилась, он нас сразу — вперед, на ротацию, в «Песню года». Раскрутил, словом. Потом появился клип. И понеслось — запись песен, своя программа… Но Отто не желал мириться с моей музыкальной карьерой, и мы решили разойтись. Хотя он и сейчас продолжает меня любить. Мы остались в дружеских отношениях, более того, официально даже не разведены, и у меня до сих пор голландский паспорт. Дело в том, что Отто — капитан, и ему нежелательно быть в разводе, это может отразиться на карьере… Расставание наше было болезненным. Очень я жалела мужа, но все равно жить по его правилам уже не могла. А вот Таня, наоборот, обрела супруга…

Татьяна: После отъезда Лены я для себя решила: никогда не выйду за иностранца. Разведясь с Черенковым, рамки решения расширила: больше вообще не выйду замуж… Как-то приехала к сестре в Голландию, и она познакомила меня с одной удивительной женщиной — ясновидящей Марией, которая мне напророчила: «У тебя будет муж. Прибудет издалека, из-за морей и океанов. Разведенный. Очень значительный человек». И описала мужчину, образ которого ей привиделся. После чего добавила, улыбнувшись: «В руках принесет огромный мешок денег». Вернувшись в Москву, я стала ждать своего принца. Видно, созрела все-таки для новой любви. Алешке моему тогда было лет пять-шесть. Год прошел, два, три, а потом махнула я рукой на свои ожидания: «Все это брехня». Но…

В 1997 году мы с Леной выступали в клубе «Беверли-Хиллз». Я недавно купила машину. Как-то едем домой, за рулем Лена. Подъезжаем, навстречу идет старушка соседка. Спрашиваю сестру: «Чего же ты не поздоровалась?» Она

поворачивается и… вместо тормоза жмет на газ! Пять машин впереди раздербанены… Лена — белого цвета, голова трясется, и твердит как заведенная: «Неспроста это, неспроста…» Мне уже не до машины, думаю: «Все, конец: сестру надо везти в дурдом…» А ситуация действительно ужасная. Выяснилось, что выплачивать надо $3,5 тыс. Такой суммы не было и в помине. На гастролях можно было бы подзаработать, но ехать нельзя — папа тяжело болен, лежит в госпитале. Приятель посоветовал: «Попросите в долг у хозяина, вы же каждый день работаете, пусть он вам заплатит вперед…» А хозяин, Ник Виссоковский, в Америке, мы с ним даже не знакомы. Но, на наше счастье, он как раз прилетает. Нас к нему подводят, начинаем объяснять ситуацию, просим наперебой: «Николай Николаевич, нам бы авансом гонорар получить, мы отработаем…» Он, не дослушав, какую сумму мы просим в долг, с улыбкой сказал: «Нет вопросов» — и ушел, а мы отправились на сцену. Поем свою программу, заканчиваем последнюю песню, и вдруг вижу, к нам идет он — владелец заведения, с каким-то немыслимым количеством роз в руках (потом выяснилось, что их была 101 штука). Вручает нам, целует руки. Как в сказке… Приглашает поужинать. Приходим на второй этаж, Ник уже там, вижу, волнуется — курит. И смотрит то на Ленку, то на меня. Деньги нам дает, о которых мы просили. Когда он на минутку выходит, его компаньон, Игорь, говорит: «Тань, ему очень нравится та, которая более темпераментная. Только я не могу понять, кто именно».

Елена: А у меня тогда как раз был роман с калужским Костей, и я пошла в отступную: «Да ладно, Тань, забирай его ты!» Решение оказалось правильным, Игорь потом разузнал и шепнул ей: «Танюх, стопроцентно он влюбился в тебя».

Татьяна: Стали мы с Ником общаться, он поражал меня своей интеллигентностью, даже в мелочах… Вскоре начал намекать на то, чтобы я переехала к нему. Недавно я спросила мужа: «Почему все-таки ты так быстро начал жить со мной?» Знаете, что он ответил? «Так я же сразу отнесся к тебе серьезно». И еще он мне рассказывал, что в молодости ему часто снился один и тот же сон — женщина с прекрасными глазами — и вроде как во мне он увидел именно ее. А тогда предложил: «Никогда я не был венчанный, а с тобой хочу венчаться». К слову, Ник окончил духовную школу, служил иподьяконом…

Елена: А мама его до сих пор поет в русском хоре православной церкви, хотя по-русски говорит с жутким австрийским акцентом.

Татьяна: Мама Ника австрийка, а по отцу он из русских эмигрантов. Его бабушка и дедушка во время революции уехали в Америку. Круг их общения — самый высший свет дворянства и духовенство. Ник рассказывал, как сидел на коленях митрополита Анастасия, дружил с дочкой барона Врангеля и князьями Голицыными… Представляете, как он был воспитан? В общем, где-то через год мы с ним повенчались, а через пару лет расписались.

— До встречи с вами он не был женат?

— Был, на итальянке, но они разошлись до нашего знакомства, у него двое детей… Кстати, его папа очень хотел, чтобы женой сына была русская женщина. Как-то Ник мне сказал: «Наверное, Танюш, я в Россию приехал ради того, чтобы тебя найти…» Я считаю, что и он у меня по судьбе. Когда познакомились, было впечатление, что знаю этого человека очень давно. И, что невероятно, он ведь один к одному совпадал с тем мужчиной, которого мне описала голландская провидица! Поразительно.

Сестры Зайцевы

Татьяна (слева): муж мой всегда тратит на сестру ровно столько же, сколько и на меня, ни копейкой меньше; даже в Татьянин день дарит подарки нам двоим. Потому что понимает: иначе меня потеряет. Фото: Юрий Зайцев

— Чем ваш муж занимался в Америке?

— Много лет работал в спецподразделении США, в отделе по борьбе с наркотиками и организованной преступностью. При проведении очередной операции был ранен, ему чуть не ампутировали ногу, еле спасли, он с тех пор хромает. Потом занялся бизнесом. Номер один у него — казино. Сначала открыл в Лас-Вегасе, в конце 1980-х — в Москве, тот самый «Беверли-Хиллз», где Нику принадлежало 99% акций, а 1% — его другу, Чаку Норрису: по давней дружбе актер согласился поддержать заведение своим именем. А вообще Ник занимается огромным количеством дел: создал сеть спа-салонов на Сейшелах, а в Швейцарии открыл банки, организовал разработку компьютерных программ по распознаванию­ номерных­ знаков автомобилей, возглавил крупную международную компанию по продаже нефти. Не говоря уж о том, что стал нашим продюсером, сделал нам грандиозную шоу-программу — песни на английском языке, в окружении балета из 60 человек, акробатов, фокусников, со световыми эффектами и фейерверками. И организовал гастроли в Лас-Вегасе. Десять лет мы выступали с сестрой в казино разных городов мира.

Елена: Было трудно. Все по-другому, все непривычно. Популярность, правда, получили огромную, но она какая-то совсем другая. Мы скучали по нашей, русской публике, которая давала нам ни с чем не сравнимую энергию. И еще безумно соскучились по нашим березкам.

Татьяна: Честное слово. Однажды я зарыдала в голос: «Не хочу больше здесь оставаться!» И Ник пошел навстречу: «Все, едем в Россию!» Поверите ли, когда вернулись, первое, что я сделала, — обняла березку и долго-долго не могла от нее оторваться.

— Не нарушилось ли на сегодняшний момент единство сестер? Все-таки одна пока не замужем; другая, наоборот, абсолютно счастлива в браке с состоятельным человеком. Имеет возможность выбирать, где жить: хоть в трехэтажном особняке элитного Подмосковья, хоть в роскошном поместье штата Флорида площадью 1200 кв. м.

Елена: Я не могу сказать, что одинока… Во-первых, у меня есть близкий человек, который не хочет себя афишировать, а во-вторых, Таня делает все для того, чтобы я не чувствовала себя одинокой.

Татьяна: Например, муж мой всегда тратит на сестру ровно столько же, сколько и на меня, ни копейкой меньше; даже в Татьянин день дарит подарки нам двоим. Потому что понимает: иначе меня потеряет. Знаете, почему я уверена в его любви ко мне? Потому что он столько лет смиряется с такой ситуацией. Кстати, Лена, когда была первый раз замужем, тоже хотела так же организовать семейную жизнь. Но без­успешно. И в этом еще одна причина их развода с Рольфом.

— Лена, позволите задать вам деликатнейший вопрос: после аборта вы не хотели больше иметь детей или…

— Я тогда настолько тяжело это пережила… Не знаю, как объяснить, но тот аборт убил во мне все. Только сейчас начинаю пробуждаться, когда стою в храме и вижу, как крестят маленьких детей. Думаю: «Наверное, на меня какое-то наказание наложено». Но смирилась… (Помолчав.) Это не выливается у меня в депрессию, мне есть где применить свои нереализованные чувства. Существуют же интернаты с детишками-сиротами, собаки бездом­ные…

Татьяна: Мы вместе помогаем, делимся чем можем.

Елена: Тань, может, не стоит об этом говорить? Надо у батюшки получить благословение… Одно только хочу сказать: если бы я смогла повторить свою жизнь, я десяток детишек нарожала бы как минимум.

Татьяна: И я тоже. В интернате мы видим больных, лежачих детей. Многие из них настолько талантливые! Вы не представляете, какие картины они рисуют, зажав кисти или карандаши­ зубами… И задаешься вопросом: если Господь выносит на свет таких детишек и они живут, борются, дарят радость людям, то какое же мы имели право прекращать заложенную в нас жизнь? Единственное оправдание нам с Ленкой может быть только то, что, делая аборты, мы вообще не понимали, что творим.

Елена: А теперь остается только раскаиваться. И расплачиваться за ошибки. Ведь в тот, роковой, момент моей жизни я же

могла бы настоять на своем, сказать мужу: «Нет, я ни за что не буду избавляться от ребенка!» Ушла бы от него, и наверняка Господь мне помог бы. Но… к сожалению, тогда мы с Таней не были воцерковленными, слишком далеко находились от Бога… А от Отто, который очень хотел детей, я не родила потому, что боялась: а вдруг, когда вернусь в Россию, он мне ребенка не отдаст? Немало знала таких несчастных русских девочек… Но опять же неправильно так думать. И оправдания мне нет.

Татьяна: И мне, потому что Алешка мог быть у меня не один… И все-таки иногда стою перед иконами в церкви, плачу и шепчу: «Господи, как же я благодарна тебе за все, как же ты меня балуешь!»

Елена: И я тоже. А по душе такая благодать растекается.

— А что вы сейчас поделываете по части своей профессии?

Татьяна: В России пока концерты не даем, в основном выступаем за границей — в Японии представляем шоу, в Лас-Вегас иногда ездим, ну а здесь в теле- и радиопрограммах участвуем… И ждем.

Елена: Есть ощущение: что-то должно произойти, куда-то нас судьба выведет. А нам все интересно. Слышали, в нашем репертуаре есть песня «Птица феникс», она как раз о нас — мы же вновь и вновь возрождаемся из пепла.

Совпадение фамилий корреспондентов и героинь материала — случайное


Татьяна и Елена Зайцевы

Родились: 16 декабря в Воронеже с разницей в 15 минут (старшая —Татьяна)

Семья Татьяны: муж — Ник Виссоковский, американский бизнесмен, продюсер; сын от первого брака — Алексей (30 лет).

Елена — официально замужем за голландским летчиком Отто Лауингером, но вместе не живут

Образование: Татьяна окончила Всероссийскую творческую мастерскую эстрадного искусства, режиссерское отделение Московского института культуры; Елена — Всероссийскую творческую мастерскую эстрадного искусства

Карьера: после нескольких лет выступлений в клубах и казино в 1994 году дуэт прорвался на большую эстраду и ТВ благодаря своей песне «Сестра». Лауреаты премии «Овация» (1998). В 2000-х годах активно гастролировали с концертами в США, Японии и ОАЭ; в 2010 году вернулись на российскую сцену

www.tele.ru

Про Татьяну Яшникову (Козыреву) — Новости и мысли путешественника, писателя Антона Кротова

Полчаса назад,  позвонили мне с телефона +62-21-522-51-95 (посольство России в Индонезии) и сообщили следующее. По их словам, — Татьяна Козырева (известная мне и вам путешественница, она ж известна под девичьей фамилией Яшникова, вы её видели в Домах АВП и на разных фестивалях, а ещё с лекциями она приежала в разные города…)  —

утонула в районе Бандар-Ачеха

(она там занималась дайвингом). Произошло это, вроде как, в воскресенье 3-го апреля. При её вещах был постепенно найден телефон, откуда и стали известны наши телефоны.

От себя: Тане 43 года. Мы с ней в прошлом году были в Индонезии и жили в Доме АВП. Сейчас она поехала ещё раз в эту Индонезию, понырять, на месяц. Последний Емайл от неё был 29 марта. Писала она мне, вот, следующее:

«» Осмотрела памятники цунами и тут же свалила на о-в Вех — посноркить… но прошла мимо дайв-центра и… не удержалась :)) вот же ж меня пробило-то 🙂 останусь на 5 дней, а живу бесплатно в палатке москитной рядышком 🙂 Дурианов на острове не видно. А еще я была на оз. Тоба, но грибов не ела: настроения не было. «»

(на фото: мы в Доме АВП в Мексике)

Страховки у неё, видимо, не было. Мой совет консулу хоронить по месту трупообразования — ему юридически бесполезен — нужны родственники именно. В социальные сети она не писала принципиально. Пустые профили вКонтакте и в ЖЖ yashka77 ей были нужны только для каких-то редких комментариев. Детей у Тани не было, с мужем (от кого она и получила фамилию «Козырева») она давно развелась, отца и матери нет на свете, сестёр и братьев не наблюдается.

P.S. 8 апреля. Более дальних родственников удалось найти, они сейчас решают необходимые юридические вопросы. А мы зашли в квартиру Т.Я., там же находятся её коты, которых она поручила кормить. Сейчас они стали сиротами (коты), так что может кто-то захочет ими завладеть, родственники от котов отказались.

Ровно месяц тому, 8 марта, я писал пост про то, что утонул в водопаде Виктор Бондаренко из Гомеля. В ответ, Татьяна написала вот что:

«» …и Андрей доставал из воды пескарей, а спасАтель — погибших людей…
Он мне лекции делал в Гомеле, и делал хорошо. Вписывалась у его мамы не далее как в этом декабре. Что с ней теперь будет…
Девушка
его Вера сдюжит, она сильная, а мама — нет.
Я не знала, я эту неделю ныряла — безопасно, в отличие от Виктора.
5 дней спустя летели домой с хозяином дайв-центра, он рассказывал, как его уральские коллеги достают утопленников, потому что МЧСники не хотят. Знала б — нажралась бы в свинью на том борту, прости, Антон.
На репатриацию тела ничего не дам. Не нужно это.
Ребята, надоело на тот свет приятелей провожать. Берегите себя уже. «»

Вот так написала, а сейчас и сама утонула.
Тем временем из Индонезии (провинция Бандар-Ачех) пишут об обстоятельствах происшествия вот что:

«» I have heard about your friend, but only know the story second hand. She went to the hot springs by hitch hike at 4pm and and went snorkeling alone. They say she wanted to go night snorkeling. There is no current or waves there but some rocks on the shoreline. in the morning people found her on the rocky shoreline wearing her snorkeling gear and go pro. I’m sorry to hear she was your friend, you must be sad. I spoke to her on her arrival, she was asking about a diving. She said she had been traveling for 3 weeks and missed speaking Russian and asked if there were any Russians at any of the dive centres. I believe she had been camping as she had brought her own tent and usually she would come down to the village in the evening and eat noodles at the coffee shop next to the dive shop. I only saw her to wave at once after our first meeting but she looked happy and was smiling. I’m sorry I can’t offer any more news. «»

«Я слышала об этом случае, но знаю о событии только из вторых рук. Она отправилась автостопом на горячие источники в 16:00 и отправилась сноркелить (плавать с маской и трубкой) одна. Она сказала, что хочет поплавать ночью. Там не было волн, но некоторые скалы на береговой линии.  Наутро люди нашли её тело на скалистой береговой линии, прямо в плавательном снаряжении….» (краткий перевод мой)

Сложно поверить даже. С Татьяной мы знакомы уже 20 лет были.

a-krotov.livejournal.com

Про Татьяну Яшникову (Козыреву) — Автостоп

Про родственников уже неактуально. Таню знал почти двадцать лет, ну как так 🙁

Originally posted by a_krotov at Про Татьяну Яшникову (Козыреву)

Полчаса назад,  позвонили мне с телефона +62-21-522-51-95 (посольство России в Индонезии) и сообщили следующее. По их словам, — Татьяна Козырева (известная мне и вам путешественница, она ж известна под девичьей фамилией Яшникова, вы её видели в Домах АВП и на разных фестивалях, а ещё с лекциями она приежала в разные города…)  —

утонула в районе Бандар-Ачеха

(она там занималась дайвингом). Произошло это, вроде как, в воскресенье 3-го апреля. При её вещах был постепенно найден телефон, откуда и стали известны наши телефоны. Других источников информации не имею.

Консул России в Индонезии разыскивает каких-либо родственников, чтобы решить вопрос похорон или кремации или транспортации тела. Это сделать нужно поскорее, по словам консула. Вот ещё один его телефон — +62-812-1052-1904, Роман Александрович.

От себя: Тане 43 года. Мы с ней в прошлом году были в Индонезии и жили в Доме АВП. Сейчас она поехала ещё раз в эту Индонезию, понырять, на месяц. Последний Емайл от неё был 29 марта. Писала она мне, вот, следующее:

«» Осмотрела памятники цунами и тут же свалила на о-в Вех — посноркить… но прошла мимо дайв-центра и… не удержалась :)) вот же ж меня пробило-то 🙂 останусь на 5 дней, а живу бесплатно в палатке москитной рядышком 🙂 Дурианов на острове не видно. А еще я была на оз. Тоба, но грибов не ела: настроения не было. «»

Страховки у неё, видимо, не было. Мой совет консулу хоронить по месту трупообразования — ему юридически бесполезен — нужны родственники именно. Социальными сетями она не пользовалась принципиально; вКонтакт и в ЖЖ ничего не писала. Детей у Тани не было, с мужем (от кого она и получила фамилию «Козырева») она давно развелась, а есть ли мама в природе — не ведаю, но может кто подскажет. Вот.

Сложно поверить даже. С Татьяной мы знакомы уже 20 лет были.

ru-autostop.livejournal.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о