Алексей аксенов москва: Портал BFM.ru. Ошибка 404

Автор: | 16.05.2021

Содержание

основатель Faces&Laces Алексей Аксенов — Москвич Mag

О необитаемых островах в Нагатинском затоне и о том, что Москва в отличие от других городов США и Европы по-прежнему развивается.

Я родился…

На севере Москвы в середине 1980-х.

Сейчас я живу…

Практически там же — в Войковском районе на Ленинградском проспекте. Это место сильно повлияло на мои увлечения и впоследствии на профессиональные ориентиры. То, чем я занимаюсь сейчас, тесно связано с историей моего родного района. Если уходить в историю, то по каким-то причинам в конце 1990-х — начале 2000-х север Москвы представлял собой концентрацию тех субкультур, которые были интересными для меня и свежими для России в целом. Речь идет прежде всего о граффити, скейтбординге и уличной моде. Именно эти субкультуры и та среда, которую они образовывали, послужили для меня отправной точкой.

Мой любимый район…

В районе, где я живу, есть особые места, которые мне очень близки: это парк «Покровское-Стрешнево» с прибрежной территорией, выходящей на канал, тушинский шлюз, старый трамвайный мост с видом на депо «Красный Балтиец», Северный речной порт и Водный стадион. Из всех этих мест для меня складывается определенный образ района.

Вообще я люблю исторический неглянцевый центр города: дворы Арбата и Маяковской, Басманный и Мещанский районы, Китай-город — все те места, которые для меня тесно связаны с периодом конца 1990-х и начала 2000-х. В то время мы активно рисовали граффити, что позволяло досконально исследовать город, изучать каждый его угол. А еще, конечно же, парк Горького, в котором прошло важнейшее время для Faces&Laces и для меня лично — теперь это история.

Мой нелюбимый район…

Я бы не сказал, что у меня есть какой-то нелюбимый район. В каждой части Москвы есть своеобразная эстетика, которой можно вдохновляться. Находятся и по-настоящему мрачные места, пугающие своей нечеловеческой архитектурой и общим депрессивным фоном. При этом в каждом районе есть своя жизнь и свой облик, погружение в который дарит определенный эмоциональный опыт.

В рестораны и бары…

Люблю ходить, для меня на первом месте всегда стоит аутентичность и уникальная атмосфера заведений, которые также формируют образ Москвы.

Место в Москве, в которое все время собираюсь, но никак не могу доехать…

Необитаемые острова в Нагатинском затоне. На мой взгляд, это нетипичный объект для нашего города. Давно хочу туда добраться.

Главное отличие москвичей от жителей других городов…

Москва в отличие от городов США и Европы по-прежнему проходит различные стадии развития как в культурном, так и в инфраструктурном плане. Здесь есть динамика и множество по-настоящему креативных людей и сообществ, которые делают что-то выходящее за рамки и влияющее на глобальную культуру и тренды. Причем зачастую делают это на полном энтузиазме и вопреки непониманию многих. За последние 15 лет локальная культура сильно развивалась, и результат мы можем наблюдать сейчас. Скейтбординг, граффити и кроссовочная культура стали обыденными явлениями, сформировался целый пласт локальных брендов-стартапов, вдохновленных уличной эстетикой и субкультурами, многие из которых трансформировались в полноценные марки модной одежды. Несмотря на все трудности, жить здесь интересно, а особенно интересно делать что-то важное для города, ощущая себя его частью.

Визуально Москва претерпела колоссальные трансформации, превратившись в современную агломерацию, и полностью утратила ностальгическую гетто-эстетику. Несмотря на многие спорные моменты, мне нравится современная Москва, и трудно уже представить, как было раньше. В 2016 году на 10-летие выставки Faces&Laces мы даже выпустили коллаборационный релиз кроссовок совместно с брендом Reebok, в концепции которого запечатлели период физических и культурных перемен города.

Хочу изменить в Москве…

Я бы хотел, чтобы город был более открыт к людям, которые в нем живут, что-то в нем делают и выстраивают смысловой ландшафт. Чтобы его жители ощущали его своим домом, который хочется улучшать и ассоциировать с ним себя и свою деятельность.

Мне не хватает в Москве…

Прежде всего возможностей и поддержки. Открытых площадок для реализации своих событий и инициатив. Уже более 15 лет мы делаем события, формирующие городскую культуру. Все это время нам приходится бороться с трудностям по поиску партнерских средств и площадок, преодолевая невероятно тяжелый путь бюрократии. В других странах подобная деятельность, как правило, полностью субсидируется муниципалитетами и является важной частью культурной жизни.

Если не Москва, то…

Я бы не хотел уезжать из Москвы и мог бы рассматривать это исключительно как вынужденную меру, связанную с невозможностью заниматься тем, чем я занимаюсь. Однако для меня жизненно необходимо много путешествовать в совершенно разных форматах и направлениях.

В Москве меня можно чаще всего застать кроме работы и дома…

Я часто гуляю по вечерам в местах, о которых рассказал выше, хожу на вечеринки, выставки и профильные события. Летом я люблю гулять ночью в парке Горького.

В этом году тринадцатая выставка Faces&Laces…

Трансформировалась и переехала из парка Горького, где мы были предыдущие семь лет, и впервые ввела платный вход. Конечно, для нас это был определенного рода челлендж: новое пространство и новые условия для гостей. Но мы крайне довольны результатом — на площадке было более десяти тысяч гостей, которые пришли действительно за уличной культурой. Из достижений этого года стоит назвать, например, художественного хедлайнера — пионера нью-йоркской граффити-сцены Futura, который разработал арт-ворки для графики этого года и поучаствовал в галерейном поп-ап-проекте «Синтез и интеграция». В целом уровень экспозиции локальных и международных брендов вырос, нам удалось привезти и представить нашей аудитории зарубежных артистов Wavves, Show Me the Body, Wiki, Lil Ugly Mane и даже короля мемфис-рэпа Tommy Wright III, который ранее никогда не выступал за пределами США.

На протяжении всей истории Faces&Laces одной из основных миссий проекта является развитие локальной индустрии.

Поэтому помимо трансформации и обновления ежегодной флагманской выставки в этом году мы выводим в офлайн субпроект Faces&Laces Locals, посвященный демонстрации независимого авторского взгляда на локальную сцену. Регулярное событие от платформы Faces&Laces Locals (в этом сезоне оно приурочено к черной пятнице, поэтому называется Black Market) пройдет 30 ноября в Большом винохранилище «Винзавода» и соберет самые актуальные бренды и комьюнити с территории постсоветского пространства. Оно будет представлять собой масштабный андерграундный маркет с полноценным лайнапом и обилием специальных предложений для гостей, которые смогут получить доступ на событие по регистрации.

Фото: пресс-служба Faces&Laces

Алексей Аксенов на Investing.com

© 2007-2021 Fusion Media Limited. Все права зарегистрированы. 18+

Предупреждение о риске: Торговля финансовыми инструментами и (или) криптовалютами сопряжена с высокими рисками, включая риск потери части или всей суммы инвестиций, поэтому подходит не всем инвесторам. Цены на криптовалюты чрезвычайно волатильны и могут изменяться под действием внешних факторов, таких как финансовые новости, законодательные решения или политические события. Маржинальная торговля приводит к повышению финансовых рисков.

Прежде чем принимать решение о совершении сделки с финансовым инструментом или криптовалютами, вы должны получить полную информацию о рисках и затратах, связанных с торговлей на финансовых рынках, правильно оценить цели инвестирования, свой опыт и допустимый уровень риска, а при необходимости обратиться за профессиональной консультацией.
Fusion Media напоминает, что информация, представленная на этом веб-сайте, не всегда актуальна или точна. Данные и цены на веб-сайте могут быть указаны не официальными представителями рынка или биржи, а рядовыми участниками. Это означает, что цены бывают неточны и могут отличаться от фактических цен на соответствующем рынке, а следовательно, носят ориентировочный характер и не подходят для использования в целях торговли.
Fusion Media и любой поставщик данных, содержащихся на этом веб-сайте, отказываются от ответственности за любые потери или убытки, понесенные в результате осуществления торговых сделок, совершенных с оглядкой на указанную информацию.
При отсутствии явно выраженного предварительного письменного согласия компании Fusion Media и (или) поставщика данных запрещено использовать, хранить, воспроизводить, отображать, изменять, передавать или распространять данные, содержащиеся на этом веб-сайте. Все права на интеллектуальную собственность сохраняются за поставщиками и (или) биржей, которые предоставили указанные данные.
Fusion Media может получать вознаграждение от рекламодателей, упоминаемых на веб-сайте, в случае, если вы перейдете на сайт рекламодателя, свяжитесь с ним или иным образом отреагируете на рекламное объявление.

Википедия — свободная энциклопедия

Избранная статья

Прохождение Венеры по диску Солнца — разновидность астрономического прохождения (транзита), — имеет место тогда, когда планета Венера находится точно между Солнцем и Землёй, закрывая собой крошечную часть солнечного диска. При этом планета выглядит с Земли как маленькое чёрное пятнышко, перемещающееся по Солнцу. Прохождения схожи с солнечными затмениями, когда наша звезда закрывается Луной, но хотя диаметр Венеры почти в 4 раза больше, чем у Луны, во время прохождения она выглядит примерно в 30 раз меньше Солнца, так как находится значительно дальше от Земли, чем Луна. Такой видимый размер Венеры делает её доступной для наблюдений даже невооружённым глазом (только с фильтрами от яркого солнечного света), в виде точки, на пределе разрешающей способности глаза. До наступления эпохи покорения космоса наблюдения этого явления позволили астрономам вычислить расстояние от Земли до Солнца методом параллакса, кроме того, при наблюдении прохождения 1761 года М. В. Ломоносов открыл атмосферу Венеры.

Продолжительность прохождения обычно составляет несколько часов (в 2004 году оно длилось 6 часов). В то же время, это одно из самых редких предсказуемых астрономических явлений. Каждые 243 года повторяются 4 прохождения: два в декабре (с разницей в 8 лет), затем промежуток в 121,5 года, ещё два в июне (опять с разницей 8 лет) и промежуток в 105,5 года. Последние декабрьские прохождения произошли 9 декабря 1874 года и 6 декабря 1882 года, а июньские — 8 июня 2004 года и 6 июня 2012 года. Последующие прохождения произойдут в 2117 и 2125 годах, опять в декабре. Во время прохождения наблюдается «явление Ломоносова», а также «эффект чёрной капли».

Хорошая статья

Резня в Благае (сербохорв. Масакр у Благају / Masakr u Blagaju) — массовое убийство от 400 до 530 сербов хорватскими усташами, произошедшее 9 мая 1941 года, во время Второй мировой войны. Эта резня стала вторым по счету массовым убийством после создания Независимого государства Хорватия и была частью геноцида сербов.

Жертвами были сербы из села Велюн и его окрестностей, обвинённые в причастности к убийству местного мельника-хорвата Йосо Мравунаца и его семьи. Усташи утверждали, что убийство было совершено на почве национальной ненависти и свидетельствовало о начале сербского восстания. Задержанных сербов (их число, по разным оценкам, составило от 400 до 530 человек) содержали в одной из школ Благая, где многие из них подверглись пыткам и избиениям. Усташи планировали провести «народный суд», но оставшаяся в живых дочь Мравунаца не смогла опознать убийц среди задержанных сербов, а прокуратура отказалась возбуждать дело против кого-либо без доказательства вины. Один из высокопоставленных усташей Векослав Лубурич, недовольный таким развитием событий, организовал новый «специальный суд». День спустя дочь Мравунаца указала на одного из задержанных сербов. После этого 36 человек были расстреляны. Затем усташи казнили остальных задержанных.

Изображение дня

Эхинопсисы, растущие на холме посреди солончака Уюни

OCS Distribution — Формы

Партнёрская коференция IBM и OCS
Москва, «Музей-Смотровая Москва-Сити»
20 марта

13:00 — 14:00 Welcome-coffee
14:00 — 14:10 Вступительное слово OCS
Михаил Дробышев, руководитель отдела IBM, OCS
14:10 — 14:30 Стратегия развития IBM в 2019 году: Next Generation Business Partners
Григорий Жуков, IBM
14:30 — 15:00 Эко-система «партнеров следующего поколения». Модели бизнеса для поставщиков облачных услуг. Совместные решения с IBM (Software + Hardware).
Сергей Матросов, IBM
15:00 — 15:30 Новая структура бренда IBM Cloud (Аналитика + Интеграция). Современные тенденции и новые идеи для бизнеса.
Роман Шемпель, IBM
15:30 — 15:45 Кофе-брейк
15:45 — 16:10 Бренд IBM Security: безопасность, превосходящая ожидания.
Олег Бакшинский, IBM
16:10 — 16:30 Партнерская программа IBM Software 2019: ключевые пункты.
Елена Гутаковская, IBM
16:30 — 17:00 Правила ведения бизнеса с IBM.
Кирилл Кальченко, IBM
17:00 — 17:15 Кофе-брейк
17:15 — 17:45 Партнерские программы IBM для развития продаж программно-аппаратных средств.
Максим Галкин, IBM
17:45 — 18:25 Техническая поддержка оборудования IBM. Мультивендорная поддержка от IBM. Сервисные контракты.
Алексей Аксенов, Мила Попова
18:25 — 19:00 Экскурсия по «Музею-Смотровой Москва-Сити»
19:00 — 22:00 Фуршет

Контактное лицо по всем вопросам,
связанным с мероприятием:
Антонина Колосова
[email protected] ru
+7 (495) 995-25-75 доб. 2719
моб. +7 (916) 079-61-44

Аксенов Алексей — Урал-атлетикс — Легкая атлетика Урала

Аксенов Алексей (10 декабря 1987( ) —  бегун, специализация 400 метров. Первый тренер(а) Леонид Александрович и Людмила Евгеньевна Вешкуровы.

  • Чемпион первенства России среди молодежи 2009 года.
  • Рекордсмен России среди старшего возраста в эстафете 4*100 м.
  • Чемпион Европы 2010 в эстафете 4×400 м.


2007 2008 2009
200 м 21,63 21,28 21,06
400 м 47,38 47,22 46,27

 


Лучший сезонный результат Лучший личный результат
200 м 21.51i 21.06
400 м 46.32 46.27
Соревнование Вид Место Результат
2010
07. 01.2010
Рождественский кубок в Екатеринбурге
300 м 3 34.26 i
13-14.02.2010
Чемпионат Москвы в помещении
200 м 0 21.51 non com. i
26-28.02.2010
Чемпионат России в помещении
400 м 14 47.51 i
13-14.02.2010
Чемпионат Москвы в помещении
400 м 0 47.77 non com. i
26-28.02.2010
Чемпионат России в помещении
200 м 6 22.03 21.61 i
27-28.05.2010
Командный Чемпионат России
400 м 4 46.92
27-28.05.2010
Командный Чемпионат России
200 м 5 21.52
26.06.2010
Мемориал братьев Знаменских
400 м 6 46.76
11-12.06.2010
Кубок России
400 м 8 46.73
27-31.07.2010
Чемпионат Европы
4х400 м 1 3:02.14
12-15.07.2010
Чемпионат России
400 м 4 46.32

Сотрудники ННГУ: Аксенов Алексей Григорьевич

Образование, учёные степени и учёные звания

Высшее образование
Специальность: юриспруденция. Квалификация: юрист.

Дополнительное образование, повышение квалификации, стажировки

29.01.2018 — 08.02.2018
Повышение квалификации: Современные вопросы права, ННГУ, 16 час., документ № удостоверение № 522405002402, рег. № 33-1246 от 08.02.2018

15.01.2018 — 15.01.2018
Повышение квалификации: Оказание первой помощи, ННГУ, 8 час., документ № Рег.№ 07 от 15.01.2018

13.03.2017 — 13.03.2017
Повышение квалификации: Электронная информационно-образовательная среда вуза, ННГУ, 72 час., документ № 522404111475, рег номер 33-709 от 13.03.2017

17.02.2015 — 27.02.2015
Повышение квалификации: Дистанционные образовательные технологии, ННГУ, 20 час., документ № 522401469236, рег. номер 01 от 27.02.2015

Публикации

2020

Публикации в научных журналах

Аксенов А.Г. Правовое регулирование международных коммерческих контрактов в условиях экономических санкций // Вестник арбитражной практики. № 5. 2020. С. 86-100.

2019

Публикации в научных журналах

Аксенов А.Г. Право, подлежащее применению к договору международной купли-продажи товаров при отсутствии соглашения сторон о выборе права // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. № 1. 2019. С. 84-89.

2018

Труды (тезисы) конференции

Аксенов А.Г. Проблемы правового регулирования электронной формы международных коммерческих контрактов. // Международное частное право: универсальные и региональные аспекты (Москва, 15 ноября 2017 г.): материалы международной научно-практической конференции / коллектив авторов; сост. Т.П. Лазарева, М.П. Шестакова. Москва: ЮСТИЦИЯ, 210 с. 2018. С. 11-22.

Публикации в научных журналах

Аксенов А.Г. Курс «Международное частное право» как оптимальная интеграция науки и практики в современном юридическом образовании Российской Федерации // Юридическое образование и наука. № 7. 2018. С. 15-20.

Аксенов А.Г. Сфера действия права, подлежащего применению к договору международной купли-продажи товаров // Проблемы экономики и юридической практики. № 5. 2018. С. 182-186.

Аксенов А.Г. Применение принципа автономии воли сторон (lex voluntatis) к договору международной купли-продажи товаров // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. № 1. 2018. С. 64-68.

2014

Сборники статей

Аксенов А.Г. Обычаи, применяемые к договору международной купли-продажи товаров между субъектами предпринимательской деятельности стран СНГ // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Н.Новгород: Изд-во ННГУ им. Н.И. Лобачевского, № 3. Часть 2., С. 22-27.. 2014. С. 22-27.

2013

Сборники статей

Аксенов А.Г. Соглашение стран СНГ «Об общих условиях поставок товаров между организациями государств – участников Содружества Независимых Государств» от 20 марта 1992 года: проблемы унификации // Унификация международного частного права в современном мире. М.: Сборник статей / Отв. ред. И.О. Хлестова. – М: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ: ИНФРА-М. 2013. С. 200-209.

Публикации в научных журналах

Аксенов А.Г. Регулирование договора международной купли-продажи товаров между субъектами предпринимательской деятельности стран СНГ в рамках Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи товаров» 1980 г. // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. № 3. Ч. 2.- Н. Новгород: Изд-во ННГУ им. Лобачевского. 2013. С. 21-27.

Аксенов А.Г. Правовое регулирование договора международной купли-продажи товаров между субъектами предпринимательской деятельности стран СНГ // Журнал российского права. 2013. С. 112-120.

2012

Монографии

Аксенов А.Г. Договор международной купли-продажи товаров между субъектами предпринимательской деятельности стран СНГ. М.: Изд-во Инфотропик Медиа, 1 том, 246 страниц. 2012.

2011

Публикации в научных журналах

Аксенов А.Г. Национальное законодательство стран СНГ, применяемое к договору международной купли-продажи товаров между субъектами предпринимательской деятельности стран СНГ. // Инновации в государстве и праве России: Материалы Международной научно-практической конференции (Н. Новгород, 14 – 15 апреля 2011 г.). – Нижний Новгород: Изд-во Нижегородского госуниверситета. 2011. С. 274-279.

Алексей Аксёнов, 29 лет, Москва, Россия

Личная информация

Деятельность

скрыта или не указана

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Интересы

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимая музыка

скрыта или не указана

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимые фильмы

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимые телешоу

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимые книги

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимые игры

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


Любимые цитаты

скрыты или не указаны

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


О себе

скрыто или не указано

Можно редактировать: да

Обязательно к заполнению: нет

Можно скрыть настройками приватности: да


«Беседы с Василием Аксёновым» — с sovlit.

net тогда не понимал, но в первый раз услышал его имя Я сидел в затемненном кинотеатре в Фэрфаксе, штат Вирджиния. Это был 1987 год, и я смотрел фильм Нет выхода , политический триллер с Кевином Костнером в главной роли. В самом конце фильма, когда мы понять, что персонаж Костнера, Том Фаррелл, действительно не только офицер ВМС США, но и советский двойник. агент Юрий, следующий обмен происходит между персонажем Костнера и советским куратором, с которым он вернулся.Во время допроса Фаррелла / Юрия проводник начинает говорить по-русски:
ФАРРЕЛЛ: Мне сложно следить по-русски — это было давно.
ХЭНДЛЕР: Как вы, должно быть, жаждете звука нашего языка, Евгений Алексеевич. Разве ты не хотел бы услышать Опять русский? Представьте себе Пушкина, Лермонтова, Толстого …
ФАРРЕЛЛ: … Солженицын, Аксёнов.
ХЭНДЛЕР: (Смеется) Даже они … всегда чувство юмора.

Позже я пойму, почему советский хендлер нашел упоминание этого имени — Аксёнов — таким юмористический.

Я второй раз встретил имя Василия Аксёнова в статье в газете Washington Post в июне 1996 года. Он приехал в Университет Джорджа Мейсона в Фэрфаксе, штат Вирджиния, в 1987 году, чтобы занять должность Робинсона. Профессор ГМУ, преподает русскую литературу и культуру. Вскоре я стал студентом Джорджа Мейсона, где Я планировал изучать английскую и русскую литературу, поэтому решил взглянуть на некоторые работы Аксенова. Я начал с двух его недавних романов, Поколения зимы и его продолжения, Герой зимы , Эпическая сага Аксёнова (1005 страниц) о жизни Советской России с 1925 по 1953 год.«Великий русский роман, «» — эквивалент «Войны и мира» в 20-м веке. »- так в Post были охарактеризованы романы, когда они вышел из. Поколения зимы «будет жить очень долго и будет рассматриваться как одна из самых значительные исторические и литературные достижения ужасного века », — писал Джон Банвиль в« Новом ». Йоркское обозрение книг . Я был поражен работой. Я сказал всем, кого знал, прочитать это. Я решил, что если Возможно, первое, что я сделал бы, когда поступил в GMU, — это записался бы на курс русской литературы с Профессор Аксёнов.Мне показалось, что это была такая возможность, которая была у очень немногих людей с тех пор, как 1950-е годы, когда другой великий русский литературный эмигрант Владимир Набоков преподавал русскую литературу в Корнелльском университете. Университет. Я ни за что не собирался отказываться от этого.

Итак, с осени 1997 года и до того, как я закончил аспирантуру весной 2004 года, я ходил во все классы. Аксенов преподавал, и за это время он стал для меня больше, чем учителем — он стал чем-то вроде наставника и друг.На протяжении многих лет я проводил время с ним в его офисе, стены которого были выложены Шагала и Кандинский гравюры, а также пара плакатов с нахмуренным и указывающим пальцем Ленина («Да, он все еще смотрит меня «, — смеялся Аксенов) и обсуждали его жизнь, жизнь, которую, поразмыслив позже, я понял. охватил почти весь советско-российский опыт от Большого Сталинского террора до конца Советская империя. Там я слушал, как он усаживался в кресло и снимал очки в серебряной оправе. их низкое положение на его носу, и рассказывают о некоторых событиях его полностью романистической жизни.

Казань — большой город, расположенный в нескольких сотнях миль к востоку от Москвы, разделенный каналом Булак, цепью озера и два культурных наследия, татарское и русское. Именно здесь в августе 1932 года Василий Павлович Аксёнов родился. Его отец, Павел Васильевич Аксёнов, был главой горсовета в Казани, а его отец. мать, Евгения Семеновна Гинзберг, была профессором истории. В 1937 году они оба были арестованы во время головокружительные высоты сталинского Большого террора, и каждый был отправлен в Сибирские ГУЛАГи.В августе того же года За молодым Василием пришла советская тайная полиция.

«Я хорошо это помню», — сказал он мне в один прохладный осенний день в своем уставленном книгами офисе в GMU, одетый в серо-голубой костюм поверх сиреневой рубашки, сливовый галстук, завязанный на воротнике, «Очень живо . ..

1. Грехи Отца Мать забрали в феврале 37 года; отца забрали в июле. Я до сих пор хорошо помню, когда они пришли взять меня. КГБ опечатал все комнаты нашего дома, кроме моей маленькой комнаты, где я жил со своими бабушка (бабушка) и моя няня, две бабушки.Потом они пришли ночью. Это было похоже на арест, на самом деле — такая же черная машина в том же стиле, на которой они увезли маму и отца. Я до сих пор помню эту машину, как если бы она были вчера, большая черная машина с жалюзи на окнах. Три человека — двое мужчин и одна женщина из КГБ, в черном. кожаные куртки длиной три четверти.

Я спал. Они разбудили меня. Было три часа ночи. Отца только что забрали, так что все еще было летом. Короткими жаркими летними ночами было очень светло — все было видно.На самом деле это было рядом Восход солнца. Эта женщина из КГБ дала мне конфету и сказала: «Вася, мы пришли к твоим маме и папе».

Значит, они обманом заставили вас думать, что водят вас к родителям?

Нет, на самом деле они не лгали, потому что везли меня туда, где они были — в свое королевство, в Волшебное царство Сталина. Я пошел с ними на улицу, к машине — все было сделано очень тихо. Но потом, когда я был в машине, последнее, что я услышал и увидел, были две старушки, моя бабушка и няня, на крыльце дома причитала, причитала, как только русские бабы могут причитать, только причитать, «Ооооооооооооооо!» плачет по их Васе.

Меня доставили в специальный сборник детишек арестованных. На окраине города был красный трехэтажное кирпичное здание, хотя, по моим воспоминаниям, оно огромно. Было много дети, их много. Я был там, совсем один, без семьи, пока однажды я не увидел свою бабушку у забора, у сторожевой башни.

Сторожевая башня? Так это было похоже на тюрьму?

Да, именно так, как в тюрьме. Были маленькие дети вроде меня, но были и подростки, и они не хотели, чтобы они побег.Позже я узнал, что власти даже не сказали моей семье, где я нахожусь. Они узнали через разговоры в городе. Однажды бабушка зашла ко мне через забор. Потом я заметил свою тетю, мою сестра отца, тоже стояла там, и я понял, что они ищут меня. Но они не позволили нам встретить. Вместо этого они взяли меня и двух других мальчиков моего возраста на вокзал с одной женщиной из КГБ и посадили нас. в купе легкового автомобиля или купе. Сотрудница КГБ заперла дверь, и нас отвезли в город Кострома, старинный русский город, до особый детский дом для детей врагов государства, врагов России. люди.Я был там полгода, пока вдруг не появился мой дядя.

Удивительно, но он получил разрешение забрать меня с собой домой. Это была комбинация счастливых событий. Сталин произнес что-то во время одной из своих речей; он сказал, что год сын не несет ответственности за грехи своего отца. К этому времени моего дядю уволили — он был профессором истории в университете в Средней Азии — потому что он был братом врага народа.Он был безработный и со дня на день ожидал собственного ареста. Однажды он увидел в газете обращение Сталина и … ну, он стал очень храбрым — ему нечего было терять, и он начал пить, что, я думаю, вероятно, добавило его храбрость. Он пришел туда, где меня держал КГБ, и начал устраивать скандал. «Почему ты продолжаешь наш ребенок! »- закричал он и стал стучать кулаком (Аксенов дважды стукнул ладонью по столу) — и они выпусти меня! Он был очень похож на моего отца, поэтому, когда я увидел его, я бросился к нему с криком «Папа! Папа!» Он отвез меня оттуда в Казань.Потом внезапно он получил работу в Сталинабаде, и я остался в Казани с его сестра, моя тетя, где я жила до шестнадцати лет.

То, что я никогда не забуду из того периода, было то, что однажды, когда мне было восемь лет и я жил со своим тетя, я стал заглядывать в сундук, который у нее был. Я не должен был его открывать, но я все равно сделал, и внутри я нашел небольшую деревянную коробку. Я тогда не знал этого, но мой отец потерял правый глаз в (русском) Гражданская война, борьба красных против белых. Когда я открыл эту коробку там, глядя на меня, был мой запасной стеклянный глаз отца, оставленный после ареста ….

Еще кое-что, что я узнал позже о моем детстве, было то, что я крестился. Шофером моего отца был КГБ — никого не арестовывал и не пытал, а потому что был шофером главы города. Совет, а также телохранитель моего отца, он, конечно, был одним из их. Но он оказался религиозным, христианином! Итак, он, бабушка и моя няня устроили крещение в домик, в котором скрывался его друг, священник, который был, конечно, беглецом, подпольным священником, и он провел церемонию.И это было прямо через дорогу от первоначального здания Комитета Коммунистическая партия, где работал мой отец! Конечно, ни он, ни моя мать не знали; просто бабушка, няня и шофер моего отца, христианин из КГБ.

2. Chattanooga Choo-Choo
Вы бы сказали, что по возвращении к тете в Казань вы что бы считали нормальным советским воспитанием?

Нет, нельзя так сказать, потому что это было ненормально.После 1930-х годов, лет террора, разразилась война, и мы в городе Казань оказались наводнены полуголодные эвакуированные и тылы Советской армии. Так что Никакого нормального советского воспитания не было. Это было действительно странно — страна боролась, и очень тяжело. наступили времена — поэтому воспитанию детей уделялось не так много внимания по-советски, конечно не так, как после войны. Как ни странно, война г. была до некоторой степени похожа на освобождение от сталинского чиновничества , потому что они были слишком заняты боевыми действиями, чтобы беспокоиться об идеологической обработке молодежь.Конечно, тогда я этого не осознавал, потому что мне было всего восемь лет, когда Германия вторглась. Россия. Я был молодым ребенком, и я ликовал, когда разразилась война, как все в кругу парней, с которыми дружил. Мы сказали «Ура! Война, наконец, война!» Не из-за любое освобождение от чиновничества, но потому что мы думали, что это будет большое приключение — да, приключение этого,

* Алексей: Василий был единственным сыном, которого родили вместе с родителями — у него также есть сводная сестра от первого брака отца, а Алексей — сводный брат от первого брака матери.
как молодые парни! Конечно, вскоре мы поняли, что на самом деле означает для нас война — голод, голод. И мой сводный брат Алексей * погиб во время войны. Он был в блокадном Ленинграде — умер от голода и заразы. Он выбрался из Ленинграда — когда блокада была окончательно снята, начали эвакуацию инвалидов, и он был в один из поездов — но он умер в дороге. Ему было всего шестнадцать. Да, это были очень тяжелые времена, особенно в 1942 г.

После этого стало немного лучше. К тому времени была разработана система распределения с купонами на рацион питания. Это то, что позволило моей семье выжить — конечно, очень скудный запас, но достаточно, чтобы выжить. И американская программа по ленд-лизу — поскольку Советский Союз был частью антигитлеровской коалиции, мы были получателями поставок по ленд-лизу, которые буквально спасли миллионы жизней, а также предоставили нам еда. Это была действительно очень хорошая еда, очень питательная.Получили яичный порошок Спам , сало, сгущенное. молоко — о, это было здорово! — а иногда даже шоколад. Это была очень сытная еда. Это поддерживало нас.

Это освобождение от советского чиновничества, наряду с этим ограниченным контактом с Западом, позволило нам к подвергнуться воздействию западной культуры так, как иначе мы бы не стали. Фактически, нам удалось увидеть многое из того, что мы называются утренними фильмами. Мы смотрели американские и английские фильмы.Я особенно запомнил, что видел Серенада Солнечной долины с оркестром Гленна Миллера. Я впервые услышал джаз … «Чаттануга Чу Чу!» — и это было просто фантастически! По сути, совсем другой ритм даже другой способ ходьбы. Когда вы слышите (он начинает напевать Chattanooga Choo-Choo ), это не поможет. но измените свою походку! Это было совершенно противоположно маршу пионеров-ленинцев.

3. Казанский Кембридж

После 1942 года дела стали налаживаться. Там в Казани я учился в школе, и даже не в обычной школе, а в школе. Школа №19. Туда ходили дети казанской интеллигенции, и здесь существовали семейные традиции. династии профессоров — вы знаете, дед был профессором, отец был профессором, сын профессором — и люди всегда гордо рассказывал об этой знаменитой школе №19. Это было похоже на Кембридж или Итон в Казани.я мог Я ходил в эту школу только потому, что жил поблизости, а не по каким-то династическим причинам. Образование было очень хорошо, хотя по мере того, как война продолжалась, дела в школе стали ухудшаться. Многие школы в то время закрывались использоваться в качестве госпиталей для раненых солдат, поэтому многие дети из неблагополучных районов начали ходить в школу, дети, которые были всего молодых преступников приходят в школу с ножами в карманах. Тогда было много боев. Мы имеем завтрак без заряд в школе — не много, просто булочка с чем-то внутри, например, слой сала или что-то в этом роде — и часто тебе приходилось бороться за свой завтрак с этими молодыми преступниками.Много позже я написал об этом рассказ, довольно Известный в России под названием «Завтрак 1943 года» . Это одна из моих лучших историй, и на самом деле фильм был снят Это.
* Баскетбол: Страсть Аксёнова к баскетболу с годами не угасает. Однажды он сказал мне: «Я все еще без ума от баскетбола. Я все еще играю один. Сейчас я стреляю намного лучше, чем в молодости. Каждую сессию я делаю десять бросков с линии штрафных бросков, десять бросков с ключа, и десять трехочковых.Я даже иногда делаю броски с линии половины корта! Это так весело, лучшее упражнение. Вам не нужен партнер … обруч — ваш партнер. Я тоже люблю смотреть баскетбол, такие игроки, как Майкл Джордан … о, он просто чудо! »
Тогда меня интересовал спорт. Я играл в баскетбол*. Мы были очарованы баскетболом, это была навязчивая идея Школа №19. В Советском Союзе до войны спорт был в плачевном состоянии, но после того, как Прибалтика государства стали частью Советской империи, ситуация стала намного лучше, потому что многие из этих государств, особенно Литва, но также у Латвии и Эстонии были отличные команды. У них мы научились баскетболу. Мы были просто одержимы обучение игре со способом продвижения в игре. Многие мои друзья, конечно, играли в хоккей, но не как хоккей, о котором думают американцы. Мы играли в хоккей не с шайбой, а с мячом, и в него всегда играли. на открытом воздухе, на игровой площадке, намного большей, чем в обычном хоккее. Это был русский способ играет в хоккей, называется bandi , и некоторые люди до сих пор так играют в России.Это не было до после войны этот хоккей с шайбой, в то, что мы называли канадским хоккеем, стали играть в Советском Союзе.

Помимо баскетбола, я также играл в футбол и занимался легкой атлетикой. Я прыгал в высоту, и Опять же, я был просто одержим изучением всех техник, которые вам нужно знать, чтобы прыгнуть в высоту. Я сделал это в школы и в молодежных лагерях, именуемых пионерлагерями. Здесь было немного идеологической обработки по-советски, но не так много, как вы думаете — просто участие в официальных ритуалах и разучивание определенных песен и такой.Иногда они пытались внушить нам в школе, например, пытались заставить нас stukach или табуретов. голуби. Они пытались заставить нас думать, что это хорошо. На русском языке стукать означает «стучать», но стукач было жаргонным для стукача, потому что информатор, когда идет к секрету полиция всегда осматривалась, чтобы убедиться, что никто не смотрит, затем стучала в дверь, чтобы войти, и визжала на кого-то. Всякий раз, когда одноклассник делал что-нибудь панковское, учитель говорил: «Скажи мне, кто это сделал! Вы все трусы, у вас недостаточно храбрости, чтобы сказать мне … Нужен смелый человек, чтобы рассказать другим! Это сделает вас настоящим пионером Ленина.»Детям рассказывали и другие подобные ужасные вещи. Многие из мы, конечно, верили в это — другие из нас узнали, что стукач действительно был самым презрительным из люди.

Основной интерес в этих летних лагерях был . .. ну, в школе мальчики и девочки были разделены, но в лагерях мы делали что-то вместе. И, конечно же, мы, мальчики, были в восторге от нашего раннего увлечения девочками. То, как вы встречали девушку, заключалось в том, что вы подходили к ней и говорили ( тихим детским голосом ): «Простите, давайте подружимся — вы бы хотели со мной дружить?» И, может быть, девушка бы скажи: «Хорошо, я буду дружить с тобой.Но что нам делать? »

Вот вы смеетесь и ностальгируете по тому, что, должно быть, было ужасным детство.

Ну, вы знаете, это было относительно мирное детство — правда, без родителей, конечно.

4. В вихрь


* Магадан: Магадан был одним из крупнейших лагерей в системе советского ГУЛАГа и расположен в Коляминском районе г. дальневосточная россия.Сам город Магадан был построен сокамерниками лагеря. Мама Аксёнова написала две книги о ее пребывании в ГУЛАГе, Journey Into the Worldwind и Within the Whirlwind , оба считаются классические счета наравне с работами Солженицына.
В 1948 году вам разрешили покинуть Казань и переехать к матери, которая Вы не видели больше десяти лет в Магадане *. Она отбыла свой десятилетний срок в лагерях и была теперь в своего рода внутренней ссылке.Как вам удалось присоединиться к ней там?

Когда мне исполнилось шестнадцать, мама начала кампанию по приезду меня в Магадан, чтобы я был с ней. Получить разрешение было очень сложно — и в Магадан нельзя было поехать на на этот раз без официального разрешения. А вот и моя мать, абсолютный изгой общества, которая провела десять лет в лагерях, а затем после освобождения ей пришлось прожить пять лет в пределах семи километров от лагеря. лагерь, абсолютно лишенный прав гражданства.Но она была такой упрямый, настойчивый женщина, что она пыталась какие-то связи отчима есть в Магадане. Видите ли, к тому времени моя мать вышла замуж — хотя и не официально конечно — Dr. Антон Яковевич Вальтер, товарищ «враг народа». Они встретились там в лагеря, и они очень любили друг друга — на самом деле, это была великая романтическая история их жизни, и все это случилось в лагерях …

Мой отчим был врачом-гомеопатом и очень популярным там в Магадане.Настолько популярны, что даже хотя он был осужденным, у него было разрешение ходить по городу — даже без охраны — только самому, [с] только его небольшая сумка с гомеопатическими препаратами в качестве компаньона для лечения людей, в том числе семей высокопоставленные офицеры КГБ! Также он лечил некоего генерала Никишова, под чьим командованием все золото шахты, все из урановых рудников , весь этот гигантский регион Коляма, были размещены. Генерал Никишов была любовница — правда, хозяйка всего региона — по имени Александра Гридасова.Этот Гридасова, депутат Магаданского горсовета, имела собственный театр, известный как театр. эстрадных развлечений, где пели популярные песни, и были танцы, и хор, и даже джаз — она там был джазовый биг-бэнд. Но все исполнители были осужденными. Это действительно был Театр осужденных , и Гридасова получала большую прибыль для себя из этого театра рабского труда, хотя никто не жаловался, потому что артистка спасла вас от работает в шахтах.

Когда я впервые это увидел, я просто не поверил своим глазам! Там на улице я увидел колонну хорошо одетых люди, мужчины в шляпах-федорах и дамы в мехах с какой-то модной одеждой, в том числе на высоких каблуках, и все они шли не по тротуару, где [осужденным] ходить не разрешалось, а посреди улицы. улица. За ними сопровождали красноармейцы с автоматами. Только позже я обнаружил выяснилось, что это осужденные, которых сопровождают на репетицию в МАГЛАК — Магаданский трудово-лагерный театр эстрады.

Моя мать использовала связь моего отчима с генералом Никишовым, чтобы добиться аудиенции у его любовницы. Так вот и моя мама шла к этой Гридасовой, которая, казалось, потеряла всякое чувство и понимание каково было жить как человек, обладающий просто безграничной властью, на самом деле просто феодальной властью в регионе — кто достаточно было произнести что-то, чтобы сбылось, что бы она ни хотела — попросить ее разрешить мне, ее Васе, живи с ней. Мама рассказала Гридасовой свою историю: как она потеряла мужа, лишилась ее дети, как ее старший сын погиб в блокадном Ленинграде, и остался только молодой Вася, которого у нее не было видел так долго…и мама начала рыдать, рассказывая свою историю. И, к крайнему удивлению моей матери, это Гридасова тоже заплакала. Она сказала маме не волноваться, что она обо всем позаботится, что я будет разрешено приехать и воссоединиться с моей матерью.

Когда я приехал, ну … это было просто абсурдно! I ничего не понимал, я не мог разобрать, что происходит. Как будто меня отправили в другую страну. И правда у меня было. Я объездил столько географии, перелет через весь Советский Союз, тринадцать часовых поясов,> который даже пролетел за семь дней, со всеми пересадками и пересадками.Когда я наконец приехал, я увидел этот невероятный город. Город сторожевых вышек, стоящих на каждом углу, колючей проволоки и дрессированных собак. и люди с автоматами, и люди, ходящие в цепях , с числами на спине, и все эти японские солдаты, которые были военнопленными и работали на стройках. В центре Город, на пересечении улиц Ленина и Сталина, у вас были шести- или семиэтажные дома. Вот это было вроде как обычный город, пока не оглянешься и не увидишь всех преступников, только что освободившихся из этих ужасных лагеря, и они выглядели, хорошо… получеловек. И именно здесь я воссоединился после всех этих лет, с мамой, которую я не видел с четырех лет.

Мы там жили на окраине города, представители низших слоев общества, потому что моя мама был бывшим заключенным и все еще не имел гражданства. Там у нее была маленькая ветхая хижина, которая когда-то была частью лагеря. И знаешь, что? Моя мама была счастлива. После всего, через что она прошла — от одинокого заключения и тюрьмы, а затем отправили в ГУЛАГ на годы — ну, чтобы наконец освободить из лагерей и То, что у нее была своя комната и ее сын, сделало ее очень счастливой.

МАТЬ АКСЕНОВА, ЕВГЕНИЯ ГИНЗБУРГ, ОПИСАНА СВОЕ Воссоединение
С СВОЕМ СЫНОМ-ПОДРОСТКОМ ВАСИЛИЕМ
В «ВЕТРАХ»:
Вот он! Худой подросток в поношенной куртке неловко сидел в углу огромный диван.

Он встал. Он выглядел довольно высоким и широкоплечим. Он не был похож на пухлого четырехлетнего ребенка. который лет двенадцать назад ковылял в нашей большой квартире в Казани.Этот ребенок со светлыми волосами и голубыми глазами, походили на деревенских детей рязанского отделения Семья Аксеновых. Но у этого, шестнадцатилетнего, были каштановые волосы и серые глаза, которые издали смотрели

* Алеша: Уменьшительное от Алексея, сводного брата Василия.
орешник, как у Алеши *. Для меня он был больше похож на Алешу, чем на себя, прежнее «я».

Все эти наблюдения были сделаны человеком, который существовал совершенно независимо от меня, потому что я настолько оцепенел, что неспособный к связному мышлению, должен был направить всю свою энергию на то, чтобы оставаться в вертикальном положении, а не просто складываться в куча от стука крови, прилившейся к моим вискам, моей шее, моему лицу …

Он не колебался. Он подошел ко мне и смущенно положил руку мне на плечо. И вот наконец Я услышал слово, которое боялся никогда больше не услышать, и которое теперь пришло ко мне через пропасть почти двенадцать лет, от времени до всех этих судов и тюрем, до смерти моего первенца, до всех те ночи в Эльгене + .

* Эльген: Эльген был другим трудовым лагерем, в нескольких милях к северу от Магадана.

«Мама», — сказал мой сын Вася.

Его глаза определенно не были карими. Не то что у Алеши. Карие глаза Алеши были закрыты навсегда. Они бы больше не будет видно. И все же … Насколько он был похож на Алешу, каким он был, когда я видел его последний раз, в десять лет — нет, почти одиннадцать. Два моих сына на короткое время слились в одного и того же человека.

«Алеша, милый мой», — сказал я шепотом, почти невольно.

Вдруг тихим, но глубоким голосом услышал:

«Нет, мама. Я не Алеша. Я Вася».

А потом он быстро прошептал мне на ухо:

«Не плачь перед ними …»

Я быстро взял себя в руки. Я смотрел на него так, как те, кто действительно близок, кто знает друг друга полностью, которые являются членами одной семьи, смотрят друг на друга. Он понял мой взгляд.Это было самое переломный момент в моей жизни: восстановление разорванных звеньев нашей временной цепи; повторный захват наших врожденная близость, разорванная двенадцатью годами разлуки, жизни среди чужих. Мой сын! И, хотя я не сказал ему ни слова, он знал, кто мы и кто они, и просил меня не унижать себя в их присутствии (стр. 264-265).


АКСЕНОВ БУДЕТ СЛЕДУЮЩИЕ ДВА ГОДА В МАГАДАНЕ, ПЕРЕД ВОЗВРАЩЕНИЕМ В КАЗАНЬ ПОСЕТИТЬ МЕДИЦИНСКУЮ ШКОЛУ.Он не слышал от своего отца несколько лет — считали, что он УТЕРЯНЫ В ГУЛАГе. НО В 1955 г., КОГДА АКСЕНОВ БЫЛ МЕДИЦИНСКИМ СТУДЕНТОМ ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА, он поехал в КАЗАНЬ НА ПЕРЕРЫВЕ В ПОЕЗДКУ СВОЕЙ ТЕТИ.

Я спал на раскладной кроватке, той самой раскладной, на которой спал все свои молодые годы, а потом вдруг кто-то постучал в дверь. Моя тетя пошла открывать его и начала кричать как сумасшедшая. Это было ее брат, мой отец, у дверей.Я помню, у него была с собой эта огромная сумка, и он начал брать вещи вон … одежду, книги, керосиновую печь и дрова. Я сказал «Для чего?» Он сказал: «Для костра». Его не было так долго, что он забыл о цивилизации. Фактически, когда мы спросили его, почему он не прислал нам телеграмму, чтобы сообщить нам, что он идет, он сказал, что забыл, что такое вообще было. Там он был с его мешок через плечо, глядя на меня, и он сказал: «Ты мой сын? Нет, я не верю в это! Я не могу узнаю вас вообще.

Он находился в восьми часовых поясах от моей матери, в ГУЛАГе в Европейской Сибири, немного западнее Урала. Горы возле Полярного круга, где температура упала до 50–60 градусов по Цельсию. Он наверняка умер бы там, если бы не нашел друга. Он был бы обречен, если бы ему пришлось работать весь срок (15 лет) на шахтах. Смерть была верна для отправленных на шахты. Только те, кто нашли случайную работу на территории лагеря, смогли выжить те, которые известны как priduraki — то есть » лукавые, «» или «обманывающие других».Все остальные погибли без исключения. Мой отец работал почти три года в шахтах, и он уходит в последние стадии жизни. Затем внезапно он был смог через друга устроиться бухгалтером в лагере, хотя он никогда не вел бухгалтерию за пределами лагерь. Это позволило ему выжить.

По истечении срока он должен был отсидеть три лет в ссылке, и именно тогда он пережил свои худшие времена. Его отправили на восток в Сибирь и просто бросили в тайгу без средств к существованию, без работы, без еды, вообще ничего.Он сказал позже, что именно там он был боялся, что он умрет. Это было хуже, намного хуже, чем был даже лагерь. Потом умер Сталин, и что уж спас ему жизнь — после этого он смог там устроиться на работу. Затем, по прошествии восемнадцати лет, его дело было закрыто … и все это время мы ничего о нем не слышали. Он был , жил как дикарь , как Робинзон Крузо, только не на тропическом острове, а в российской тайге.

После того, как ваш отец был реабилитирован партией, разве он не стал в некотором роде кафкианцем, Несправедливо наказанный приходит к убеждению в своей вине, лишний раз истинно верующий в СССР?

Да, это очень странная психология, но она была характерна для многих представителей поколения моего отца.Да очень действительно странно. Мой отец все еще ненавидел Сталина, но для него Ленин был просто святым. Когда он вернулся, в 1955 году еще не реабилитирован; но когда он все еще находился в изгнании, власти сказали ему, что он мог вернуться, и ему выдали документы, чтобы он мог вернуться в Казань. Когда он вернулся, он получил письмо ЦК с предложением начать процесс реабилитации. Он был восстановлен И получил от государства пенсию — небольшую — и получил квартиру в Казани.Он даже получил награду во время советского юбилея. Это было в годовщину революции, и ему вручили орден Ленина , высшая награда. Он всегда этим очень гордился.

Мой отец умер в 1991 году. Несмотря на весь ужас, который он пережил за восемнадцать лет лагерей и ссылки, он дожила до 92 — просто потрясающе.

В 1950 году Аксёнов оставил мать для изучения медицины в КАЗАНСКОМ УНИВЕРСИТЕТЕ. Я СПРОСИЛ ЕГО, ПОЧЕМУ ОН ВЫБРАЛ ЭТО ПОЛЕ ИССЛЕДОВАНИЕ:

Моя мать и отчим сказали мне: «Ты просто должен быть разумным — ты должен понимать, что ты не такой, как другие молодые люди.Тебя не пустят в престижные школы. Самое предпочтительное для тебя будет медицинская школа ». Я спросил, почему, и они сказали:« Вася, у врачей больше шансов выжить в лагеря ». Они имели в виду, что я, наконец, попаду в лагеря — конечно, это было предписано мне как сын двух врагов народа — но смерть Сталина фактически остановила это.

Когда я был студентом-медиком в Казани, я дважды возвращался в Магадан, летом, когда не было школы, чтобы провожу отпуск с мамой.Летом Магадан может быть очень красивым местом. Тогда в моем четвертый год обучения — к этому времени Сталин уже был мертв — мне разрешили стажировку в Магадане, так как ассистент врача, и так я работал с отчимом. Это было в 1954 году, а годом ранее была общая амнистия для преступников — не политических заключенных, а только для обычных преступников. Итак сотен Тысячи преступников просто заполонили Россию, они и занимались… ну черт знает что. Конечно были многие из этих бывших заключенных в Магадане и там в больнице. Было очень трудно попасть на лодку, чтобы добраться до материк Россия, поэтому многие из них остались в Магадане. Некоторые из них жили под землей, жили возле труб отопления. что бежала под городом. Летом многие жили в Парке культуры, просто валялись, пили, хорошо провести время, ища неприятностей. Это были очень опасные типы, и один из них, в частности, был среди пациентов, пока я работал в больнице.Однажды отчим сказал мне дать этому человеку инъекция определенного раствора. Я знал, как это сделать, но мне было всего двадцать лет. Он был лежал и смотрел на меня этими ужасными глазами, и я пытался найти его ужасную вену под всеми этими ужасными глазами. татуировки на руке. Я спросил его: «Это больно или нет? Что ты чувствуешь?» Он просто посмотрел на меня и сказал угрюмо: «Давай, доктор». Я начал колоть, но пропустил его вену — колол под кожу.И, боже мой, это просто ужасная, ужасная боль, но он собирался показать мне, что он настоящий мужчина, что он может терпеть. Так что он всего лишь скрежетал зубами. Вдруг по легкому изменению его лица я вижу, что я инъекция в неправильном месте. Прежде чем я узнал об этом, на его руке росла гигантская шишка, и он был близок к потеря сознания. Я привел отчима. Он сказал: «Что ты делаешь, ты сумасшедший! Я не знаю что делать, возможно, нам придется ампутировать ему руку! »Но он спас человека и его руку.Сделал уколы новокаина все вокруг шишки, чтобы локализовать ее, и она стала поправляться. Наконец пациента выписали из больницы.

Некоторое время спустя, когда я шел по улице, я внезапно услышал этот грубый голос. «Эй! Lepeepla !» ( Lepeela было лагерным жаргоном для врачей, я не знаю почему, это был их собственный язык.) «Эй! Lepeela ! Иди сюда! »Это был человек, которому я сделал укол, вместе с пятью или шестью его людьми.Они окружили меня, и он сказал: «Знаешь что, ублюдок ?! Я был близок к смерти, я мог потерять руку!» Я думал, что меня вот-вот … зондируют его ножом, поэтому я попытался объяснить и сказал: «Ребята, полегче, я всего лишь молодой врач, и на самом деле даже не врач, а просто студент. «Он просто смотрел на меня с этими ужасными глазами снова. Но я думаю, он просто хотел меня напугать, потому что через некоторое время он закричал: «Ну, просто убирайся отсюда, ублюдок! »И я! Да, это был лишь один из способов, которыми ты получил опыт в качестве молодой студент-медик в Советском Союзе.

5. Джаз на костях
Когда АМЕРИКАНСКИЕ БИТНИКИ НАЧИЛИ СВОЕ ВОССТАНИЕ ПРОТИВ СООТВЕТСТВИЯ АМЕРИКЕ 1950-х, БЫЛО ПОДОБНОЕ ДВИЖЕНИЕ. ПОД ПУТЬ В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ. ПОСЛЕ СМЕРТИ СТАЛИНА В МАРТЕ 1953 ГОДА МНОГИЕ ИЗ СОВЕТСКОЙ МОЛОДЕЖИ, ИМЕЮЩИЕ БОЛЬШЕ ГОРОДА ПОЛУЧИЛИ ПРЕИМУЩЕСТВО «БЕЗОПАСНОСТИ» [ОСЛАБЛЕНИЕ ИДЕОЛОГИЧЕСКОГО КОНТРОЛЯ] И НАЧАЛИ ИСПЫТАТЬ ПРЕДЕЛЫ СОВЕТСКИХ ОБЩЕСТВО. АКСЕНОВ БЫЛ ОДНИМ ИЗ ЭТИХ ЮНОШЕК.

Когда я был в Казани в студенческие годы, за мной наблюдала служба КГБ .Я не осознавал этого сначала — только после того, как они начали «приглашать» моих друзей поговорить, я понял, что они следят за мной, и вся наша группа. Это было не так, как здесь, в американском университете — мы все были одной группой в нашем классе, группа из 30, которые существовали вместе все шесть лет обучения; у нас были все наши классы вместе, и все мы жили вместе. Наша группа жила не так, как должны были жить обычные советские студенты. Мы были… ну, анархический, живой, хотя мы, конечно, не знали об этом в то время, очень похоже на American Beat Generation — только По-советски.

Мы были тем, что в Советском Союзе было известно как стиляги («охотники за стилем»). Некоторые из нас были живем вместе в месте, которое мы снимали. У нас были плакаты русских футуристов, девушки ходили по всем время, иногда через окна; там пили и играли «джаз на костях» .Ты знаешь о «джаз на костях»? Это были самодельные пластинки джаза, записанные на рентгеновских пластинах. У нас не было ни магнитной ленты, ни ленты магнитофоны, ничего — так что мы нашли джаз по радио и записали его на рентгеновские пластинки. Это было целое движение, гигантское движение в Советском Союзе. У нас был бы этот так называемый диск, скажем, с Диззи Гиллеспи на нем, и на этом диске было изображение груди парня или, возможно, некоторых костей руки или ноги. Итак, у вас был «джаз на костях».Иногда было трудно играть, потому что пластины были не такими прочными, и они теряют форму и поднимаются при вращении; поэтому мы ставим тяжелый стакан на середину диска, чтобы удерживать его.

Так они смотрели на нас, на нашу молодую группу, не только врачей, но и архитекторов, и будущий спортивный преподаватель, а также несколько девушек с факультета иностранных языков. В Казани мы их назвали «шпионками», . потому что они знали иностранные языки, как шпионы. И они всегда были самыми красивыми девушками.Когда-то некоторые из этих девушек вызывали в КГБ и спрашивали обо мне, говоря: «Ну, что он делает? под его влиянием Он очень опасный молодой человек ».

Это было в начале 1953 года, всего за несколько недель до смерти Сталина. Но потом, к счастью, он умер, иначе я наверняка были бы арестованы и отправлены в лагеря. Спустя годы я встретил парней, которые были просто немного старше меня и, как и я, были «детьми врагов народа», детьми бывших партийных должностные лица.Их арестовали и отправили в лагеря. Понимаете, пределом было двадцать лет; после двадцать тебя могут взять. Но они не получили команду арестовать меня до смерти Сталина. В 1966 году десять Спустя годы после выпуска я встретил некоторых из моих старых друзей, членов нашей компании. Мы сидели и пили — пили за пару дней — и вдруг начали исповедоваться. Они все говорили мне, что у них был вызван в КГБ и спросил обо мне.Тогда мне не сказали, но во время вечеринки начали обвиняя друг друга — «Ты с Васей не был искренен!» «Я был с ним более искренним, чем ты!» Но я не сделал этого чувствую, что они вообще меня предали. Понимаете, они были так напуганы. Потом в 90-е я приехал домой в Казань, и Со мной была съемочная группа московского телевидения, снимавшая мое возвращение после долгих лет ссылки. Мы пошли в архивы, и я получил доступ к файлам КГБ моей матери. Я наткнулся на письмо Казанского КГБ в Магаданский КГБ — они просили копию файла моей матери, потому что они начали копировать меня.Так я понял, что мои родители был прав — когда мне исполнилось 18, они уже работали надо мной, и через месяц мои друзья интервью с сотрудниками КГБ в Казани Я был бы в лагере. Но Сталин умер, и это меня спасло.

Однако они пошли в администрацию Казанский университет, сказав им наказать меня за то, что я не указал в заявлении в школу, кем были мои родители. Из Конечно, я не знал — я надеялся, что они никогда не узнают, так как это часто оставалось незамеченным.Но КГБ им сказал об этом, и меня вызвали к директору, который сказал: «Вы скрываете некоторые факты из своей биографии. Мы не будем терпеть это от наших учеников. Вас исключили из университета. «После смерти Сталина я решил, что могу попробуй поехать в Москву, в Минздрав, в рамках которого проходила медицинская программа университета, чтобы получить решение отменено. Я пошел и рассказал им свою историю, и один чиновник сказал: «Ваша администрация в Казани такая старомодно — они не понимают, что сейчас происходит.«Сразу же мой статус студента был восстановлен. Я пошел вернулся в Казань со своими бумагами, пошел прямо в кабинет директора и сказал: «Я пошел в министерство, а там восстановили меня и рассказали, какие вы все старомодны. Режиссер покраснел так же, как и все, кого я когда-либо видел, прямо как вареный лобстер , и он кричал: «Убирайтесь отсюда!» И знаете, я просто ненавидел его. Обычно Я не ненавидел их, но этого я ненавидел. И с большим спокойствием я сказал: «Я не собираюсь учиться в вашей школе. больше.Еду в Ленинград, а вот моя заявка уже одобрена! И я только что уехал.

Сразу после этого произошло действительно хорошее событие. В любой группе учеников был один, возглавлявший группа, старицар , который, конечно, был членом партии. Руководителем нашей группы был некий Алеша, из колхоза, крестьянин. Когда я вернулся, чтобы попрощаться со своей группой, этот Алеша весь внезапно вынул из кармана значительную сумму денег и сказал мне: «Я так и не получил приказа не платить вам стипендия Итак, за все те месяцы, которые вы отсутствовали »- прошло восемь месяцев -« Я получил вашу стипендию, и вот все для тебя.«Представьте, что от члена партии … ну, иногда случались странные вещи, настоящие, человеческие.

После того, как я получил медицинское образование в 1956 году, я мечтал путешествовать по миру, как Чарльз Дарвин. Я знал, что у меня будет шанс сделать это, если я получу визу, но они не очистили меня, сына врагов, хотя Сталина уже не было. Они мне просто не доверяли. И знаете, они наверное были правы не доверять мне.

6.Ахматова «Мальчики и лихорадка поэзии»
Именно в это время вы начали писать, не так ли?

В студенческие годы я всегда думал, что я поэт. Но я очень стеснялся показывать свои стихи, и все, что я могу сказать, это слава богу, что я был застенчивым — это были абсолютно ужасные, дилетантские стихи — просто чушь. Но в Казани у меня все же было опубликовано стихотворение в местной комсомольской газете. Я пошел в эту газету, и там было этого парня, профессионального поэта, и он сказал: «Молодой человек, я думаю, у вас есть витамин Т», — под этим он имел в виду талант — «А мы твое стихотворение издадим.»Мне даже заплатили гонорар, хотя и небольшую. После этого я пошел в ресторан и потратил все это.

Из фильма 2008 года « Стиляги », режиссер Валерий Тодоровский.
Это были очень хорошие дни. Это было новое время после смерти Сталина, время без страха, с переговорами в общество, все открыто. Настроение было такое совершенно новой страны во время оттепели года. Я помню, что каждое утро просыпался с чувством счастье, каждый день обещал весну. Я был частью нового поколения. Хотя мы считали себя Футуристы, мы на самом деле были русской версией Beat Generation, , но, конечно, никогда не слышали о The Beats в Сан-Франциско. Мы были такие беззаботные — я была ленинградская студентка, как стиляга (похожа на фраза «петушок»), стильный плейбой , в какой-то западной одежде: узкие штаны и Канадская прическа — Canadian Cock , как мы ее назвали — как носил Элвис Пресли.Была и другая группа, Кроме наших стиляги, шатников . Штатник , « шт , Руссин для «государство», как в Соединенных Штатах. Чтобы быть одним из них, вам нужно было иметь доступ к настоящей американской одежде, а не только Европейский. Штатники подходили к вам, смотрели на вашу одежду и говорили: «Старик» — это было как мы все называли друг друга: «Старик, дай мне взглянуть на пуговицы на твоей рубашке.Нет, старик, это не так штатник. Вместо четырех отверстий у вашей кнопки всего три, и это только не штатник . И как у них был доступ к этому … ну, мой хороший друг, один из моих лучших друзей, известный музыкант, знаменитость саксофонист и композитор — теперь он был настоящим штатником — он рассказал мне, как они получили все эти настоящие Американские вещи, как они везли обувь, рубашки и тому подобное.Для меня провинциал парень, это было просто немыслимо, что они умели!

Так вот мы были, стиляги и штатники , в Ленинграде слушали джаз и жили в коммунах, написание хулиганских стихов и танцы буги-вуги, с большим количеством выпивки, а иногда даже бег по улицам города голый! Мы были кучкой детей, которые жили так, как будто не КГБ существуют, хотя, конечно, они наблюдали за нами.Были попытки раскритиковать молодежь, но они были в основном просто смешные вещи, вроде издевательств над рекламными щитами. Но это было во время оттепели, и мы чувствовали себя новое поколение, которое изменит ситуацию в нашей стране.

Но были и плохие времена, как, например, Венгерское восстание в 1956 году. нас, что произошло в Венгрии, въезжали танки. В то время движение сопротивления не было организовано — имело было, все могло быть иначе, это могло быть печально для властей, но …..

Помню, я был в ресторане, когда мы узнали о восстании и о том, что произошло. Мой друг, поэт, воскликнул: «Ребята, а сколько еще мы будем терпеть эту вонючую фигню? Надо что-то начинать. Поехали Завтра начни с ними драку. Завтра соберемся в определенное время и в определенном месте и начнем драка! »Итак, на следующий день я пошел — но больше никого не было! Я был один, но я был возмущен, и поэтому я начал кричать, «Ублюдки! Вот увидите, танки когда-нибудь за вами приедут!» Я арестован, из Конечно, меня отвезли в местный штаб, и начали меня избивать, заставили искать «пятый угол».» В России так известно — они стояли во всех четырех углах комнаты и били вас, заставляя вас ищите пятый угол комнаты — а я наверняка искал этот пятый угол! Они были пьяные и кричали на меня, называя фашистом, , а я кричал в ответ: «Нет, вы фашисты!» я думал они собирались избить меня насмерть, но тут появился мой друг — он меня искал. Им не нужны были свидетели, поэтому наконец они перестали меня бить и отпустили.

Позже, в школе в Ленинграде, я решил попробовать написать прозу, и у меня появился первый рассказ опубликовано в статье Института, которая получила название Pulse , потому что это была медицинская школа. Это было вероятно, это больше похоже на лирическое отступление о людях, ездящих по городу на трамваях, но это было неплохо, и однокурсники сказали: «Ты, Васька, ты писатель». Затем ко мне подошли несколько продвинутых молодых людей, которые курил трубку и выглядел как писатель Серебряного века года; они пригласили меня присоединиться к их литературной группе, которым руководил писатель Дар, , который тогда был уже пожилым человеком.Итак, я начал посещать встречи с их, среди которых было мальчиков Ахматовой, учеников поэтессы Анны Ахматовой, как и мой друг Толя Неймана и Иосифа Бродского, , который в то время был всего лишь маленьким рыжеволосым парнем.

Затем, работая врачом в поселке Вознесенье, я начал писать свой первый роман, Коллеги (Коллеги). Он был опубликован в 1960 году в модном журнале того времени Youth, , который имел тираж около двух с половиной миллионов и редактировал его Валентин Катаев, гигант Южнорусская проза.Что ж, мой роман был чрезвычайно популярен, произвел фурор. Я проснулся на следующий день знаменитым. В то время люди ждали появления нового имени, и я оказался в нужном месте в нужное время. Это было затем был введен термин для нашего поколения художников, «Поколение шестидесятых» , в качестве ссылки к моей книге о группе писателей постсталинского периода, которые начинали появляются в то время. Меня пригласили вступить в Союз писателей , , так что я внезапно стал признанным писателем.

Я даже не мог себе представить, какой успех и известность принесла, когда вышел коллеги . Я был весь внезапно меня приглашают выступить во всех этих институтах и ​​университетах по всей стране. Это было потрясающе — люди приходили на встречи со мной, сидели и говорили о персонажах. И вот я сидел как дурак на сцене, пока они обсуждали персонажей, какие они будут делать и то, что они скажут, и это было просто потрясающе.

Однажды я шел по Московскому бульвару и заметил моего друга, очень высокого человека. Он был с женщина, и когда я подошел к нему, он засмеялся и сказал: «Знаешь, что она мне говорила? говоря: «Посмотрите, какой молодой человек приближается, он похож на одного из персонажей Аксенова». И она была говоришь обо мне!


Памятник Маяковскому, Москва.
Но это был не только я.Это было время так называемой «Поэтической лихорадки» , которая длилась с конец 50-х — начало 60-х годов, когда к поэтам относились как к кинозвездам или, возможно, рок-звездам. Они были читают стихи на углах улиц или под памятниками, такими как памятник Владимиру Маяковскому , и толпы были потрясающими. Бродский будет там, рев его стихов — о нем уже говорили как гений, новый Осип Мандельштам. Это было просто невероятно — даже спортивные стадионы были распроданы за поэтические чтения! Это были просто невероятные, немыслимые изменения, и все потому, что люди искали ответы на свои вопросы, и поэтов отвечали на их вопросы в аллегорическими и метафорическими способами — и они понимали все, каждый намек, даже самый маленький, о Сталинизм, о тоталитаризме. Я был первым из писателей-фантастов, кого увидели именно так, а не совсем как поэтов, но все же с размахом, привлекая на чтения пару тысяч человек.

Итак, я бросил работу врача и сразу приступил к следующему роману: Билет к звездам (Звездный). билет). Он был опубликован годом позже с еще большим успехом, потому что был неоднозначным — даже критикуется партийными журналами. А потом мой третий роман, Апельсины из Марокко (Апельсины из Марокко) вышла — тоже с большим успехом.

Но потом стало известно об интервью, которое я дал польскому журналу — я и еще один писатель, поэт.Это было в статье о двух писателях нового поколения. В интервью я сказал, что еще есть В СССР много сталинистов, но мы их преодолеем. И это привело к моей встрече с Хрущев в Кремле.

7. Смерть битникам!
7-8 МАРТА 1963 г. В КРЕМЛИНЕ БЫЛО СОВЕЩАНИЕ. НИКИТА ХРУЩЕВ И ДРУГИЕ ЧЛЕНЫ ПОЛИТБЮРО БЫЛ ОЗАБОЧЕН ПОПУЛЯРНОСТЬЮ ПИСАТЕЛЕЙ НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ И ВЛИЯНИЕМ ИХ РАБОТА БЫЛА В СТРАНЕ.РЕШИЛИ СОБРАТЬ МНОГО ВЕДУЩИХ ПИСАТЕЛЕЙ, ХУДОЖНИКОВ, КИНОМЕСТЕРОВ, И МУЗЫКАНТЫ ДЛЯ «РАЗГОВОРА».

После этого интервью польский коммунист начал говоря людям, что «Молодые писатели Советского Союза пытаются подорвать нашу польскую молодежь. мешает нам воспитывать нашу молодежь в правильной коммунистической манере ». Так люди, находящиеся у власти, сказали, « Они позор! Давайте попросим их объяснить себя и что они собираются с этим делать.«Так хрущевка сам пригласил нас в Кремль объясниться. Мы понятия не имели, о чем это будет. Мы думали это был просто типичным партийным пропагандистским митингом. Мы думали, что они просто будут говорить, говорить, говорить, а потом мы будем уйти и просто сказать «К черту их!» Мы не волновались — мы думали, что мы сильные, любимые миллионы молодых людей в России. И вот мы пошли в Кремль, в Екатерининский зал, очень элегантный, овальный зал.Балкон был заполнен всем Политбюро. Еще Юрий Андропов и другие там были партийные сторожевые псы и аппаратчики. Андрей Вознесенский начал со слов: «Как мой великий учитель, Владимир Маяковский, Я не коммунист « и он сказал это через запятую в конце, чтобы он может продолжить свою мысль. Но Никита Сергеевич [Хрущев] кричал: «И вы этим гордитесь, не так ли? ты! Я знаю, что вы этим гордитесь, что вам стыдно быть коммунистом! »И он не позволил Вознесенскому, чтобы закончить приговор. Хрущев кричал и размахивал ботинком; он выглядел как бык, пролетарский коммунистический бык! «Мы вас уничтожим!» он кричал. Вознесенский побледнел, и Я тоже был на грани … ну, я не знаю чего … просто рухнул. Он кричал, называл нас битниками, хотя он не знал, что такое битник. Знаете, битник очень по-русски звучит — финал, -ник на самом деле очень русский «битник» пришел из российского «Спутника».Они взяли окончание «-ник» и добавили его к «бит». И по русски «ник» — это ударить, нанести удар по кому-то, поэтому для Хрущева это звучало опасно. Он понятия не имел, что за Beat Generation вообще стояла за, но ему сказали, что битников начали венгерское восстание. (смеется), так что он волновался за них.

Картина Иллариона Голицына.
Наконец Вознесенскому разрешили вернуться на свое место, и Хрущев пожал ему руку, вставая.Это было очень важно, это был сигнал сотрудникам КГБ, чтобы те отпустили его, а не трогали его. Аудитория началась кричит: «Аксёнов! Заставь Аксёнова подойти и объясниться!» Тогда случилось нечто забавное. Никита Сергеевич сказал: «Я его заметил!» Он показывал на кого-то пальцем, но это был не я, и он закричал: «Аксенов, вставай! Я тебя заметил! Все встали и аплодировали, но только не ты! Посмотри на него. Он даже галстук не носил! Он пришел на эту встречу даже без галстука! Он один из тех битников! Как отреагировать, Аксенов ?! »И наконец все поняли, что это Илларион Голицын, г. художник — высокий парень, очень неуклюжий, в красном свитере под курткой — и он сказал: «Я…me? «И Хрущев сказал: «Да ты, Аксенов, иди сюда!» Он сказал: «Но я же не Аксенов!» но его не было слышно, потому что он не было рядом с микрофоном, и в комнате раздался рев. Хрущев стал подходить к нему и кричать: «Я знаю тебя, Аксёнов. Ты пытаешься отомстить за смерть своего отца! » И Голицин сказал: «Никтия. Сергеевич, это правда, что мой отец умер в лагерях, но я не Аксенов ». Хрущев наконец понял, что он сделал ошибку, и он рявкнул на него, как собака: «Ладно, ладно, иди — возвращайся на свое место!» Это еще больше разозлило его.Ну все успокоились, и идеологический руководитель встал у микрофона и сказал: «Хорошо, товарищи, наш следующий докладчик — товарищ Аксенов».

В то время я очень интересовался альпинизмом. И восхождение на этот подиум было похоже на восхождение на гора. По дороге наверх у меня возникло ощущение, что подо мной идет лавина , а — как будто земля под моими ногами уступала место.

Я поднялся туда, и он начал той же речью, что и раньше, сказал: «Я знаю тебя, Аксёнов», без называть меня товарищем — что было значительным, плохим знаком, замеченным теми, кто там стоял у власти.»Вы пытаетесь чтобы отомстить за смерть своего отца! »Но это снова была неверная информация. Поэтому я сказал:« Нет, он жив ». И Хрущев сказал: «Как так? Как он жив ?! » И он покраснел и подошел к мужчине. который давал ему информацию, и они прошептали, а затем он повернулся и сказал: «Хорошо, значит, он жив». Я сказал: «Да, он был в лагере, но сейчас его выпустили, и мы связываем его освобождение с вашим именем, Никита. Сергеевича «. Это было правдой, Хрущев был известен как освободитель после смерти Сталина.У моего отца был был освобожден и даже получил пенсию. Его восстановили в партии.

«Хорошо!» — проревел Хрущев. «Если это так, то зачем ты плюешь в воду, которую пьешь сам ?! Ты умрешь с голоду и умрешь голодным, ты битник! Мы вас уничтожим! Чем ты планируешь заняться?! Каковы ваши намерения ?! »К счастью, я был на встрече в галстуке, и некоторые люди позже сказали мне, что он был заметил это. Может, у него были другие вещи на уме для меня, но он видел, как я сижу там, в пиджаке и галстуке, и выгляжу как обычный молодой парень, не опасный битник, и это его, казалось, немного успокоило.Я сказал: «Никита Сергеевич. Я врач, и если вы так сильно расстроены моими действиями, я могу уволиться и просто работать врачом. Но все, что я хотел, было делать добро для моей родины и моей страны ». Хрущев кричал:« Какая страна ?! Пастернак тоже говорил о его родина, но вы знаете, какую страну он имел в виду? »Я сказал:« Ну, единственная страна, которая у нас есть, Советский Союз ». Затем он начал этот длинный монолог о врагах и шпионах против отечества, размахивая руками. кулаки, иногда почти забывая обо мне, затем резко поворачиваясь ко мне и крича на меня и крича, «Говори в микрофон!» Я был сбит с толку, потому что я вообще не разговаривал, просто смотрел и слушал к его разглагольствованиям.Наконец он сказал: «Хорошо, Аксёнов, я протягиваю тебе руку. А теперь попробуй писать лучше! Помни, если ты с нами, вы будете опубликованы. Если ты против нас, мы тебя прикончим! » И меня отпустили. Я был так напуган.

Итак, мы вышли из Кремля — ​​я, Андрей Тарковский, и другие, которые пришли поддержать нас. Это так Случилось так, что в тот день был праздник, Международный женский день, и все эти люди вышли на улицы. Все старались нас не замечать, держаться от нас подальше.Мы шли по огромному простору Красного Square, и я не был уверен, что мы когда-нибудь переберемся; Я думал, что нас могут остановить агенты и привести к комната интеграции. Но нас не остановили. Мы вышли и увидели очень аллегорическую вещь, происходящую перед нас. Молодая цыганка с пакетами в руке бежала, спасаясь от этой огромной толпы. который гнался за ней, кричал, «Она украла ребенка!» Она бежала в поток машин, и гудки были рев, и люди кричали, и она пыталась убежать от этой ревущей, угрожающей толпы.

Наконец мы добрались до Клуба писателей, и все сразу взяли полный стакан коньяка и выпили. залпом! Через некоторое время приехали еще несколько наших друзей, и мы начали смеяться и шутить … ну, знаете, жизнь не была такой трагичной. Мы всегда смеялись, шутили — почему, не знаю — наверное, что-то спонтанное, способ выжить. Мы не могли разговаривать без шуток. На самом деле те, кто не шутил считались странными парнями.

На следующее утро мне позвонили из Министерства культуры. Женский голос на линии сказал: «Василий, почему? разве вы не пришли забрать свой паспорт? »« Мой паспорт? »- сказал я.« Что за люди вы, молодые писатели! Вы забыли о поездке в Аргентину? »Я был абсолютно шокирован. По моему первому роману сняли фильм, Коллеги , и они собирались показать это на международном кинофестивале в Аргентине. После На допросе я был абсолютно уверен, что поездки в Аргентину не будет.Итак, я пошел к министру Культура — человек странный, я думаю, возможно, даже антисоветский — и он сказал: «Аксенов, я все знаю. урок, который вам преподали, был хорошим. Так что молчи, забери свой паспорт. Вы уезжаете из Москвы в тот же день послезавтра ». Так и была система; одна рука не знала, что делает другая.

Через пару дней, когда я был в воздухе, моей жене позвонили.

« Где Аксёнов? »- спросил голос.

«Его здесь нет», — ответила она.

«Где он?»

«Он уехал в Аргентину».

«Слушайте, я здесь не шучу. Вы знаете, кто я? Я помощник товарища Хрущева. Где Аксенов?»

«Он действительно едет в Аргентину, товарищ».

«Что ?! Как так ?!»

«Его пригласили на Международный кинофестиваль».

Позже я узнал, зачем он звонил — он хотел узнать, кто еще был рядом, кто скрывался, кто имел покончил жизнь самоубийством. Вместо этого он узнал, что один из них летел в Аргентину!

Что заставило вас вернуться? Почему ты не остался в Аргентине? Была ли это любовь к России?

Нет, совсем не из любви к России. Я, конечно, испытывал чувства к России, но никогда не думал о том, чтобы остаться за границу вообще. Моя семья и друзья вернулись в Советский Союз, и это было захватывающее время. Я был частью движения. Я чувствовал, что мне нужно продолжать движение, чтобы что-то изменить, и я хотел быть там. когда они это сделали.

Когда я возвращался из Аргентины, мы остановились в Париже, чтобы сесть на советский самолет. Пока я был на юге Америка. Я понятия не имел, что происходило в Советском Союзе. Когда я ждал посадки в самолет, я увидел несколько газет и узнал, что на нашу группу оказывалось ужасное давление, чтобы она покаялась. Они были говоря в прессе: «Ну, товарищи, мы сделали юношеских ошибок ». Когда я вернулся в Молодежный журнал * мне сказали, что нас закроют, если я не пойду в Правда и принес официальные извинения. Они сказали: «Все остальные извинились, и вы должны сделать то же самое. Если вы этого не сделаете, мы будем уничтожены ».

Итак, вы видите, что давление на меня с целью уволить мою работу было гораздо сильнее со стороны моих друзей, чем со стороны моих врагов. Они внушили мне последствия любого отказа подчиняться воле властей, как для себя самих, так и как я. Я пошел в Правда , и они с радостью опубликовали мои извинения. Редактор там был очень циничный парень — он все менял мою фигуру, говоря, что, может быть, было бы лучше, если бы я высказал эту идею иначе и так далее.В конце концов я просто сказал: «Вот и все, это моя последняя версия». Он посмотрел на меня и он сказал: «Ну, вы знаете, Василий, вы не сказали здесь ни слова о Нашей Любимой Партии …» Но так, это было опубликовано. Моя статья определенно разочаровала тогдашних молодых читателей в России. И я так рассердился на себя. Я сказал себе: «Почему ты был таким … ну, , трус, ? Почему ты не крикнул им в ответ:« Заткнись! Не надо » Вы смеете меня так критиковать! »» Это был очень позорный эпизод для меня.Но меня очень мотивировало это чувство гнева, этим унижением , и я сказали себе: «Больше никогда!»

Была еще одна интересная реакция на статью. Некоторые люди в либеральных кругах обвиняли меня в том, что Продам , заявив, что идеалов у меня нет. Однако люди с другой стороны, консерваторы, были сердиты также, тем более, что они чувствовали, что их добыча ускользнула. Они хотели всех нас раздавить тогда, но у нас было сбежал.Так было всегда, странных противоречий. Даже внутри самой партии всегда странные колебания в партийной линии. Например, в 1963 году Второй Международный кинофестиваль был проходит в Москве. Перед этим было много партийных собраний, на которых шла куча криков: «Эти артисты с Запада они попытаются навязать нам свои декадентские буржуазные условности. Мы должны опровергнуть их как можно сильнее показать им, что мы едины! »Но потом в конце фестиваля жюри, который в основном состоял из советских людей, получил главный приз Фредерико Феллини 8 ½! А в наш лагерь считалось большой победой, что этот декадентский фильм с Запада, который мы так подняли о, выиграл главный приз здесь, в Советском Союзе.

Вскоре в Ленинграде состоялось заседание Конгресса европейских авторов. Должен был быть конференция о судьбе романа, на которую меня пригласили выступить. Опять было то же самое Дело в том, что перед конференцией были все эти разговоры о том, что это была возможность опровергнуть Запад. Но мы восприняли это как провокацию. Здесь мы собирались увидеть собственными глазами и свободно поговорить с такие авторы, как Уильям Голдинг, Ангус Уилсон, Жан-Поль Сартр и Итало Кальвино — в писательском Конференция на основании «Вечеринки за выпивкой» — и они хотели схватить этих людей и навязать их влияние на них.Конечно же вышло с точностью до наоборот! Они, авторы, отлично влиять на нас, а они, партия, не имели на них абсолютно никакого влияния.

8. Уродливые свиные морды
Это было сейчас, когда вы начали работать в другом ключе. Раньше вы писали о недовольных Советская молодежь, а теперь вы начали писать язвительные фельетоны о советской власти. И часть этой работы была сделано в театре, не так ли?

Это был мой ответ им тогда — чем сильнее зажимали, чем сильнее закручивали винты, тем сильнее мой ответ им был бы.Наконец я понял, что ничего общего с ними не имею, ничего не буду что делать с ними — я должен быть против них. Это действительно был конец того, что осталось от моего советского идеализма, когда я надеялся на лучшее, на радикальные перемены — как было сказано тогда, для «Социализм с человеческим лицом ». Я потерял всякую надежду на социализм с человеческим лицом, когда увидел все эти отвратительных свиных морд вокруг мы, эти идиоты, которые даже не могли должным образом продвигать собственное дело! Так что в то время я занимался сам идея «тотальная сатира» .Я бы боролся с ними с помощью сатиры. Для этого я подумал, что театр был лучшим местом. В то время я никогда не писал пьес, но за короткий период времени написал четыре пьесы, спровоцированные этой идеей тотальной сатиры. Первым был Always On Sale , который был произведен в Современном театре . Он проходил пять или шесть сезонов и был просто сенсацией.
Как вы добились того, чтобы цензоры разрешили его производство?
Мы справились любыми способами…в том числе девушек-соблазнителей из репарационной комиссии. Мы отправляли к ним симпатичные парни из компании, что-то договариваются. Они сделали их нашими сторонниками, поэтому они сказал бы свиным рылам: «Ну, товарищи, ничего особенного. Это очень полезная игра. Это против обыватели в нашем советском обществе, это игра против мелкобуржуазных нравов »и тому подобное. конечно на самом деле это было абсолютно, антисоветски невероятно!

Еще одна моя пьеса, Свинина * [ В переводе на английский как «Ваш убийца» ], к сожалению, была никогда не производился.Его принял Анатолий Эфросс, — художественный руководитель большой московской театр, Ленинский комсомол, или, как его называли, Ленком. Он до сих пор существует под тем же именем. Эфросс начал по постановке — нанял арт-директора, начал кастинг, все было хорошо. Но тогда все внезапно Эфросса уволили, выгнали, и на этом все кончилось. Кто-то, я полагаю, понял, что Игра была прямой аллегорией моей встречи с Хрущевым, и власти это не очень обрадовало.

Кстати о недовольных советских властях, не участвовали ли вы в протестном движении по поводу Синявский / Суд Даниила в 1966 году?

Да, я был вовлечен. На самом деле я был автором самого первого письма протеста № . Это было в начало 1966 года, и Союз писателей раздавал билеты на суд, чтобы мы могли увидеть, что продолжается. Ответственный секретарь Союза писателей, бывший генерал КГБ, сказал мне: «Вася, я дам ты билет.Вы один из немногих избранных, и я абсолютно уверен, что вы увидите, что власть правильно в этом вопросе ».

Я пошел на суд, и я был абсолютно возмущен, происходящим. Это было так грязно, такое грязное шоу от первого слова до последнего. Судьи просто оскорбляли все, каждый немного того, что все еще было человеческим в обществе. Когда этот день суда закончился, я сразу перешел к Писательский клуб, а там сидели ребята, многие уже выпили.Я сказал им: «Ребята, мы не можем больше этого терпеть. Давайте напишем письмо ». Итак, у нас был адрес в Париже Луи Арагон, , который был поэт-сюрреалист, а также коммунист. Он писал для очень влиятельного журнала того времени для левых. интеллигенция. Мы посчитали, что, если он опубликует письмо, это будет лучше не только потому, что мы будем слышал, но еще и потому, что это будет в журнале, которым управляют коммунисты. Итак, я написал первый черновик — я инициировал это, поэтому я написал это.За этим первым письмом последовали многие другие писатели. Когда Анна Ахматова Выяснилось, что это я инициировал, она сказала: «Аксёнов молодец. Он действительно молодец ». Значит, он хороший мальчик.

После этого протесты стали почти обычными. Любые действия, подобные этому, со стороны советских властей. последовал почти автоматический ответ с нашей стороны.

Итак, на данный момент вы все еще надеялись, что все может измениться?

К тому времени уже нет.Но другого выхода, кроме сопротивления, просто не было.
Были ли у вас мысли сбежать?

В то время нет. Хотя многие люди начали уезжать, я не уйду; не без того, чтобы его выгнали. я был частью чего-то, и я хотел довести это до конца. 9. Антисоветское подполье
Вы все же время от времени могли уехать из Советского Союза, не так ли?

Да. На самом деле я помню, как однажды в 1967 году я поехал в Англию в составе делегации советских писателей, где я получил гонорар.В то время мы не должны были получать деньги от Запада. Итак, прежде чем мы должны были Вернувшись в Советский Союз, я изо всех сил старался потратить деньги, купив стильной британской одежды и другие вещи.

Затем я зашел в крупный книжный магазин в Лондоне, там был огромный отдел русской литературы, и я просто, ну, в обморок! Искал какие-то названия, какие-то Набокова. Я нашел три или четыре названия и купил их — денег не было, чтобы купить еще.Вокруг меня никого не было, никто со мной не разговаривал. Я просто пошел в кассир и оплатил.

На следующее утро, около шести часов, в дверь моей гостиницы постучали. Я не знал, что происходит, может это был пожар или что-то в этом роде. Итак, я открыл дверь. Там никого не было. Но там была огромная бумага мешок у моей двери, и когда я заглянул внутрь, я увидел, что он был заполнен книгами, запрещенными в Советском Союзе. Я понял, что кто-то в книжный магазин узнал меня, и некоторые, я не знаю, антисоветская подпольная группа или что-то в этом роде решил оставить мне эти книги, чтобы я мог быть своего рода курьером, чтобы доставить эти книги в Советский Союз.

Говорю вам, я был в нетрезвом состоянии при виде этого сокровища! С последними деньгами я пошел вышел и купил большой чемодан — это был только второй чемодан, который у меня когда-либо был в моей жизни — и я собрал все эти книги в нем. Когда я вернулся в Москву, один из таможенников сказал: «Посмотрим, что у вас в ваши чемоданы — оба. Положите их сюда «. Я подумал, как это будет ужасно, когда они откроют этот чемодан с запрещенными книгами.Я не знаю, думаю, время, проведенное на Западе, заставило меня забыть, что я жил в тоталитарная страна. К счастью, этот парень узнал меня и начал говорить со мной, спрашивая: «Почему бы тебе не публиковать больше? »Я сказал:« Ну, ты знаешь, как дела сейчас », а он сказал:« Да, я знаю, что ты имеешь в виду ». Затем он посмотрел на меня и, не заглядывая в мои сумки, просто сказал: «С возвращением», а я сказал: «Спасибо». вот и все.


Прага, август 1968 года.
Конечно, массовые репрессии, настоящий конец оттепели , произошли в 1968 году после того, как Брежнев послал советский Войска в Чехословакию в ответ на «Пражскую весну» г. Где ты был, когда въехали танки? Прага?

Я был в Крыму, в писательской колонии. Вторжение фактически совпало с моим днем ​​рождения (20 августа), так что пока это происходило, мы устраивали вечеринку на террасе.Мы понятия не имели, что это происходило. Об этом, конечно, говорили, некоторые говорили: да, вот увидите, вторгнутся, в то время как другие говорили, что никогда не сделают этого, что, если они это сделают, это разрушит социализм. Что он и сделал, Кстати, этим актом они разрушили всякую возможность социализма. Но в ту ночь мы не знали, что это было в факт уже происходит.

Мы узнали на следующее утро. Евгений Евтушенко там был. Он прибыл поздно вечером в моя группа, и у него было огромное коротковолновое радио, по которому он мог принимать передачи, которые обычно заглушались власти.На одной частоте он нашел обращение к нему из Праги, из … Я сейчас не припомню их имена … это были два знаменитых водителя, которые пересекли пустыню на машине чешского производства, и они были чрезвычайно популярны в той части мира. Как бы то ни было, они боролись с Дубчеком и реформаторами, и они были обращаясь к Евтушенко по радио: «Жена, Жена, не молчите! Скажите всем нам! Это агрессия от самых темных сил, спаси нас! »Евтушенко был в то время главным кумиром всех социалисты — такими, какими был его кумир Маяковский в 20-е годы.Он пошел в местный телеграф и послал телеграмма Брежневу с мольбой прекратить вторжение.

Тем временем я напился и кричал на улице: «Вместо того, чтобы посылать им телеграммы, мы должны повесьте их всех на фонарные столбы! » Мне повезло, что тогда меня не убили. Если бы я был в Москве, я уверен, что они хотя бы арестовали меня. Но потому что я был в маленьком городке в Крыму …

Знаете ли вы, что все изменится для вас, что в результате этих действий будет ли в СССР репрессия против художников?

Это полностью изменило мои взгляды на все вокруг.Все были шокированы этим, масштабом репрессии против целого поколения писателей. Это было так, как если бы у всех нас был общий крах . После что многие заговорили об эмиграции. Раньше вы много не слышали об эмиграции — большинство люди были вовлечены в борьбу с этими идиотами, и у нас все еще были некоторые надежды на победу в битве. Перед разгромом люди говорили: «Посмотрите на Чехословакию, они начали новый тип социализма.»Социализм С человеческим лицом, как его называли. Но после 68-го мы заговорили о «Социализм с бесчеловечным». Мудак ». Оттепель закончилась, и нас накрыли глубокие морозы долгой советской зимы. репрессии, что это был конец — все наши надежды были убиты.
Разве вашей маме в очередной раз не угрожала советская власть?

Мать, как и отец, реабилитировали, восстановили и восстановили в партии.Она никогда не была снова верующая, как, конечно, мой отец, но она делала вид, что счастлива внутри партии. Потому что для нее полная реабилитация и восстановление означало, что теперь с ней все в полном порядке, что ее «грехи» были прощен.

Но когда вышла первая книга ее мемуаров, Путешествие в вихрь , которая распространялась в Советский Союз через самиздатских кругов — был контрабандным путем вывезен и опубликован в Италии, он создал настоящую скандал, практически международный скандал. Тогдашний председатель КГБ — некий сын одного из сука, Владимир Семичастный — встретился тогда с корреспондентом советской газеты «Известия» и он сказал: «Гинзберг опубликовала свою работу, антисоветскую работу, на Западе, и теперь мы пытаемся решить, что делать с ней. Думаем, пересмотрим ее реабилитацию ».

Когда мама узнала об этом, она очень испугалась. Она мне сказала:« Вася … если бы они еще приехали, Я бы умер.»К счастью, в то время в Центральном Комитете было около скрытых либералов , и Для меня была назначена встреча, чтобы я поговорил с одним из них, который возглавлял определенную секцию в Комитете. Я сказал ему, что мы с мамой очень обеспокоены ситуацией, угрозами со стороны КГБ. Пресса. Он начал задавать вопросы, чтобы выяснить, до какого предела мы готовы пойти. Когда я заверил ему, что мы не собираемся делать никаких серьезных шагов, он сказал, что постарается исправить ситуацию.В конце концов они заставили мою маму написать короткое письмо в итальянскую коммунистическую газету, в которой говорилось, что работа была опубликовано против ее воли. Хотя это было неприятно, но все же лучше, чем альтернативы.

Десятилетие после чехословацкого вторжения было очень трудным временем для вас во многих отношениях, не так ли? Это?

Да, с самого начала 70-е были для меня очень мрачным временем, очень темным временем. У меня было много проблем публикация вещей.Такими они были для меня и всех художников в Советском Союзе — они были бы похожи на этот (он кладет обе руки на шею, как будто душит себя). Потом через некоторое время они говорили: «О, смотри, он посинел, давай сейчас подышим ». Потом чуть позже скажут:« О, он начинает стать слишком розовым, пора снова перебить дыхание «. Это было типичное партийное отношение к писателям.

Хорошим способом измерить мое положение в их сознании была моя способность путешествовать за границу.За это время было просто немыслимо. Только к 1975 году все, наконец, стало немного лучше, и мне разрешили поехать в Соединенные Штаты. В то время был короткий период разрядки, когда такие вещи, как связь в пространстве между Аполлон и космический корабль Союз происходили, когда отношения между Советским Союзом и США было мягче. Но потом пришел Афганистан, потом было выслано Сахарова, и все стало становиться все больше и больше. идиотизм.

В художественном сообществе у нас не было источников заработка, но все же вы выжили бы. Люди в киноиндустрии, например, приходили и говорили: «Мы дадим вам аванс. Приходите, просто напишите три страниц, и мы дадим вам аванс ». Или, может быть, вы могли бы поработать над переводом чего-нибудь. сообщества пытались помочь друг другу, ободрить друг друга, говоря друг другу: «Знаешь, старик, может, мы еще есть шанс что-то опубликовать.»В партии были люди, которые были весьма недовольны тем, что происходило, и кто мог бы сыграть важную роль в изменении ситуации. Мой сосед по раз, офицер военно-морской разведки — после вторжения в Чехословакию он был просто опустошен, и он крик, «Этот ублюдок Брежнев, я его ненавижу! славные вооруженные силы! »И это был человек, очень близкий к верхушке партии и КГБ. уже тогда были люди, русских дубчеков, , которые имели представление об окончательном демонтаже советского Союз.Посеяно семян перестройки , хотя, конечно, у партии был нюх на такие сорта. вещь и пытался ее раздавить.

К этому времени я начал становиться все более безрассудным по отношению к ним, и это помогло мне, и даже сработало. иногда преимущество. В частности, я вспоминаю, что было с В поисках жанра (Поиск жанра) , написал небольшой роман, который готовился к публикации в Новый Мир , самом влиятельном издание в России.Ко мне в Москву приезжали два сотрудника КГБ, и они меня предупредили: «Если ты посмеешь опубликовать это, мы должны попрощаться с вами ». Я ответил:« Ну, я действительно не планировал публиковать это. я написал это только для себя ». И они сказали:« Ну, в таком случае ты волен делать то, что хочешь », хотя они отменил поездку в Италию, которую планировал, чтобы я понял.

Потом я вспомнил, что меня двухлетней давности пригласили поехать в Западный Берлин на писательскую конференцию.Я проверил это и обнаружил, что они не знали об этом, поэтому я смог пойти. Это была просто бюрократия — никто никогда проверил или отменил поездку. Я поехал в Берлин, а оттуда тайно позвонил в Париж. просят визу. И так я просто исчез. Но они уже были позади меня, готовые меня схватить. Они потребовали, чтобы я поехал в Восточный Берлин — меня там ждали. Я просто отказался. Они начали говорить вещи например: «Вы слышали о том, что случилось с таким-то? Вы знаете, он недавно погиб в автокатастрофе «и подобных угроз.

Находясь в Париже, я услышал, что Новый Мир отклонил мой уже одобренный роман. Я позвонил Вашингтон, округ Колумбия, Голосу Америки. Несмотря на попытки глушения, все в Советском Союзе слушали к VOA. Я попросил их помочь мне, сказал им, что хочу дать им интервью. Они спросили меня: «Ты уверен, что хочешь сделать это? »Они знали, насколько это опасно для меня. Итак, этот парень приехал в мой отель в Париже. чтобы взять у меня интервью, и в интервью я сказал, что они пытались подавить меня , запугать меня , что мой роман отклонили по приказу ЦК.Я сказал, что если они не восстановят мой роман в Новый Мир он подтолкнет меня к окончательному решению, а это, конечно, значит, что я буду просить политическое убежище. Сразу после этого мой роман был восстановлен! Он был опубликован! Без сомнения, что после В эфире был звонок из Секретариата по номеру Новый Мир, , где сказали, что его можно опубликовать. Так что моя безрассудность в этом случае сработала, хотя на самом деле я их шантажировал, блефовал. Я бы не особо ушли, но угрозы этого было достаточно.

Из этого времени вышел роман, который многие критики считают вашим шедевром, The Burn . Был это ответ на то, что происходило с вами и другими писателями?

Конечно, конечно, с самого начала. Это было странно, потому что, когда я пишу, я обычно не знаю, что произойдет даже на пять страниц вперед. Но в The Burn я знал.Также идея Чехословакии была там с самого начала.

В то время я был недоволен своей работой. У меня все получилось, все было хорошо, но все же я у меня было такое прекрасное, такое ужасное прошлое, и я винил себя в своем нежелании писать об этом, ну … то, что мы назвали «нетленными вещами». Не помню, кто первым придумал этот термин, но мы позвонили такие штучки , нетленка , или то что никогда не заглохнет, то вечное.Многие писатели работали как на тленке , так и на «скоропортящихся» вещах — обычных вещах, которые можно опубликовать — и «нетленных» вещах, вещи, которые были созданы с большим литературным стремлением, но которые не могли быть опубликованы в Советском Союзе. Вещи, которые были написаны строго «для ящика стола» как было сказано. Я работал над многими «скоропортящиеся» вещи, некоторыми из которых я очень горжусь, а многие мне удалось опубликовать. Но тогда все внезапно я понял, что пора начинать работу над моей «нетленной» работой.

Было ли у вас чувство, когда вы его писали, что это будет ваша лучшая работа?

Я был абсолютно уверен. Я знал, что такой книги никогда раньше не писали.

Вы думали, что это когда-нибудь будет опубликовано?

ЧТО ТАКОЕ ВАСИЛИЙ АКСЁНОВ? — The Washington Post

ЯСНЫМ ЗИМНИМ УТРОМ, ВАСИЛИЙ Аксенов посещает LL Bean, рай для приготовления пищи с тремя огромными этажами из пендлтонских пледов, замшевых рубашек, складных утиных жалюзи, радужных варежек, зеленых брюк, улыбающихся гусей-манок и рецептов gorp.Он воспринимает все это с удивленной улыбкой, глядя на экспозиции, смакуя, как если бы он был в иностранном музее. Такая полнота — «самое поразительное отражение американского воображения», — говорит он, медленно продвигаясь по проходам. Он идет тяжелой походкой, как будто пересекает милю тайги на паре снегоступов. «Такое разнообразие и воображение — это форма гения».

Покупатель, родившийся в Америке, видит здесь безграничность своих потенциальных удовольствий: утро на озере Басс, ночи у костра.Страна имеет значение. Аксенов видит Россию, его бывшая жена и сын все еще находятся в Москве в плохих пластиковых ботинках и замерзают. Он осматривает бесконечную обувь с жутким вниманием фетишиста. Размахивая золотой карточкой American Express, он покупает для своей первой жены пару сапог на флисовой подкладке. «Идеально подходит для слякоти», — говорит он. «В Москве много слякоти».

Когда-то он входил в число двух или трех самых известных романистов Советского Союза. Лишенные гражданства по прямому указанию Леонида Брежнева в 1980 году, Аксенов и его вторая жена Майя с тех пор живут в изгнании в Вашингтоне, сначала на Юго-Западе, затем в Адамс-Моргане, а теперь на бульваре Макартура в четырехэтажном городке дом с видеомагнитофоном и компьютером внутри и темно-синим «Мерседесом» снаружи.Голоса в его голове все еще бормочут по-русски, и он вспоминает города за тысячи миль к востоку: Москву, Магадан и Казань. Аксенов говорит, что «здесь не может быть счастливее, но жизнь может быть странной. Мне было 49, когда я приехал, и я принес с собой чемодан воспоминаний. Они неисчерпаемы. Они никогда не исчезают».

Странности никогда не прекращаются. Аксенов был выдающимся писателем своего поколения, шерстяной, забавной фигурой, такой же культовой литературной фигурой в свое время и место, как Керуак и Сэлинджер в свое время.Мало кто из серьезных американских романистов решается мечтать о популярности Аксенова. В 60-е годы советский журнал с тиражом в 2 миллиона экземпляров, в котором был опубликован один из его рассказов, раскупался менее чем за неделю; тираж одного из его новых романов за пару дней составил 100 000 экземпляров. В изгнании его творчество стало богаче, хотя и менее знаменитым. Остров Крым осмеливается фантазировать о том, какой была бы жизнь, если бы часть России была свободной; The Burn описывает пятерых бывших узников сталинских лагерей и до сих пор обрабатывает параграфы высокой комедии.Способный сочетать авангардный стиль (богатый разными голосами, отступлениями, каламбурами и шутками) и острую точку зрения (ироничную, бунтарскую и дальновидную в отношении будущего России), Аксенов обеспечил себе место в литературе с Томасом Пинчоном. EL Доктороу и Уильям Гасс. Он новатор с сердцем. Его достижения таковы, что теперь он, пожалуй, самый лучший и самый популярный писатель, которого город видел за долгие годы. И почти никто этого не знает.

В Вашингтоне Аксенов ведет многослойную жизнь, пишет в залитой солнцем комнате своего особняка о своем особенном американском существовании.Бывают дни, когда его российское прошлое накладывается на его вашингтонское настоящее, как два негатива одновременно проецируются на экран его разума. Л.Л. Боб над улицей Горького. Изображения часто беспорядочные, беспокоящие, преследующие. Даже поездка по М-стрит вызывает своего рода психическое расстройство:

В Джорджтауне идет дождь. Мы элегантно проходим мимо домов нашего Бэби-Бенца с латунными дверными ручками и панорамными окнами, на которых видны удобные камины, мимо этнических ресторанов и стильных бутиков, над каналом, у которого до сих пор сохранились деревянные шлюзы.. . Вдруг Майя поворачивается ко мне и говорит: «Посмотри на ту женщину, которая сидит на ступеньках. Разве она не похожа на Галю Груздеву?»

Первые несколько лет после отъезда повсюду появлялись знакомые московские лица. Сенатор в газетах был похож на Женьку, бармен на Витьку, кассир в банке на Ирину и так далее. Но на этот раз дубль Гали Груздевой поднялся и превратился в Гали Груздеву. Товарищи наконец разрешили ей посетить научную конференцию в Америке. Нет, она не пыталась звонить; у нее не было номера.О, она могла найти в Москве, но боялась: с визой надо было обращаться как с фарфором.

«А теперь мы встречаемся. Я только что подумал о тебе, и вот ты. Нет, нет. Теперь я не боюсь: я в Америке».

Итак, мы возвращаемся в Джорджтаун на ужин. Она смотрит в окно за брызгами дождя, пока я не замечаю человека, подходящего к своему Камаро. Я опускаю окно и спрашиваю: «Ты уходишь?» Он улыбается.

«Как странно слышать, как ты говоришь по-английски», — говорит Галя.

«Странный образ жизни», — согласны мы. «В одиночку мы говорим по-русски, но опусти окно, и весь мир изменится». — ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННОГО МЕМОАРА «В ПОИСКАХ МЕЛАНХОЛИЧЕСКОГО РЕБЕНКА» КРИТИКИ СРАВНИЛИ ОЖОГ —

фантастический энциклопедический роман о постсталинском поколении — с произведениями Гоголя и Достоевского на русском языке, Хемингуэя и Фолкнера по-английски. Джон Апдайк назвал рассказы Аксёнова о богемной жизни хрущевской эпохи «глотком свежего воздуха» над застывшим морем официальной советской литературы.Его продукция с момента эмиграции была ошеломляющей. «Рэндом Хаус» планирует вслед за «Ожогом» написать мемуары о годах в изгнании «В поисках меланхоличного ребенка» и два романа «Скажи сыр» и «Бумажный пейзаж». И теперь каждое утро Аксенов просыпается и пишет по-русски роман о своем новом доме: «Он расположен здесь, но я не готов об этом говорить». Неуловимый Великий Вашингтонский роман еще может быть написан кириллическими буквами.

Так почему же тогда мы почти не знаем Василия Аксенова? Есть причины.Во-первых, Вашингтон — не столица литературы. Царит журналистика. В утренней газете говорится о мучениках и предательствах, простаках и демонах, которых даже Достоевский постарался бы создать. Вашингтону не нужны ни Ахаб, ни Гэтсби, ни Эстер Принн. Персонажи здесь от плоти. Они настоящие, и они поражают. В свое время Ричард Никсон соперничал с неистовым Лиром; Холдеман и Эрлихман были не менее чем тенями Розенкранца и Гильденстерна. Вашингтон, кажется, говорит писателю: иди куда-нибудь, ты нам не нужен.

Возможно, это часть странности города в том, что первым выдающимся писателем исключительного качества, живущим в округе Колумбия с тех пор, как Генри Адамс опубликовал «Демократию» в 1880 году, является россиянин. «В поисках меланхоличного младенца» — это портрет писателя, решившего жить не в доме своих русских воспоминаний и меланхолии, а на открытом воздухе — исследовать, критиковать и даже прославлять жизнь американского изгнания. «Трудно принять идею полного отрыва от родной земли, и многие писатели никогда не принимают», — говорит Аксенов.«Но постепенно я привык к Америке, и теперь я нахожу невозможным принять идею когда-либо снова жить под советской властью».

Он упивается Америкой, беспокоится о неопределенной судьбе Рональда Рейгана («нашего великого президента»), его радует раздражение из-за хитросплетений бейсбола и, в общем, он теряется в веселой анонимности демократии. В отличие от своего товарища-эмигранта Солженицына, Аксёнов никогда не чувствует потребности уединиться в таком месте, как Кавендиш, штат Вермонт, чтобы написать о России-матушке.Он с головой окунулся в американскую жизнь — жизнь потребителей, литературную жизнь, профессиональную жизнь — и все же его редко узнают здесь, даже в его собственном районе. Он и Майя могут спокойно гулять со своим спаниелем Ушиком в парке Монтроуз. Ни фанатов, ни шпионов, ни помощников. «Меня редко узнают», — говорит он. «Не многие здесь знают, что я существую». КОГДА МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ НАШЕГО ГЕРОЯ, HE

упал в пластиковое кресло-совок в Национальном аэропорту. Как и одурманенный эмигрантский герой Набокова, Тимофей Пнин, Аксенов вечно едет на лекцию в какой-то сонный городок Новой Англии.На этот раз он отправляется в Боудин-колледж на востоке штата Мэн, где будет выступать «на обычную тему» ​​- писатель-эмигрант в Америке. В его кармане контракт от Bowdoin на 1500 долларов.

Крупный мужчина, Аксёнов с колючими коричневыми усами, синей рубашкой-поло и замшелым итальянским костюмом — хорошо одетый морж. В золотых полочках он перечитывает «Бесов» Достоевского по-русски. Его губы сосредоточенно сжаты. Болтовня у ворот его не беспокоит.Английский — иностранный язык, белый шум.

Среди всех лыжников в джинсах, которые нельзя сломать, среди всех бизнесменов, пробирающихся через портфель, полный беспокойства, он — чужеродная фигура, особенная, иностранная. Аксёнов — произносится как Axe-see-OH-nov или, как он говорит, «как бы то ни было, у вас получится» — родился в Казани, в 450 милях к востоку от Москвы. Его отец был верным членом партии и мэром города. Его мать, Евгения Гинзбург, была не менее ярой революционеркой, интеллектуалом и еврейкой.В 1937 году, когда Василию было 4 года, к дверям подошла полиция. Его родители были арестованы и обвинены в «терроризме», «троцкизме» и тому подобном. «Абсурдные, смехотворные обвинения», — говорит Аксенов. «Никто не верил в нашего бесстрашного лидера Сталина больше, чем мои родители». Только со временем и бесконечными страданиями его родители поняли, что Сталин ведет чистку, а они были всего лишь двумя из миллионов жертв.

Семья разделилась. Пока его родители были заперты в отдельных филиалах Сибирского ГУЛАГа, Аксенов жил сначала в детском доме для «Детей врагов государства», а затем в Казани с тетей.Его старший брат Алексей, уехавший к родственникам в Ленинград, погиб в конце 900-дневной осады этого города фашистами в 1944 году. Долгое время он не мог понять отсутствие родителей: «Мне сказали По словам моей тети, мои родители были в длительном командировке, она назвала это «исследованием севера». «

Когда Аксенову исполнилось 16 лет, власти разрешили ему поехать в сибирский город Магадан, где он присоединился к своей матери в ее внутренней ссылке. Это была потемкинская деревня, окруженная кольцами ада из колючей проволоки.В его центре были продуктовые магазины, школы, детские площадки, сады, четырех- и пятиэтажные дома, где жили сотрудники КГБ и их семьи. Вокруг было море лачуг, казарм и сторожевых вышек.

Аксёнов обучался в Магадане мирам реальности и фантазии, переходящим один в другой. Магадан часто посещает его романы, особенно «Ожог». Портрет художника в молодости, заключенного и провидца, «Ожог» доводит эту размытость кошмара и повседневной жизни до мучительной кульминации, когда герой рассказа Толя фон Штейнбок всматривается в чистилище Магадана:

Толя наклонился. и увидел подземный туннель, в котором целая колония людей была инкрустирована вертикально и горизонтально вдоль горячих труб, как подводные кораллы.Некоторые спали, некоторые курили, некоторые ели еду из консервных банок; кто-то пил густую липкую черную жидкость из носика чайника. Джентльмен в галстуке читал книгу. Две женщины, раздетые до бюстгальтеров, сердито ругались, но не безнадежно. Чуть в стороне какие-то люди, сгруппировавшись морскими звездами, играли в карты. Старуха что-то варила на керосиновой плите.

Молодой человек вычесывал вшей из своих густых волос на листе газеты и раздавливал их ногтем.Собака, сидящая рядом с ним, тоже по-своему участвовала в битве с паразитами. На самом нижнем уровне можно было увидеть пару колен, согнутых и широко расставленных; там совокупление происходило. Казалось, что никого не расстраивает жизнь под землей; напротив, у Толи создалось впечатление, что все эти люди блаженно довольны своим убежищем.

Позже узнал. . . что этот туннель назывался Крым, и что бывшие осужденные, освобожденные из тюрьмы, жили там, ожидая парохода, который отвезет их обратно на «материк».«В городе было несколько таких подземных теплопроводов, и люди действительно не испытывали никаких проблем или страданий: после лагерей это было очень хорошее место для жизни. , была героем литературы и спасением человечества. Ее мемуары «Путешествие в вихрь» и «В вихре» являются дополнительными томами к Солженицынскому «Архипелагу ГУЛАГ». В ГУЛАГе и в Магадане Гинзбург выжила, поскольку миллионы вокруг нее погибли.Чтобы оставаться в здравом уме и быть привязанной к царству красоты и языка, она выучила наизусть бесчисленные стихи, произведения Маяковского, Пушкина и Блока. Ее сын Василий тоже выучил стихи, и они читали их друг другу в своего рода небесном разговоре. Поэзия была их связью и питанием, элементом жизни, столь же важным, как воздух.

Гинзбург не видела сына 11 лет. Долгое время она называла его «Алексей», а не Василий или Вася, принимая его за своего старшего потерянного ребенка.Все, что она могла сделать, это сделать жизнь немного более понятной в гротескных обстоятельствах. Слова были тем, что у них было. И вот, писала она, «мы продолжали жить. Вася, который уже проявлял признаки литературного таланта, острой наблюдательности и интереса к людям, которые были самостоятельными персонажами, иногда с удовольствием просто слушал дебаты. и разговоры, которые ему не доводилось слышать раньше: всю свою сознательную жизнь он провел с семьей Аксеновых, где все они говорили и думали только о хлебе насущном.Он был в восторге от тех людей, которых он впервые встретил в Магадане, людей, которых стимулировали внешние факторы, несмотря на то, что в их собственной жизни не хватает хлеба насущного ».

Вскоре пришло время Аксенову подумать о чем-то другом. Его родственники думали за него. Будь врачом, сказали они. «Они сказали мне, что у врачей больше шансов выжить в лагерях», — говорит Аксенов. «Оставаться в живых было своего рода амбициями, и я действительно стал врач. Но, конечно, вскоре бросил и остановился на литературе.Я предпочел травить людей, а не лечить их ».

Поразительное количество вымышленных персонажей в современной американской художественной литературе являются авторами. Неофит пишет роман о романисте-новичке. Его первый хит подсказывает книгу о первом хите. гламур славы, он пишет о разочаровании писателя. А с приходом домашних беспорядков, измен, супружеских измен и разводов выходит роман о писательских изменах, супружеских изменах и разводах.

Искушение велико.Знаю по опыту. Каждое утро я сажусь за свой стол, смотрю на крыши Вашингтона и стремлюсь написать: «В. Аксолотль, писатель в изгнании, сел за свой стол и посмотрел на крыши Вашингтона». Но я сдерживаю свой нарциссизм: нельзя подавать плохой пример молодежи |

Первая заповедь профессиональных писателей — выходить за пределы самих себя. Но когда молодые американские писатели смотрят на своих старших собратьев и видят, как они пишут о своем геморрое, они, естественно, задаются вопросом: «Почему я не могу?» Итак, об Атлантиках и Эсквайрах этой земли можно найти практически неразличимые истории:

«Сидя на крыльце сентябрьским вечером, Шейла ждала своих гостей на ужин.. . Спокойно и грустно она размышляла о своих литературных успехах и неудачах в сексуальной жизни. Ее первая книга рассказов недавно была получена от Национального фонда значительного гранта, но Брюс, который только что оставил ее, спал с ней не чаще двух раз в год в течение пяти лет, которые они провели вместе — всего 10 раз. . Другие люди спали вместе 10 раз за один присест, причем каждый день, что составляло 3650 раз в год или 18 250 раз из пяти. Она задалась вопросом, в чем причина нашей любопытной дисфункции? »- ИЗ« В ПОИСКАХ МЕЛАНХОЛИЧЕСКОГО РЕБЕНКА »ОДИН РАЗ В ПОРТЛЕНДЕ Аксёнова встречает фигура в американской академической жизни, известная некоторым как« водитель детства ». известные лекторы.«Эта фигура, встречающаяся в работах Беллоу, Апдайка и Набокова, — часто является бледным младшим академиком, задрапированным выцветшим вельветом и обладающим работающим автомобилем.

Таким образом мы встречаемся.

« Я — Борис », — говорит молодой преподаватель, и перед обедом мы едем на море. Пейзаж, заросший березками, кажется русским, и Аксенов вновь переживает это наложение негативов, двойной образ тут и там сразу. На берегу вода цвета свинца, а камни цвета меди и стали.Чайки кружат в золоте роскошного солнца.

Говоря о более теплом берегу, Аксенов говорит: «Я ездил на Сен-Мартен на неделю, и люди на пляже читали всякую ужасную ерунду. Журнал People, руководства по обустройству дома. Но я заметил человека, читающего The Берн. Я мог сказать это по обложке книги. Я сразу влюбился в него | Три дня я просто наблюдал за ним, улыбался ему. Я был в восторге каждый раз, когда ему, казалось, нравился конкретный абзац. Однажды я заметил, что он плывет и он оставил свою книгу на полотенце.Так что я прошел мимо, просто чтобы посмотреть, чем он занимается — чем он наслаждается. Боже мой | Это был вовсе не The Burn. Это был Ли Якокка ».

Да, даже в литературе молчания автосалона продают больше, чем настоящие вещи. Отсюда и затруднительное положение Аксенова в Америке — он зарабатывает больше на жизнь своими неуклюжими, адекватными лекциями, чем своей возвышенной плавной литературой. Гонорары за сложные романы с перебором русских имен — это не Мерседес и ипотека. Продолжение на стр. 47. АКСЕНОВ, продолжение на стр. 24.

. Выплата

.Но, как и большинство американских обычаев, Аксенову доставляет удовольствие жизнь цыганского ученого. Чтение лекций в дороге и регулярное обучение русской литературе в Балтиморском колледже Гушера зарабатывают ему на жизнь и «шанс выбраться из дома».

Для американской аудитории он больше любопытен, чем оракул. В Москве все могло быть иначе. Жизнь Аксенова была бурной. Он и его друзья поклонялись западным писателям, доступным в переводе, — Дос Пассосу, Стейнбеку, Эрскину Колдуэлл, Фолкнеру и, прежде всего, Хемингуэю.Своеобразная богемная свобода в «И восходит солнце» была для них как кредо. Когда в 1962 году Аксенов опубликовал свой роман «Билет к звездам», он сразу стал знаменитостью. Историю четырех молодых советских людей и их нестандартной жизни, роман прочитали миллионы россиян. Это был их «Над пропастью во ржи». Его персонажи — как и его друзья — были порождениями хрущевской оттепели, шестидесятников или людей 60-х. В своем собственном тесном палеолитическом контексте 60-е годы в России были периодом освобождения после сталинской эпохи, а Аксенов и другие, такие как поэт Иосиф Бродский, были битниками в своей стране, празднующими грубость и открытость.Они задавали вопросы. Они были грубыми. Они были поклонниками джаза, буги вуги, виминслиба и Битлз. На них были джинсы и кеды. Они пили, занимались сексом и читали запрещенные книги. Они даже молились.

«На какое-то время, — говорит Аксенов, — были обещания».

Хотя его мать не любила его книги после «Билета к звездам» — «слишком авангардно», — сказала она ему, — Аксенов был знаменит. Это почти абсурдно. Он играл запутанную публичную роль Автора. «Они так многого требуют от писателей Советского Союза.Слишком много. Все они хотят чего-то большего, чем просто книги, — говорит он. — Они хотят, чтобы вы были Владыкой Мысли. Вы читаете или читаете лекцию, и студенты подходят к вам и серьезно спрашивают: «Что мне делать со своей жизнью?» Писатели считаются самыми продвинутыми людьми в обществе. Моему эго это понравилось, но это стало утомительно ». Когда все это закончилось, когда Хрущев снова ужесточил ограничения, а Брежнев закостенел, поколение 60-х, говорит Аксенов, «вступило в то, что можно назвать эпохой великого похмелья.

«60-е годы закончились для меня в 1968 году вторжением в Чехословакию. Исчезла иллюзия потепления. Я был в ужасной форме, как и многие другие писатели и художники. У меня было много возможностей дезертировать, когда Я путешествовал по Западной Европе и всему миру с 1963 года, но мне было гораздо интереснее побывать там во время разработки. Даже в 1975 году у меня не было мыслей о побеге ».

Если раньше Аксёнова аплодировали в одних кругах и терпели в других, то он внезапно, как и его родители, стал врагом государства.Его произведения, теперь более заряженные чувством предательства, стали фрагментарными, западными, фантастическими, сексуальными и дикими. Его политика была более откровенно дерзкой. В 1979 году он отредактировал и организовал типографию «Метрополя», собрания подпольной советской письменности, приводившей в ярость власти. За попытку опубликовать эту антологию он был изгнан из Союза советских писателей, что сделало жизнь художника практически невозможной. Между 1968 и 1980 годами он писал художественную литературу исключительно «для рисования». Опубликовать что-либо, кроме сценариев, было невозможно.Теперь он говорит: «Меня официально предупредили против публикации со стороны сотрудников КГБ. Они дали понять, что, если я буду публиковаться за границей, им придется со мной попрощаться». Бывали ночи, когда он слышал странные щелкающие звуки в телефоне, утром, когда он обнаруживал, что у него порезаны шины. Однажды ночью Василий и Майя ехали из Казани в Москву. На их пути въехал грузовик. «Это коньец |» — крикнула Майя. «Это конец |» Аксёнов еле избежал грузовика.

«Кто знает, был ли инцидент с грузовиком преднамеренным или нет, — говорит он, — но когда я обратился к властям по поводу всех странных вещей, которые с нами происходили, они остановились.Мне было ясно дано понять, что эмиграция будет единственным выходом ».

Пять лет назад Аксенов и Майя собрали пару чемоданов и с искреннего разрешения правительства« посетили »Соединенные Штаты. Они были здесь. когда-то раньше, но эта поездка была совершенно другой. «Мы никогда не думали, что вернемся назад», — говорит он, и правительство быстро оправдало их ожидания. В доме друга в Тихоокеанском Палисаде Аксенову сообщили, что Советский Союз его раздевал. гражданства.Его сын от первого брака — художник-постановщик Алексей Аксенов — остался в Москве.

Аксенов присоединился к другим великим советским писателям в изгнании: Солженицыну, Бродскому и Юзу Алешковскому в Соединенных Штатах; Виктор Некрасов, Георгий Владимов, Владимир Войнович и Лев Копелев в Европе. По сей день его самый ценный советский сувенир — это свидетельство о высылке, «подписанное лично товарищем Брежневым».

Как пара персонажей в пикареском стиле, Аксенов и Майя месяцами скитались по Америке на своей новой Oldsmobile Omega.Наконец, предложение Института Кеннана, аналитического центра советских исследований в округе Колумбия, привело их в Вашингтон. Его товарищ-эмигрант ожидал, что он поселится в Нью-Йорке, где есть русские ночные клубы, рынки, бандиты, писатели и, прежде всего, ораторы. Но он отказался жить своей новой изгнанной жизнью «в мире грез. В любом случае, мне не нравится Нью-Йорк. Там есть качество городской ностальгии — эти улицы, чердаки и пожарные лестницы, — что мне не нравится. В Вашингтоне я нашел кое-что из прошлого.Здесь есть эклектика стиля, причудливые уголки и неожиданные парки ».

Жизнь Аксеновых была трудной, особенно Майи. Ей потребовалось гораздо больше времени, чтобы выучить английский язык, и ей все еще не совсем комфортно говорить на языке вне дома окно машины. Постепенно дела налаживаются. Она преподает русский язык в Гуше, и, по словам ее мужа, «она не хочет возвращаться в Москву не больше, чем я».

Если что-то раздражает Аксенова в его словах Новая страна — это ее узость: спортивные болельщики объявляют «мировые» чемпионаты по играм, о которых на Урале не слышали.Писатели помешаны на бытовых кризисах. Аксенов нашел здесь нечто большее, город «космополитических изысков», место, где «эмигрантский писатель — еще одна приправа в суп». Он рад, когда национальная идентичность, особенно его собственная, становится комично перемешанной:

«У меня был очень странный опыт в качестве нового американца. Я был в Токио на международной конференции, и я был с Уильямом Стайроном. Мы оба были одеты в наши США. значки, они были как наша форма. «Боже мой, — подумал я, — никогда не думал, что окажусь в одной команде с Уильямом Стайроном |» Представления о «нас» и «они» запутались.«В МАЙНЕ УСТАЛОСЬ ВОСКРЕСЕНЬКАЯ НОЧЬ, и толпа из 200 человек, которые заняли места в обшитом дубом холле в Боудуне, смотрят на них измученно. Когда он проверяет акустику -« Слышат ли люди сзади? «- дикие аплодисменты доносятся из дальнего конца коридора. Рейдеры, похоже, забили гол. Аксенов, в свою очередь, фанат Redskins, и ему наплевать.

Сегодня он говорит о предках на предприятии письмо и воображение, и при эмиграции добровольно и не добровольно.Если у него есть прямой предшественник, то это трагикомический автор «Мертвых душ», «Шинель» и «Нос». Чувство абсурда Николая Гоголя присутствует в «Ожоге» повсюду. Более того, Аксенов видит в жизни Гоголя отрицательную инструкцию:

«Гоголь, несмотря на 18 лет добровольного европейского изгнания из России, не смог разобраться. Отчаянно меняя дилижансы на итальянских, французских и немецких дорогах, он этого не сделал». не делать никаких попыток приблизиться к жизни европейских народов.

«Обиженный звуками иностранной речи, он всегда высмеивал иностранные языки, обычаи и моду.Он дорожил своей «русскостью», как будто у него за спиной был запас русского воздуха, как у космонавта на Луне.

«Это был постоянно протекающий резервуар. В своих многочисленных письмах он призывал друзей прислать ему в Европу как можно больше русской аутентичности — анекдотов, шуток, слухов, дневников, заметок о политике, культуре, сельском хозяйстве, религии. Его поиски русской аутентичности были частью его отчаянной попытки остаться русским писателем, физически не находясь на русской земле. Все эти попытки оказались тщетными.Отняв у себя настоящих впечатлений, искусственной аутентичности добиться не удалось. Часть II «Мертвых душ» была написана не великим писателем, написавшим Часть I. «

Аксенов прописал свое собственное лекарство. Он приветствует великое сочетание языка, памяти и образов, которое нападает на изгнанника». Писатель в изгнании — не кто иной, как земноводным, и, что еще более важно, он должен оставаться таким, поддерживая тонкий баланс между своими «легкими» и «жабрами». «

После лекции Аксенов и некоторые из его слушателей отступают в кампус» Русский дом.«На стене фотографии Аэрофлота, а в корзинах журналов -« Правда »и« Советская жизнь »(с народными танцами в Омске и тракторной статистикой).

Аксенов устал. И все же он задает любой вопрос (« Вы еще коммунист? «), кивает с каждым благонамеренным комментарием (» Я однажды видел вашу книгу в магазине. Вы знаете Солженицына? «).

Через некоторое время Аксенова загоняет в угол стройный симпатичный мужчина с серой бородой. Сандалии Birkenstock и свитер, пропахший прежним положением на спине яка.«Простите меня, господин Аксенов, я только что был в Советском Союзе, и люди там казались мне очень милыми. Это как, ну, вы знаете, они не хотят войны больше, чем мы, и я был просто интересно, ну разве ты не думаешь, что если бы мы все собрались вместе и просто сели за обедом или что-то еще, мы бы все жили в мире?

Аксенов внутри полусмеется-полусмеется. «Не совсем . . .» так он начинает своего терпеливого, но сурового ответа. Утром он сядет в самолет и направится в странное, непонятное, калейдоскопическое место — место, которое он теперь называет своим домом.::

Единая Россия проголосовала за

Глава района Москвы попросил местных бизнесменов забрать открепительные удостоверения для предстоящих выборов в Государственную Думу у своих сотрудников и передать их местным властям, сообщила в среду «Газета.ру».

Разговор главы района Соколиная гора на востоке города Александра Аксёнова с несколькими неустановленными предпринимателями был записан на аудиозаписи, говорится в сообщении.

Мужчина на записи, размещенной в «Газете».ru сообщает, что согласно «плану» правящая партия «Единая Россия» должна набрать 58 процентов голосов в округе на выборах в Думу 4 декабря.

Чтобы выполнить план, бизнесмены должны сдать в районную администрацию открепительные удостоверения сотрудников, говорится в записи. Только те сотрудники, которые выбрали «Единую Россию» в качестве кандидата на выборы, могут сохранять свои бюллетени.

«Это наше дело, что мы собираемся с ними делать», — добавляет он о бюллетенях, которые позволяют людям голосовать на любом избирательном участке по всей стране и которые оппозиция считает важным инструментом фальсификации результатов голосования.

Местный православный священник «благословил нас [на совершение] добрых дел», — также сообщает собравшимся предполагаемый Аксенов.

Подлинность записи не удалось сразу проверить. В среду Аксенов промолчал, а районные власти отказались от комментариев. «Газета.ру» заявила, что действия чиновника влекут за собой воспрепятствование голосованию и наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.

Москва — общеизвестно жесткий избирательный округ для «Единой России», поддержка которой составляла здесь 29 процентов еще в октябре, согласно опросу ФОМ.

Это не первый предвыборный скандал по всей стране с участием бюрократов, обвиняемых в помощи «Единой России» на местах. Два чиновника в Удмуртии были отдельно записаны на видеопленку, связывающую финансирование местных проектов с участием правящей партии при голосовании.

Православный священник в Волгограде заявил на прошлой неделе, что районные власти просили его и других местных священнослужителей продвигать «Единую Россию» с кафедры, но добавил, что он отказался.

Москва тренирует белорусов в российском лагере, возглавляемом откровенно фашистским лидером | EUROMAIDAN PRESSEuromaidan Press

Учитель лагеря Алексей Мильчаков широко известен своими фотографиями с нацистским флагом

Автор статьи: Пол Гобл

белорусов сейчас проходят подготовку в лагере в России, который возглавляет откровенно фашистский русский националист. Эта договоренность может быть использована Москвой против Минска, утверждая, что есть « крайних белорусских националистов », которых русские должны вмешаться, чтобы подавить и один это может быть моделью для действий Кремля в других постсоветских государствах.

Комендант лагеря Алексей Мильчаков подтвердил белорусской службе RFE / RL , что сейчас там находятся молодые белорусы. И, как отмечает американская российская журналистка Ксения Кириллова, Мильчаков никогда не скрывал своих неонацистских симпатий.

Она отмечает, что его часто фотографировали с флагами со свастикой, и как командир промосковской бригады « Русич » на Донбассе гордо показал себя убийцей украинцев.В то же время он продемонстрировал, что все более тесно связан с российским правительством.

Российский неонацистский наемник Алексей Мильчаков сфотографирован рядом с трупом замученного украинского солдата после засады на его автомобиле на Донбассе, Украина (Изображение: страница Мильчакова в социальной сети)

По словам Кирилловой, это сближение вышло на «качественно новый уровень», когда Михалков принял участие во встрече с Владиславом Сурковым, специалистом по устранению неполадок Путина, и получил награду от Сергея Аксенова, главы российской оккупационной администрации в Крыму.

Таким образом, официальные лица в белорусской столице все больше обеспокоены «попыткой вовлечь [белорусскую] молодежь в последний неонацистский проект« Русский мир »». Действительно, Юрий Царик из Минского Центра стратегических и внешнеполитических исследований говорит экспертное сообщество воспринимает эту последнюю российскую акцию «весьма серьезно».

По словам Царика, в течение многих лет белорусская молодежь находилась в патриотических лагерях внутри Беларуси. Но «до войны на Украине ситуация особого беспокойства не вызывала.«Однако сейчас эти лагеря вызывают подозрение, а еще более подозрительными являются лагеря в России, где проходят подготовку белорусы.

Таким стажёрам не только говорят, что Беларусь и другие постсоветские государства — это просто исторические случайности, которые необходимо исправить, говорит минский исследователь; но есть реальные опасения, что они могут быть использованы прямо или косвенно для подрыва суверенитета Беларуси либо в качестве ударных войск для России, либо в качестве предполагаемых радикалов, которые Москва может использовать для оправдания интервенции.

Обеспокоенность сейчас особенно велика, говорит Царик, потому что Беларусь изучает возможности более тесных связей с Западом, и Москва сделает все возможное, чтобы заблокировать их. В результате теперь нельзя исключить использование «жесткой» мощности, и может быть совершено множество ошибок, которые могут вызвать катастрофу.


Связанный:

Нравится читать прессу Евромайдана? Станьте покровителем и помогите нам привлечь еще больше читателей со всего мира!

Быть меценатом означает, что вы заботитесь о качественной независимой журналистике, верите в независимую и демократическую Украину, а любите смотреть глубже.И вы также можете голосовать за будущие статьи, предлагать темы и поддерживать связь с командой.

Всего за одну чашку кофе в месяц вы можете помочь нам оставаться на плаву и делать больше.

Стать патроном >>>

Связанные

Теги: Беларусь, Война на Донбассе (2014-настоящее время), Россия, Мильчаков, Неонацисты, Россия, Российско-белорусские отношения

Крым, украинская провинция, аннексированная Россией, хочет свой собственный Беверли-Хиллз

МОСКВА — Крым, украинская провинция, аннексированная Россией в прошлом году и подвергшаяся экономическим санкциям, надеется привлечь на свои берега известных иностранных знаменитостей.

Полуизолированный регион, где кредитные карты не работают, сети сотовой связи повреждены и часты отключения электричества, даже поможет знаменитостям переехать.

«Нам бы очень хотелось, чтобы в Крыму появился аналог американского Беверли-Хиллз», — заявил назначенный Россией губернатор региона Сергей Аксенов в заявлении на своей странице в Facebook в понедельник.

Это заявление последовало за визитом бывшего премьер-министра Италии Сильвио Берлускони в Крым на прошлой неделе со своим старым другом президентом России Владимиром Путиным.

Президент России Владимир Путин (справа) и бывший премьер-министр Италии Сильвио Берлускони. Алексей Дружинин / РИА Новости через Reuters

Аксенов отметил, что такие знаменитости, как рокер Limp Bizkit Фред Дерст и бывший боксер США Рой Джонс-младший, проявили интерес к российской жизни.

«Если уважаемые звезды шоу-бизнеса, спортсмены и другие знаменитости хотели бы поселиться в Крыму, мы будем рады», — сказал Аксенов, пообещав, что им не придется преодолевать административные препятствия, чтобы переехать в регион, приобрести недвижимость. , или побывать в отпуске.

ФОТО: Путин совершит тур выходного дня по Крыму с Берлускони

Аксенов рассказал о климате и пейзажах Крыма, добавив: «Мы можем помочь в поиске хорошего места у моря, в горах, в лесу или в степи».

В последние годы Россия стала популярным местом для западных знаменитостей, но в основном для тех, чья карьера уже позади.

В начале этого месяца Дерст язвительно заметил, что он заинтересован в получении российского паспорта. Он мог бы присоединиться к Джонсу-младшему.46 лет, которые на прошлой неделе получили российское гражданство.

По теме: Крым через год после референдума в России изолирован от мира

Французский актер Сами Насери, известный своими выступлениями в фильмах «Такси», также намекнул, что хотел бы стать русским, как его более известный соотечественник Жерар Депардье. Депардье владеет квартирами в Чечне и Мордовии, которые когда-то были стержнем системы ГУЛАГа.

Стивен Сигал и Микки Рурк, кинозвезды 1980-х годов, частые гости в России, хотя до сих пор не взяли на себя обязательство получить российское гражданство.

Джонс остался единственной западной знаменитостью, проявившей интерес именно к Крыму. В последние недели он говорил с российским государственным СМИ РИА Новости, говоря, что ему «нравится» Крым, и он «выглядит как мой дом».

После аннексии Крыма Россией в марте 2014 года рестораны McDonald’s и другие международные компании закрыли свои магазины. Карло Ангерер / NBC News

Алексей Еременко — продюсер московского бюро NBC News. Ранее он работал в единственной в России англоязычной ежедневной газете The Moscow Times и в англоязычной редакции ленты новостей РИА Новости.Его основные увлечения включали политику, космос и окружающую среду, и он писал репортажи из Афганистана, Мали, Ирана и по всей России.

★ Василий Аксенов — 1932 года рождения .. Информация | Около

2. Карьера.

(Карьера)

Сообщается, что «во время либерализации, последовавшей за смертью Сталина в 1953 году, Аксенов познакомился с первым советским контркультурным движением хипстеров в костюмах зута — фильмом« Стиляги »со стилем».Результат

Он влюбился в их сленг, моду, распутный образ жизни, танцы и особенно их музыку. С этого момента началась его давняя любовь к джазу. Интерес к его новому окружению, западной музыке, моде и литературе имел решающее значение для Аксенова, который решил посвятить себя описанию своего времени через литературу. Он оставался пристальным наблюдателем молодости, ее постоянно меняющихся стилей, тенденций и тенденций. Как никакой другой советский писатель, он был сосредоточен на развитии популярной культуры.

В 1956 году он был «открыт» и отмечен советским писателем Валентином Катаевым как первая публикация в либеральном журнале «Молодежь». «Его первый роман, коллеги, в 1961 году, был основан на его опыте врача.« Второй, билет к звездам 1961 года, о жизни советских молодых хипстеров, сделал его в одночасье знаменитостью ».

В 1960-е гг. ies Аксёнов был частым автором популярных журналов «Молодёжь», «Молодёжь» и со временем стал штатным писателем. Таким образом, Аксёнов, как сообщается, стал «ведущей фигурой в так называемом движении« молодежной прозы »и любимцем советской либеральной интеллигенции. и их западные сторонники: его сочинения резко контрастировали с унылой прозой того времени в стиле социалистического реализма.«Персонажи Аксенова говорят, что естественно, по моде, они ходят в бары и танцевальные залы, занимаются добрачным сексом, слушают джаз и рок-н-ролл и спешат набрать пару крутых американских туфель». чувство свежести и свободы в его произведениях, подобное тому, которое исходит от записей американского джаза и поп-музыки на черном рынке ». Вскоре он стал одним из неформальных лидеров« шестидесятых », что примерно переводится как« поколение 60-х ». группа молодых советов, которые сопротивлялись культурным и идеологическим ограничениям коммунистической партии.«Это было потрясающе: нас вырастили роботами, но мы начали слушать джаз, — сказал Аксенов в документальном фильме о нем 2007 года».

Несмотря на все свои невзгоды, Аксенов,

в качестве стилиста прозы, оказался на противоположном полюсе от г-на Солженицына, став символом юношеских надежд и принявшим моду и джаз, вместо того, чтобы останавливаться на страданиях ГУЛАГа. Однако в конечном итоге он разделил с г-ном судьбу изгнания Солженицыных из Советского Союза.

Солженицын — все о заключении и попытке выбраться, а Аксенов — молодой человек, мать которого вышла, и он действительно может жить своей жизнью, сказала Нина Л.Хрущева, правнучка Никиты Хрущева и друг семьи Аксеновых, преподает международные отношения в новой школе в Нью-Йорке. Важно, чтобы у Аксенова свет — это свет личной свободы и самовыражения.

Однако, как отмечает Марк Иоффе в некрологе Аксенова, «открытый проамериканизм и либеральные ценности в конечном итоге привели к проблемам с КГБ». «А его участие в 1979 году в независимом журнале« Метрополь »привело к открытой конфронтации с властями».Его следующие два знаменитых диссидентских романа — «Сожжение» и «Остров Крым» — не могли быть опубликованы в СССР. «Первый исследовал судьбу интеллектуалов при коммунизме, а второй был идеей, что жизнь могла бы быть такой, как если бы Белая армия отступила, большевики в 1917 году».

«Когда ожог был опубликован в Италии в 1980 году, Аксенов принял приглашение для него и его жены Майи покинуть Россию в Соединенных Штатах». «Вскоре он был лишен советского гражданства, восстановив его только 10 лет спустя, во время горбачевской перестройки».

«Следующие 24 года Аксенов провел в Вашингтоне, округ Колумбия, и Вирджинии, где преподавал русскую литературу в Университете Джорджа Мейсона». «Раньше он был авангардистом, будь то мода или литературные инновации». красочный человек, с его фирменными усами, элегантными костюмами, дорогими автомобилями и любовью к великому городу, отличному вину и хорошей еде ».

6 июля 2009 года он скончался в Москве в возрасте 76 лет.

Первый муж второй жены Василия Аксенова.Аксёнов, Евтушенко, Ахмадулина. Настоящие герои «Таинственной страсти. Личная жизнь Василия Аксенова

Майя Афанасьевна Змеул, более известная как Майя Кармен, родилась в июне 1930 года в Москве в семье героя гражданской войны, советского историка Афанасия Андреевича Змеула. Через несколько лет после рождения Майи отец возглавил Всесоюзную академию внешней торговли. В годы Великой Отечественной войны ушел на фронт, был агитатором отдела пропаганды Политуправления.

После войны Змеул возглавил международную торговую ассоциацию «Международная книга». После окончания одной из столичных школ Майя Змеул учится в Институте внешней торговли. После окончания учебы устроилась на работу в Торгово-промышленную палату.

Майя Змеул принадлежала к той категории молодежи, которую называли «золотой». Дочь выдающегося главы внешнеэкономической деятельности, которая руководила престижным учреждением, имевшим офисы во многих странах, имела все, о чем другие только мечтали.Мать Майи умерла рано. Отец женился во второй раз. Но отношения с мачехой быстро наладились. Дочь унаследовала характер отца — упрямая, прямолинейная и целеустремленная.

Майя вышла замуж в 1951 году. Первым ее мужем был внешнеторговый работник Морис Овчинников. Через 3 года у пары родилась дочь Елена. Но вскоре брак распался. Майя встретила известного в стране режиссера Романа Кармен и влюбилась. Ради нее он тоже ушел из семьи — развелся с женой Ниной Орловой, с которой прожил 20 лет.


Несмотря на вспыльчивый и прямолинейный характер Майи, пара поладила. Они были частью того слоя советского общества, который назывался «элитой». Здесь было все — престижная квартира в знаменитом небоскребе на Котельнической набережной, подмосковная дача, выезд за границу, машины с личными водителями и посиделки с членами Политбюро. Но в 1970 году у Романа Кармен случился сердечный приступ. Чтобы поправить здоровье, семья уехала в Ялту. Там и произошла роковая встреча Майи Кармен.

Личная жизнь

После встречи с Аксёновым, приехавшим в Ялту с женой Кирой, личная жизнь Майи Кармен перевернулась. Это была любовь с первого взгляда, роковая страсть, сметавшая все на своем пути. Но Кира Менделеева тоже любила мужа и не хотела с ним разводиться. Роман Кармен испытывал такие же чувства к своей жене.


Василий Аксенов и Майя Кармен начали тайно встречаться. Вместе они побывали в Сочи, Коктебеле и Прибалтике.Но сохранить в секрете личную жизнь таких известных людей невозможно. Об этом романе сплетничала вся литературная богема Москвы. Как позже признался Василий Аксёнов, однажды чуть не избили его, который дружил с Романом Кармен и искренне переживал за своего страдающего друга.


Их отношения действительно были очень рискованными. Ведь Роман Лазаревич Кармен — Народный артист СССР, Герой Социалистического Труда. Он является светилом документальных фильмов, снимающих кадры капитуляции Паулюса под Сталинградом и подписания капитуляции Германии.Более того: Кармен — его личный друг. А Василий Аксенов — диссидент, его все больше ругают в прессе и почти не публикуют. Позднее Василий Павлович описал свою историю любви в автобиографическом произведении «Гори». Там Майю Кармен зовут Алиса.


Леонид Брежнев дружил с Романом Кармен

Майя так и не смогла уйти от Романа Кармен. Она разрывалась между ним и Аксёновым до самой смерти Романа Лазаревича. Он скончался в 1978 году. Развод не состоялся.Но с уходом режиссера исчезла последняя преграда между Майей Кармен и Василием Аксёновым. После развода с Кирой Василий Павлович наконец смог жениться на Майе. Их совместную жизнь теперь не могло омрачить ничто, даже фактическое изгнание из страны.


В мае 1980 года влюбленные поженились. Отметили праздник в Переделкино, на даче, где собрались близкие друзья. А в июле того же года 48-летний Василий Аксенов и 50-летняя Майя с дочерью Аленой и внуком Ваней отправились в Париж.Через пару месяцев они переехали в Америку, намереваясь там пожить какое-то время. Планировалось, что это будет 2 года. Но писателя сразу лишили гражданства. Так пара пробыла в США 24 года. Майя Кармен, как и ее муж, работала в университете, преподавала русский язык.


В 1999 году в семье случилось огромное горе. 26-летний внук Майи Иван трагически погиб, выпав из окна. Но это была только первая трагедия, за ней последовали другие.В 2004 году Майя и Василий Аксёновы получили квартиру в Москве. Скорее, им вернули квартиру, которую они когда-то забрали в том же доме на Котельниках. А через 4 года у Аксёнова случился инсульт. Писатель выехал со двора того самого небоскреба.

Почти 2 года Василий Павлович находился в коме. Перенесенные операции его не спасли. Все это время Майя была рядом с любимым мужем. Вскоре она получила еще один удар. Летом 2008 года внезапно во сне умерла ее дочь Елена, которая приехала помочь позаботиться об отчиме.А летом следующего года Майя Кармен похоронила мужа. В одном из последних интервью женщина призналась, что удерживает ее в этом мире только любимый пес Аксенова, спаниель по кличке Пушкин.

Участники альманаха «Метрополь» (слева направо): Евгений Попов, Виктор Ерофеев, Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Зоя Богуславская, Борис Мессерер, Фазиль Искандер, Андрей Битов, Василий Аксенов, наша героиня Майя Кармен. Фото Валерия ПЛОТНИКОВА.

Его называли основоположником «нового сладкого стиля».Добрые критики подчеркнули слово «новый». Зло — в слове «сладкое». Что за новизна и сладость?

Что это за человек внутри?

Ольга КУЧКИНА

— Вася, давай поговорим о любви. У Тургенева была Виардо, у Скотта Фицджеральда была Зельда, у Герцена была Наташа, если бы не она, величественная книга «Прошлое и мысли» не родилась бы. Что его дама для писателя? Случалось ли в вашей жизни такое, что вы писали для девушки, для леди?

— Не было такого… Но все равно это было так возвышенно. И наша главная любовь — я не знаю, как на это смотрит Майя, но я выгляжу так: Майя, да.

«Дай Майе …»

— Хорошо помню: Дом творчества в Пицунде, ты появляешься с очаровательной блондинкой, и все шепчут, что, мол, Вася Аксенов увел жену у известного кинорежиссера-документалиста Романа Кармена …

«Я ее не увозил. Она была его женой еще 10 лет.

— Вы его знали?

— No.Однажды я ездил с ним на «Красной стрелке» в Петербург. Я был под банкой. Я уже слышал о его жене. И я ему говорю: правда ли, что у тебя очень хорошая жена? Он гласит: мне это нравится. Так он сказал, и, может быть, это было отложено кое-где.

— Сколько ему лет было?

— 32 или 33 года. Был женат. Кира У меня была жена. Кира — мама Алексея. А с ней было как-то очень плохо … На самом деле жили мы, в общем, весело. До рождения ребенка, до того, как она стала такой толстой…

— Все изменилось из-за того, что она растолстела? Это начало … вас обидеть? ..

— Это стало ее обижать. К этому времени я стал известным писателем. Я везде ходила с нашими тогдашними знаменитостями … приключения разные … она начала скатывать сцены …

— Это началось как студенческий брак?

— Нет, я уже закончила медицинский институт в Санкт-Петербурге. А мы с другом ездили на Карельский перешеек, наши интересы — спорт, джаз, то и то.И он мне сказал: я видел даму на танцах … Она жила там со своей бабушкой, старой большевисткой. Отбыла срок в СИЗО, только что вышла, это был 1956. А сидит с 1949 …

— А твоя мама сидела …

— Моя мама сидела в 1937 году. А бабушку Кирины как-то втянули в дело Вознесенского …

— Какой Вознесенский?

— Не Андрей, конечно, а тот, кто руководил всей партийной работой в Советском Союзе.Его посадили в тюрьму и расстреляли. Пришел его племянник, который рассказал, что сидит в тюрьме один и всегда писал Сталину письма, что он ни в чем не виноват. И вдруг однажды Политбюро практически в полном составе вошло в его камеру, и он, увидев их, закричал: я знал, друзья мои, что вы придете ко мне! Тогда Лазарь Каганович дал ему в ухо столько, что он стал глухим.

— Зачем они пришли?

— Вы только посмотрите на поверженного врага.

— Садисты …

— А Кира окончила институт иностранных языков и очень хорошо пела разные иностранные песни…

— И твое сердце растаяло.

— Это конкретно. А потом … всякое было …

— Вещи любовные интересы?

— Любовные интересы. Это всегда происходило в домах творчества. И вот мы как-то попадаем в Дом искусств в Ялте. Поженян здесь, друг мой. Сидим с ним, а он руки трет руки: ах, здесь жена Кармен …

— Потирает руки, думая, что сейчас у вас будет роман?

— Он думал, что у него будет роман.Она только что пришла и села за стол Беллы Ахмадулиной. Мы с Беллой всегда были друзьями. А Белла мне говорит: Вася, Вася, иди сюда, ты знаешь Майю, как ты с Майей не знаком! .. И Майя так смотрит на меня, и она выглядит очень измученной, так как у Кармен был сердечный приступ, и она всю зиму ухаживала за ним, а когда он поправился, поехала в Ялту. А потом засмеялась, взбодрилась. А в Ялте был наш пароход «Грузия», пароход литературы. Так как капитаном был Толя Гарагуля, он любил литературу и всегда заманивал себя, устраивая нам застолья.И вот мы с Майей … Майя почему-то всегда накрывала на стол, ну как-то старалась, я что-то такое выкладываю, стараюсь быть к ней поближе …

— Сразу влюбился?

— Да. И я ей говорю: видишь, какая капитанская каюта, и вообще как-то все это чревато, а завтра жена уедет … И она говорит: и мы будем ближе друг к другу. Поженян все видит и говорит: я ухожу … И уплыл на этой «Грузии». И мы вернулись в Дом творчества.Я проводил Киру, и начались пиршества. Белла что-то придумала, обошла вокруг и сказала: знаете, я слышала, что прошлые люди закапывали нам бутылки с шампанским, давайте найдем. И мы нашли и нашли.

— Развод Майи был томным?

— Такого развода не было, и это было несложно, она такая посмеялась. Все произошло ровно и в целом было уже достаточно открыто. Мы много раз встречались на юге, да и в Москве тоже. Я все еще продолжал жить с Кирой, но мы уже расстались.Естественно, это было тяжело, но любовь к Майе была очень сильной … Мы везде ходили вместе. На Чегете, в горах, в Сочи. Вместе нас не поселили, так как штампа в паспорте не было, а рядом. За границу, конечно, поехала одна, принесла мне одежду …

— Самое счастливое время в вашей жизни?

— Да. Это совпало с «Метрополем», вокруг нас с Майей все крутилось, она там все готовила. Но это было после смерти Романа Лазаревича.В то время мы были в Ялте, позвонила дочь, сказала.

— Он не пытался вернуть Майю?

— Его нет, но у него был друг Юлиан Семенов, он меня обошел и сказал: дай ему Майка.

— Что значит отдавать? Она не вещь.

— Ну да, но он специально так сказал.

«Ване было 26 лет …»

— Есть ли у вас привычка, как у поэтов, что-то кому-то посвящать?

— Нет. Но Burn — про Майю.А рассказ «Иван» — нашему Ванечке. Вы слышали, что случилось с нашим Ваней?

— Нет, а почему? Ванечка Майя внук?

— Ее внук, я был сыном. Ему было 26 лет, он окончил Южноамериканский институт. Алена, его мать, вела очень вялую жизнь в Америке, и он как-то пытался дистанцироваться от нее. Он уехал в Колорадо, у них было трое друзей: янки, венесуэлец и он, трое красивых мужчин, и они не могли найти работу. Подрабатывали на почте, на спасательных станциях, в горах.У него была любовь с немецкой девушкой, они уже жили вместе. Но потом она куда-то уехала, в общем, не сложилось, и они втроем уехали в Сан-Франциско. Все большие, а Ваня большой. Он уже забыл эту Грету, у него было много женщин. Когда все пришли на наши похороны, мы увидели много хорошеньких женщин. Он жил на седьмом этаже, выходил на балкон … Все они любили книгу, написанную якобы трехтысячелетним китайским мудрецом. Другими словами, никто его не видел и не знал, но знали, что ему три тысячи лет.Я видел эту книгу, по ней можно было узнать судьбу. И Ваня писал ему письма. Там надо было как-то правильно написать: уважаемый oracle. И он якобы что-то ответил. И как бы он сказал Ваню: прыгай с седьмого этажа …

— Какая-то сектантская история.

— Он вроде не собирался прыгать. Но у него была такая привычка смотреть вниз …

— Говорят, не надо смотреть в бездну, иначе бездна заглянет в вас.

— И он полетел. С ним тогда были двое студентов. Подбежали к нему, он уже лежал на земле, проснулся и сказал: перебрал спирт и перегнулся через перила. Потом он потерял сознание и так и не пришел в себя.

— Как вы с этим справились? Как Майя с этим справилась?

— Ужасно. Это страшно. Ужас начался.

— Когда это случилось?

— В 1999 году. Мы были просто замечательными друзьями. Как-то он оказался мне близок. Я сделал лучшие его фотографии.Еще я хотел отвезти его на Готланд. Когда я жил в Америке, каждое лето я ездил на Готланд, в Швецию, там тоже есть дом творчества, как у нас, и там я писал. Этот дом творчества находится на вершине горы, а внизу — большая церковь Святой Марии. Поднявшись на третий этаж, в церкви виднеются химеры, они смотрят в окна. Я часто смотрел и боялся, что химера заглянет в мою жизнь. И она заглянула. Майя была в Москве, я был в Америке.Мне позвонил мой друг Женя Попов и сказал …

— Мне казалось, что, несмотря ни на что, ваша жизнь счастлива и легка.

— Нет, очень томный.

— Вы написали рассказ про Ванечку — вам стало легче? Вообще, когда писатель перерабатывает суть жизни в прозу, становится ли легче?

— не знаю. Нет. Писать — это счастье. Но когда пишешь о несчастье, не легче. Она присутствует в этой истории, другими словами Майя спрашивает: что мы собираемся делать сейчас? И я ей отвечаю: будем жить в нападении.

«Они хотели меня уничтожить»

— Вася, почему ты уехал из страны — это один раз и почему вернулся — два?

— Он ушел, потому что они хотели заполучить меня.

— Вы боялись, что вас посадят?

— Нет. Уничтожить.

— Уничтожить? Вы знали об этом?

— Была попытка. Это был 1980 год. Я ехал из Казани, от отца, на Волге, по летней пустой трассе, и ко мне приехали КамАЗ и два мотоцикла.Он пошел прямо на меня, они перекрыли дорогу, ослепили меня …

— Вы ездили за рулем? Как удалось избежать столкновения?

— Просто ангел-хранитель. Я никогда не был каким-то асом, он просто сказал мне, что мне делать. Он сказал: повернуть направо до самого конца, теперь газ, и повернуть назад, назад, назад. И мы прыгнули по самому краю дороги.

— А я думал, тебе повезло … Ты так хорошо вошел в литературу, сразу, можно сказать, начал писать, как никто другой не писал.Это работа сознания или рука вела?

— В общем, рука водила, естественно. Я подражал Катаеву. Потом мы дружили, и он очень гордился тем, что мы такие дружные …

— Вы говорите о его «Алмазной короне», «Траве забвения», о том, что они стали называть «мовизмом», от французского «мо» — слово, вкус такого слова? И я припоминаю, что вы сначала начали, а потом он опомнился и снова начал писать.

— Может быть.Полностью. Он мне сказал: старик, понимаешь, у тебя все хорошо, но не надо зря держаться за сюжет, не нужно развивать сюжет.

— У вас был восхитительный сюжет без сюжета под названием «Поиск жанра» с определением жанра «поиск жанра» …

— К этому времени он расстался с нами. Уже был «Метрополь», и он, выступая на своем 80-летии по телевидению, сказал: вы понимаете, я так благодарен нашей партии, я так благодарен Союзу писателей… Я поклонился. В последний раз я ехал по киевской дороге и увидел его — он стоял, такой большой, и смотрел на дорогу … Если бы не было такой опасности для моих романов, я бы еще не ушел. Были написаны «Сжечь», «Остров Крым», идей много. Все это не могло быть здесь написано и начали публиковаться на Западе. А на Западе, когда я начал писать свои огромные романы, такая история случилась. Мое главное издательство, Random House, было продано другому издательству. Мой издатель сказал мне: не волнуйтесь, все останется по-прежнему.Но они назначили человека, который сначала спросил цену, а потом сказал: если вы хотите получить прибыль, вы должны выгнать всех интеллектуалов.

— А вы попали в этот список? Прямо как у нас.

— Приноси доход или пропадешь — у них есть такая поговорка. Этот человек стал вице-президентом издательской компании, и я понял, что моих книг там больше не будет. И я вдруг понял, что возвращаюсь в Россию, потому что снова спасаю свою литературу. Самое главное, я вернулся в страну, где я разговариваю на моем языке.

— Вася, ты жил в Америке и в России. Что лучше для жизни здесь и там?

— Меня согревает то, что мои книги читают в Америке. Это, конечно, не то, что было в СССР … Но меня издают тиражом 75 тысяч, 55 тысяч …

— Но я не спрашиваю о ваших эгоистичных, так сказать, радостях, я спрашиваю о другом: как устроена жизнь в Америке и как она устроена здесь?

— В Америке, по сути, умопомрачительная жизнь.Неописуемо комфортно, комфортно. Франция не так комфортна, как Америка.

— В чем удобство? Они написаны для вас, они улыбаются вам, помогают ли вам?

— Это тоже. Там много всего. Там институт берет на себя огромное количество ваших хлопот и занимается всей этой будягой, которая представлена ​​формальностями быта, это ужасно комфортно.

— Что вам нравится в России?

— Язык. Мне очень нравится язык.Больше ничего не могу сказать.

— Кому и чему вы чувствуете себя обязанными в жизни?

— Сейчас я пишу одну пьесу о своем детстве. Это было страшно. И все же чудовище каким-то образом дало мне возможность выжить. Мать сидела, отец сидел. Когда мне стало известно, что я скрывала информацию о своих матери и отце, меня выгнали из Казанского института. Позже вернулся. Я действительно могу попасть в тюрьму. Позже такое удачное сочетание 60-х, «оттепели» и всего вместе — закалило и воспитало меня.

— Чувствовали ли вы внутри себя свободным человеком?

— Нет, я не был свободным человеком. Но я никогда не чувствовал себя русским. Я приехал к маме в Магадан на поселок, когда мне было 16 лет, мы жили на самой окраине города, и эти колонны тащили мимо нас, я посмотрел на них и понял, что я не русский человек. Совершенно категорично: не русский. Я даже однажды прицелился в Сталина.

— Как это, в портрете?

— Нет, живи. Я гулял с ребятами из Строительного института по Красной площади.Мы шли, и я увидел Мавзолей, где они стояли, справа темные фигуры, слева коричневые, а посередине — Сталина. Мне было 19 лет. И я подумал: как легко прицелиться и уйти отсюда.

— Я представляю, если бы у тебя было что-то в руках, что бы с тобой сделали.

— Естественно.

— Вы чувствуете себя свободным в данный момент?

— Я это почувствовал, когда приехал на Запад. Что я могу пойти туда и сюда, в любое место в мире, и я могу вести себя так, как хочу.Вопрос исключительно в деньгах.

— Как и у нас на данный момент.

— На данный момент все совсем иначе. Все по-другому. Кроме всего прочего, у меня два гражданства.

— Если что, по паспорту не бьют.

— Тогда я буду сопротивляться.

— Возвращаясь к началу разговора, дама продолжает быть движущим стимулом для вас как писателя?

— Мы пенсионеры, нам уже нужно умирать…

— Собираешься?

— Естественно.

— Как ты это делаешь?

— Я думаю об этом.

— Ты боишься смерти?

— не знаю, что будет. Мне кажется, что-то вот-вот должно произойти. Это не может закончиться так легко. Мы все дети Адама, где он, вот и мы, ему грозит возвращение в рай, вот мы прямо за ним …

ОТ ДОСЬЕ «КП»

Василий Аксенов. Родился 20 августа 1932 года в Казани в семье партийных работников.Предки были арестованы в 1937 году, приговорены к 10 годам заключения.

В 1956 году окончил Ленинградский медицинский институт. Три года проработал врачом.

Создатель около 30 повестей и романов: «Коллеги», «Звездный билет», «Апельсины из Марокко», «Заложенная бочка», «Поиск жанра», «Остров Крым», «Сжечь», «Скажи изюм», «В поисках грустного малыша», «Московская сага», «Москва-ква-ква», «Вольтерьяне и вольтерианцы», «Редкие земли» и другие. Участник бесцензурного альманаха «Метрополь».

В 1980 году, уехав в США, он был лишен российского гражданства. Преподавал в Вашингтоне в Институте Джорджа Мейсона. Гражданство вернули в 1990 году.

Награжден французским орденом литературы и искусства. Лауреат премии «Русский Букер».

БЛИЦ ИССЛЕДОВАНИЕ

— Что значит хорошо состариться?

— Вы забрали это у меня?

— У вас есть такой вопрос?

— На мой взгляд, есть.

— А каков ответ?

— не помню.

— А импровизировать?

— Все равно не сдаваться, а как-то раскрутить.

— Вы бы прожили свою жизнь, если бы не стали писателем?

— Даже представить не могу.

— Какое главное свойство вашего нрава?

— Люблю писать.

— Что вам больше всего нравится в других людях?

— Они не любят писать.

— У вас есть какой-нибудь актуальный слоган или действующее правило?

— Я думаю, тебе всегда нужно писать.Поскольку вы писатель, то, когда вы пишете, у вас все должно складываться гармонично.

20-21 сентября, Дом Русского Зарубежья. А. Солженицын организовал вечер памяти, выставку и научную конференцию, посвященные 80-летию Василия Аксенова. Специально для «РГ» вдова Андрея Вознесенского писательница Зоя Богуславская делится воспоминаниями о своем друге и соратнике в «шестидесятники».

Он уехал в Штаты жарким июльским днем ​​1980 года.На даче в Переделкино было много людей. Все смеялись, травили шутки, но чувствовался привкус истерии от сознания, что, может быть, мы никогда не увидимся, все нарастало. Прощание совпало со свадьбой. Василий Павлович Аксенов вступил в новую жизнь. Впереди — необитаемая страна, новая женщина — Майя, которую он страстно любил, надолго победила.

В тот день все было переплетено: праздник любви, ожидание чуда и разлуки, горечь утраты — все было трагически непредсказуемо.Со свадьбы был снимок, где мы, наряженные Василием, стоим в объятиях на фоне его машины, делая вид, что все хорошо, что он наконец вырвался на свободу, впереди его свобода, новые ощущения и будни комфорт.

А за неделю до этого в нашей квартире с А. Вознесенским на Котельнической мы яростно спорим об их скором отъезде. Василий и Майя, я и Андрей с кривыми лицами бегали по комнате, бесполезно и опрометчиво обсуждая пути и смысл нынешней эмиграции.Вернется, не вернется? Если бы было дано заглянуть в книгу судеб … Лишь бы знать … Лишь бы знать? ..

Вы не сможете там, — бледнея, настаивает Андрей, — без элементов русского языка, когда лица, природа, запахи — все только в памяти. Вдобавок есть пруд пруди их знаменитостей.

Ничего подобного, — стиснув зубы, отвечает Майя, — там его прочтут. Он не услышит ежедневных угроз, телефонного звонка.Господи, только подумайте, что там кончится нытье на каждое слово, гонения цензуры! Американские издатели уже спорят, кто первым напечатает его новую книгу.

Ну да, — издеваюсь, — только 40 тысяч курьеров. Этого не будет! Каждая рукопись будет проходить через невыносимо медленный процесс заказа рецензий, а затем, даже если они полны энтузиазма, дождитесь оценки внутренних экспертов издательства.

Дело не в этом, Заята (Зоя), — бормочет Вася.«Здесь просто невозможно. Давят со всех сторон, дышать нечем.

Я знал, что за этими словами Аксёнова кроется жёсткая подоплека, связанная с выходом в свет романа «Ожог», самого значимого для него произведения за последние десятилетия. Запрещенная цензурой в наших журналах, она уже пользуется спросом у нескольких зарубежных издательств. Мучительные колебания автора были мучительны, он завел тайную переписку о возможном издании «Ожога» на Западе.Вскоре Аксенова вызвали в КГБ, где «по-дружески» предупредили: «Если эта антисоветская вещь выйдет за границу», то его либо посадят, либо выслают. Только согласие Аксенова на добровольную эмиграцию в течение месяца могло смягчить жесткую альтернативу. Угроза была реальной.

Мы хорошо помним, как десять лет назад Н.С. Хрущев громил выставки художников-абстракционистов, альманах «Тарусские страницы» и во время исторической встречи с интеллигенцией 8 марта 1963 года кричал, что вышлет Андрея Вознесенского из страны:

Почему вы рекламируете, что не состоите в партии? — вырвался вождь и замахал кулаком.- Посмотри, что ты, понимаешь! «Я не член партии!» Он хочет, чтобы мы создали какую-то беспартийную партию. Здесь, знаете ли, нет места либерализму, господин Вознесенский. Довольно! ..

И тут Хрущев увидел, что Аксенов не аплодирует: «А ты чего молчишь?» Перешел на Василия Павловича. «Отомсти за смерть родителей, Аксенов?» «Никита Сергеевич, мои родители живы, — тихо поправил его Василий Павлович. «Наша семья видит в этом вашу заслугу».

Хрущев бросил сердитый взгляд в сторону дезинформаторов, которые поставили его в глупое положение, и продолжил изучение.Этот перформанс «публичной» порки, возможно, единственный в советской культовой истории, объединил двух дерзких кумиров того времени на всю оставшуюся жизнь.

Впоследствии Аксенов подпишет одну из своих книг Вознесенскому: «Дорогой Андрей! Помнишь, как мы стояли с тобой под куполом Голубого зала, где мы оба так весело проводили время? С любовью, твой Вася».

И Вознесенский вспоминает этот момент в стихах: «Первая встреча: / дул чудовище — мы не косили. / Оба стояли перед онемевшей стихией./ Встреча вторая: над могилой черного отца / Я почувствовал твою руку, Василий. / … виноваты в тех условиях, в которых они были друзьями, / что город — венозные — реки отразили нас? «

Конечно, всплеск насилия Хрущева против двух молодых писателей не случаен. Подготовлен донос польской писательницы Ванды Василевской, которая при личной встрече с Хрущевым обвинила А. Вознесенского и В. Аксенова в идеологическом саботаже. Она процитировала интервью, которое они, находясь в Польше, дали своей ведущей газете, где осмелились утверждать, что «соцреализм» — не главный и не единственный метод советского искусства.

Таким образом, историческая встреча главы страны с интеллигенцией стала переломным моментом в жизни советских художников. Между «хрущевской оттепелью» 1961 года и «горбачевской гласностью и перестройкой» 1985 года была вырыта черная яма, в которую упал целый пласт выдающихся творцов поколения 60-70-х годов различных жанров и направлений.

После ареста и ссылки И. Бродского (1972) и А. Солженицына (1973) под жесточайшим давлением страны вытеснили: В.Войнович, Г. Владимов, Ю. Алешковский, А. Галич, С. Довлатов, М. Барышников, Р. Нуреев, М. Шемякин, Н. Макаров, Ю. Купер, О. Целков, Л. Збарский, И. Рабин, О. Иоселиани, П. Лунгин и многие другие ныне почитаемые классики ХХ века.

Аксеновы уехали в 1980 году, когда движение на Запад, казалось, несколько замедлилось. Однако на границе они пережили все издевательства со стороны чиновников, которые забирали рукописи, картины, магнитофоны, сопровождавшие вынужденных переселенцев…

Когда Аксенов приехал в Америку, наше общение не прекратилось. Так получилось, что его приезд в Нью-Йорк совпал с моим пребыванием в Колумбийском университете, два месяца я была приглашенным «приглашенным писателем» для работы над книгой «Американские женщины» … Одним из самых запоминающихся для меня был наш переезд. — в момент самой тяжелой драмы в жизни Аксенова. В тот день из газет и телефонных звонков он узнал, что лишен российского гражданства.

Мы сидим с ним в кафетерии профессоров Колумбийского университета.В США питание студентов и учителей раздельное. — Преступники! — кричит Аксенов, не обращая внимания на жующих сослуживцев. — Человека Родины нельзя лишать! .. Они хотят стереть мою жизнь за все прошедшие годы, мои книги, моих родителей, моё магаданское детство в Костромском детском доме, моего сына Лешку (Кит в своих рассказах), который продолжает жить в Союзе.

Мне не с чем спорить, полностью разделяю его возмущение. Потом мы долго бродили по темной набережной, мокрые ветки парка щекотали нам лица.Мы оба не знали, что отнятое гражданство было лишь эпизодом из долгой творческой жизни писателя Аксенова.

И вот он вернулся, стал жить в своей стране с Майей, в одном городе с детьми — Алешей и Аленой. Им дали квартиру в высотке на Котельнической набережной, и теперь мы с Андреем оказались прямо над ними.

Личная история, как оказалось, вернулась на круги своя …

Мы стали свидетелями начала романа Аксенова с Майей.Они приехали из Ялты поездом вместе с Беллой Ахмадулиной, всю дорогу веселились. Аксенов и Майя решили не расставаться, у обоих были семьи. Майя и Роман Кармен жили с нами в одном доме, все в одном небоскребе на Котельнической. Подружился с Майей, она часто в ужасе от ситуации ко мне прибегала. Казалось, ничто не говорит о ее разводе с Кармен, выдающимся режиссером-документалистом. Роман Кармен был своеобразной легендой, очевидцем испанских событий, другом Хемингуэя и Кастро, он запечатлел уникальные кадры Великой Отечественной войны.

Златовласая Майя вызывала восхищение в светском обществе своей молодостью, темпераментом и удивительно проницательным умом. Она ушла к Аксенову в разгар его позора, единственный его шикарный наряд на свадьбу привезла из Америки она. И с тех пор они ни разу не расставались. Его главная героиня «красавица» — всегда Майя в разных вариациях. В одной из своих пьес (кажется, в «Цапле») он изобразил Майю и всех нас девушками на любой вкус.

В конце 60-х, — вспоминал Аксенов, — поворот в моем отношении произошел отчасти из-за общего поколенческого похмелья (Чехословакия, брежневизм, тоталитаризм).Мне показалось, что я ускользнул от чего-то, что могло осветить мою жизнь и мое письмо. А потом, в 1970 году, в Ялте я познакомился с Майей. Мы пережили очень сильную романтическую любовь, а потом она переросла в духовную близость. Она знает меня как ненормального, я меньше ее, но мы оба, особенно сейчас, в преклонном возрасте, понимаем, на кого можно положиться …

Помимо московского жилья, у супругов Аксеновых на Западе было две рабочие квартиры — одна в Вашингтоне, другая на берегу океана в Биаррице, по сути, мастерская художника.

Шли годы, и почти все, кто пострадал из-за Метрополя, были вознаграждены временем. Почти все писатели вернулись, судьба поблагодарила их за преследование с повышенным вниманием со стороны окружающих, увеличением тиража книг, всеобщей любовью и спросом. Казалось, справедливость восторжествовала … Но кто знает, сколько идей, любви и ласки, опыта, утраченной радости общения и отсутствия творческих связей может стоить художнику эмиграция?

Белла Ахмадулина из Москвы жалуется в письме к Аксенову в Вашингтон: «Как все описать не в письме, которое заменяет все, что отнято в искусстве», увидеть, поговорить, поговорить и сделать оговорку, или всегда нужно писать письмо тебе? .. Наши! Простите за непоследовательность моих речей, моя мысль о вас — мое постоянное занятие, но с чего начать, чем закончить — не знаю »… Ее муж, художник Борис Мессерер, присоединяется к рифмам:« Вот и новый день. что я пришлю тебе / сообщу о раздирании сердца / когда пойду по снегу и по льду / через лес и пропасть между мной и тобой. «

«Васька, поздравляю тебя с днем ​​рождения», — пишет в другой раз Белла Ахмадулина. «Я очень скучаю по тебе и, как всегда, разговариваю с тобой» после сотен разделяющих верст.«А потом, когда я уже был тяжело болен, я поставил себе диагноз:« Душа одолела тело »…

Как вы оцениваете американский период своей жизни? — спрашиваю Аксенова перед его возвращением в Россию. «Я имею в виду университетское обучение, писательство, саму Америку.

Я посвятил 21 год своей жизни «Американскому университету», а точнее обучению русской литографии и своей фил-концепции мальчикам и девочкам (иногда почтенного возраста) из разных штатов и стран. Университетский кампус для меня самая естественная среда, но сейчас я уже подумываю о пенсии.Я не знаю, где буду проводить больше времени.

Помню наш более поздний разговор, когда он уже много времени провел в Биаррице и снова вернулся в Москву. По традиции сидим в ЦДЛ, пьем соки и воду. Существует множество версий того, как Василий Павлович «завязал». На самом деле, я уже не раз описывал, как лично был свидетелем его разговора с доктором, который мгновенно прекратил его возлияния. Сегодня он мог бы выпить бокал вина, не больше.

Аксенов поделил себя, свое время на несколько равных частей. «Мы живем в двух домах, — пояснил он, — в Вашингтоне и Москве. Теперь к этому же примыкает небольшой дом в Стране Басков. Вы постоянно забываете, где оставили свой свитер или брюки ». Майя, ты не знаешь, где мой костюм, тот, другой? А она отвечает: «Ты помнишь, Вася, где висит мой плащ, в Котельниках или в Фэрфаксе? «

Почему вы пишете лучше во французском Биаррице, чем в Москве?

Потому что в Биаррице у меня за столом только один собеседник, — улыбается Аксенов.- В России слишком много собеседников, и я болтаю. Иногда мне кажется, что писательство и эмиграция — довольно близкие понятия.

Ну правда. Но часто ты выглядишь совершенно счастливым. Когда, в какие моменты это происходит с вами?

В процессе написания романа, — предельно серьезно говорит Аксенов. — Пока пишу, абсолютно доволен. Мне довольно грустно, когда я прощаюсь с ним. Понимаете, в новом романе я создаю особенный мир и только из тех персонажей, которые мне интересны…

Не припомню, чтобы Аксенов был одет в повседневную одежду, в помятом костюме или в выстиранной рубашке. В его наряде всегда присутствуют «фирменные», известные лейблы. Я объясняю его стойкое увлечение фирменным стилем, технологиями, очаровательными женщинами теми лишениями в детстве, когда, может быть, в подростковом возрасте он стоял перед элегантной витриной магазина, как герои из сказки, мечтая, что когда-нибудь он тоже уметь все это покупать. Мог и купил.

Ваша личная жизнь влияет на ваше творчество? Факты биографии, аура сильной страсти? Помню, Юрий Нагибин говорил: «Каждый мой роман — это мой ненаписанный роман.«Тебе тоже?»

Я согласен, что каждый имеющийся роман (в данном случае любовное приключение) может превратиться в груду увлекательных страниц. Но к этому следует добавить, что неудавшееся любовное приключение может превратиться в груду еще более увлекательных страниц …

Думаю, что десятилетия после его возвращения в Москву были для покойного Аксенова самыми тревожными и плодотворными. Неиссякаемая творческая энергия (писал чуть ли не по роману за год), постоянное чувство востребованности и осознание того, что прежняя смелость ушла… Казалось, присутствие Аксенова в нашем искусстве и жизни, как в колонке светской хроники, было бесспорным, неоспоримым. Если бы я знал?

Не было длительных болезней, недомоганий, особых нервных срывов или депрессии … Внезапность тяжелого заболевания, мгновенно парализовавшего его деятельность, шокировала всех вокруг. Ему не удалось состариться. Природа сохранила в нем потребность в писательстве, внешней привлекательности и обаянии, незаурядный писательский талант. В 75 лет он ежедневно включал в свой распорядок утреннюю пробежку по Яузской набережной, напряженный ритм любителя джаза, легко бил мячом в баскетбольную корзину и каждый день планировал несколько страниц текста на Mac.

В тот роковой день он ехал на машине со своим редактором, когда внезапно у него отключился мозг, он потерял сознание, автомобиль занесло, и только чудо спасло пассажиров от смертельного столкновения на проезжей части. Товарищ вызвала скорую, Василия Павловича поместили в Таганскую районную больницу, а затем в институт. Склифосовского, где удалили тромб головного мозга.

В последние месяцы находился в клинике Бурденко у академика А.Н. Коновалов. Сам Александр Николаевич и лечащий врач невропатолог Владимир Найдин все делали с использованием последних достижений мировой медицины, но все было бесполезно. Он провел много месяцев в коме, из которой так и не вышел.

Я рядом с ним в бункере клиники Бурденко для «забывчивых». Невозможно поверить, что Аксенов так долго пролежал здесь без сознания. Спокойное лицо, легкий румянец, почти нетронутые густые волосы. Тело мужчины, которое, казалось, сохранило силу мускулов и обаяние.Это как оболочка человека, из которого вынуты личность, биография, сильнейшие увлечения. А я сижу рядом, листаю про себя страницы его жизни.

Поговори с ним, Зоя, поговори с ним, — наставляла меня дочь Майи, очень любившая Василия Павловича, Алена. Именно она сидит рядом с ним много часов. Она уверена, что это пока временно, он проснется и обнаружит, что слышал все, все, что ему транслировали, пока он был в коме.Следуя ее указаниям, я смотрю на простершееся тело Аксенова, усеянное проводами, и сообщаю ему последние новости. Я подробно излагаю сплетни вокруг «Таинственной страсти», которые ему удалось прочесть в «Караване рассказов» в урезанном виде. Бум энтузиазма и возмущения вызвало признание карикатурных прототипов в романе. Но автор об этом не подумал. Ему было написано, что полет фантазии унес его далеко от реальности. Некоторые обиды продолжились и после смерти Василия Павловича.Его изобретения у нас с Андреем вызывали только умиление.

Я помню его в то время, когда была еще жива его мать — пожалуй, самая судьбоносная личность в становлении Аксенова-писателя. Как человек, Василий Павлович был построен по первым впечатлениям от костромского детского дома для детей «врагов народа», затем из Магадана, где он поселился в 12 лет со своей ссыльной матерью Евгенией Семеновной Гинзбург. По словам Василия Павловича, круг реальных героев «Крутого пути» (сочиненного его матерью) состоял из выдающихся людей того времени: репрессированных ученых, политиков, художников, которые образовали своеобразный «салон», содержание которого рассуждал на самые высокие темы.Влияние этого рассуждения на детское сознание трудно измерить.

Еще в юности, — рассказывает он, — у мамы появилась склонность создавать вокруг себя своего рода «салон» мыслящих людей. Первый такой салон, в котором участвовал профессор Эльвов, ссыльный в Казань троцкист, стоил ей свободы.

Читатель «Крутого пути» найдет такой салон Гинзбурга в бараках лагеря. В лагерной ссылке, в Магадане, возник еще один салон, уже международного класса… Советская молодежь Вася Аксенов был просто ошеломлен в таком обществе: «Я и представить себе не мог, что такие люди существуют в реальной советской жизни … Мы с мамой сразу подружились. Она открыла мне одну из главных советских тайн — существование «Серебряного века». Кроме того, она познакомила меня с кумиром своей юности Борисом Пастернаком.

К концу школы я знала наизусть многие его стихи, которые нигде нельзя было достать в печати … Кроме того, я узнал от нее, как жульничать с властью, то есть как находить «человеческие качества» «в» советских людей.«

Был короткий период, когда мне довелось довольно близко пообщаться с Евгенией Семеновной Гинзбург. Она жила в Переделкино на даче сценариста Иосифа Ольшанского. Его крыльцо сливается с березками и соснами огромной территории. На этом крыльце она прочитала мне последнюю главу «Крутого пути», которая после ее смерти так и осталась документом эпохи …

В это время в Переделкино почти каждый день приезжала влюбленная в него Майя. Мы уже знали, что Евгения Семеновна смертельно больна самой страшной болезнью века; витамины, овощи и фрукты были необходимы для стабильности ее состояния.Майя принесла свежевыжатый морковный сок и еще кое-что, что приготовила сама. Они сблизились, что сыграло важную роль в браке.

Сам Аксенов имел необычайно близкие отношения с матерью. Его любовь к ней, его готовность брать на себя самые сложные ситуации — редкий подарок. И, пожалуй, большим подвигом сына было путешествие с мамой на машине по Европе в последний год ее жизни. Скрывая отчаяние, он осуществил мечту Евгении Семеновны и вернул ей то, что по праву лишило ее жизни.Последнее путешествие она путешествовала с сыном, общалась с друзьями во Франции, Германии, наслаждалась оригиналами мировых шедевров в музеях. Они уехали и вернулись в Париж, в тот же отель, где был я — L Eglon (Орленок), окна которого выходят на кладбище Монпарнас. Я смотрел их последний праздник, и как оба были счастливы!

Ее похоронили холодным майским днем ​​77-го, лил дождь, людей было немного. Поразительно, что не было тех, кто бы присутствовал, если бы не дождь.

Аксенов держался мужественно, время от времени отворачиваясь от провожающих, прижимался лицом к дереву, плечи его дрожали. Для него навсегда уходила та часть жизни, которая была связана с семьей, которая попала под каток сталинских времен. Он попрощался со своей матерью, которая стала тем судьей и защитницей его жизни, которую никто не может заменить.

Я надеюсь, что сапог, который когда-то дал мне пинок под зад, больше не вырастет на моей родине », — смеется он.

Если бы вы не писали, что бы вы делали? — Я спросил его.

Честно говоря, даже представить себе не могу …

Сейчас Василию Павловичу будет восемьдесят лет.

Вознесенский Андрей — об Аксенове

«Вот уже 20 лет наша страна слушает конфессиональный монолог Аксенова, внимательно слушает — дети стали отцами, села — городами, проселочные дороги — шоссе, небеса — повседневностью,« мода »стала классикой — но голос остался той же чистотой, он не изменил нас, художника, ленту нашего существа, мы не предали его.

Аксенов — магнитофон, почти не прошедшая цензуру запись сегодняшнего времени — город, человек, душа. Однажды я написал ему стихи к его сорокалетию … «Сокололетний Василий! / Сирин джинс, художник в полете и силе / ржавыми джинсами ты усами обулся, Василий, / молодость свою сбиваешь … / Ой». коронованное имя — Василий ».

Крымские чиновники в соответствии с российским законодательством отчитались о своих доходах за прошлый год … Глава действующего правительства Крыма Сергей Аксенов также обнародовал информацию о финансовом положении.Но на этот раз внимание привлекли не его доходы, а колонки, заполненные супругой крымского премьера. Елена Аксенова задекларировала почти 33 миллиона российских рублей (более 15 миллионов гривен), и теперь ее можно назвать одной из самых богатых крымчан.

Копии документов, которые должностные лица подают по месту работы, не являются общедоступными. Таким образом, узнать о финансовом и имущественном положении крымских чиновников можно только из той информации, которую они сами публикуют.Нет полной информации, например, об их банковских счетах или кредитных обязательствах. В этой информации также отсутствуют данные о бизнес-активах членов семей чиновников.

Согласно обнародованной информации Сергея Аксенова , его семья имеет три квартиры, ряд жилых помещений, два земельных участка, дом и автомобиль BMW. Много лет владелицей всего имущества числилась жена крымского премьера.А сам живет на одну зарплату — чуть больше 200 тысяч рублей (более 90 тысяч гривен) в месяц.

Кстати, в 2015 году Аксенов своим указом внес 50% зарплаты и премий в целях экономии бюджетных расходов. Тогда его зарплата составляла 117 тысяч рублей (около 51 тысячи гривен) в месяц. Ситуация, видимо, изменилась в прошлом году, и теперь глава подконтрольного России правительства Крыма получает полную зарплату с бонусами.

Елена Аксенова в свою очередь, помимо многочисленного имущества, декларирует еще почти 33 миллиона рублей доходов за прошлый год.

«Мне нужен какой-то бизнес»

Раньше доход семьи Аксеновых был намного скромнее. В декларации Аксенова за 2011 год — кандидата в народные депутаты Украины — указано, что их общий годовой доход с женой составлял 1 миллион гривен. По курсу того периода это около 3 миллионов российских рублей.

Аналогичные суммы доходов Елены Аксеновой фигурируют в информации о доходах Аксенова за 2014 и 2015 годы.Но прошлый год оказался для супруги главы крымского правительства гораздо более успешным — ее доходы, по сравнению с предыдущими, выросли в 10 раз.

План, который у меня всегда был внутри, — как я буду жить после выхода на пенсию.

Мы пытались связаться с Еленой Аксеновой, чтобы узнать, как ей удалось так много заработать и что именно принесло ей такой доход. Однако через своего помощника она сообщила, что не сможет общаться с нами в ближайшее время из-за занятости, но в будущем она рассмотрит такую ​​возможность.

Ранее Елена Аксенова сообщила крымским журналистам, что еще со школы хотела создать бизнес, чтобы обеспечивать себя в старости. «План, который у меня всегда был внутри, — это то, как я буду жить после выхода на пенсию. Я понимал, что государство не способно меня обеспечить. Я не шучу, буквально со школьного возраста я понял, что мне нужен какой-то бизнес, благодаря которому я могу нормально существовать, достойно, уважая себя. Я никогда не рассматривала ни наемную работу, ни госслужбу », — сказала она в интервью телеканалу« Евпатория ».

«Основная строчка — все на жену вешать»

До российской аннексии Крыма семья Аксеновых зарабатывала деньги, сдавая в аренду собственную недвижимость. Кроме того, Сергей Аксенов работал в ООО «Эскада», которым владела его свекровь Людмила Добрыня (сейчас она — Общественная палата Крыма). Фирма занималась розничной торговлей и ресторанной деятельностью. В украинском реестре она по-прежнему числится действующей, но в российском реестре такой крымской компании уже нет.

Сейчас Елена Аксенова позиционирует себя как общественный деятель — она ​​возглавляет общественную организацию «Русское единство», реорганизованную из бывшей политической партии Сергея Аксенова. Также она владеет несколькими крымскими предприятиями, которые работают в сфере недвижимости, торговли и производства. Это также связано с новой сетью ресторанов, которые недавно открылись в Симферополе и на Южном берегу Крыма.

В 2014 году Елене Аксеновой выдано свидетельство частного предпринимателя с видом деятельности «аренда и управление нежилым недвижимым имуществом».То есть она продолжает сдавать недвижимость, как и до событий «Крымской весны». Но даже с таким набором бизнес-активов возможность заработка 33 млн рублей сомнительна, считают общественные деятели.

«В заявлении Аксенова написано желание легализовать хоть что-то из того, что входит в систему взяток, что воруют и так далее. Елена Аксенова никогда ничего не делала, кроме того, курировала создание памятника Екатерине в Симферополе.Больше ничем она не прославилась и никакого бизнеса не создавала. А главная линия Сергея Аксенова — вешать на жену все: имущество, землю и рубли. А теперь пусть доложит, где она взяла », — говорит глава русских коммунистов в Крыму Леонид Грач .

«(2004 г.)

Василий Павлович Аксенов (20 августа, Казань — 6 июля, Москва) — русский писатель, драматург и сценарист, переводчик, педагог.

В 1960-е годы произведения В. Аксёнова часто публиковались в журнале «Юность». Несколько лет он был членом редколлегии журнала. Приключенческая дилогия для детей: «Дедушка — памятник» (1970 г.) и «Сундук, в который что-то стучится» (1972 г.).

Рассказ о Л. Красине «Любовь к электричеству» (1971) относится к историко-биографическому жанру. Экспериментальное произведение «Поиск жанра» написано в 1972 году (первая публикация в журнале «Новый мир»; в подзаголовке с указанием жанра произведения также помечено «Поиск жанра»).

В 1970-е годы, после окончания «оттепели», произведения Аксенова перестали публиковаться на его родине. Романы «Гори» (1975) и «Остров Крым» (1977–1979, частично написаны во время пребывания в Коктебеле) были созданы автором с самого начала, не рассчитывая на публикацию. В это время критика Аксёнова и его произведений становилась все более резкой: использовались такие эпитеты, как «несоветский» и «нелюдейский». В 1977–1978 годах работы Аксенова стали появляться за рубежом, прежде всего в США.

В 1978 году В. Аксенов вместе с Андреем Битовым, Виктором Ерофеевым, Фазилем Искандером, Евгением Поповым и Беллой Ахмадулиной стал организатором и автором не прошедшего цензуру альманаха «Метрополь», который никогда не публиковался в советской цензурированной прессе. Альманах издан в США. Все участники альманаха были «проработаны». В знак протеста против последующего исключения Попова и Ерофеева из Союза писателей СССР в декабре 1979 года Аксёнов, а также Инна Лиснянская и Семен Липкин заявили о выходе из СП.История альманаха описана в романе с ключом «Скажи изюм».

В эмиграции

22 июля 1980 г. выехал по приглашению США, после чего был лишен советского гражданства. До 2004 года жил в США.

После 1991 г.

Последние годы жизни он жил с семьей в Биаррице (Франция).

Награды
Медиа-файлы на Викискладе?
Американская мечта о плавильном котле наций рухнула.Есть диктатура меньшинств — тоталитаризм от противного … есть настоящий культ меньшинств. Я понимаю, что за этим стоит двухвековая демократическая традиция, но это другая крайность, самоубийственная для демократии. Принадлежность к сексуальному или национальному меньшинству не кажется мне доминирующей личностью.

Могила Аксенова на Ваганьковском кладбище.

Книга воспоминаний «Яблоко ока» (2005 г.) носит характер личного дневника.

Болезнь и смерть

Василий Аксёнов похоронен 9 июля 2009 года на Ваганьковском кладбище в Москве.

Сопутствующие рейтинги

«Аксёнов всегда был в моде. Ему удалось то, о чем мечтают все писатели — перейти черту поколений. Он покорил всех — романтических читателей журнала «Юность», бородатых диссидентов и сегодняшнюю Россию »(Александр Генис).

Аксёнова в то время называли знатоком городской жизни. «Есть« сельчане », а в городе он, Аксенов.»(Георгий Садовников. Мой одноклассник Вася /« Василий Аксенов — одинокий бегун на длинные дистанции »).

« Аксенов в Америке остался известным писателем для узкого круга. Подозреваю, что он хотел быть автором американского бестселлером и очень расстроился, что ничего не вышло. По-моему, даже теоретически не могло получиться. Чтобы создать американский бестселлер, надо писать плохо и про ерунду. Но этот Аксенов, при всех его усилиях, не сможет. »(Анатолий Гладилин.Аксёновская сага).

«Талантливая женщина с белыми руками. Я не нюхал жизни … »(Виль Липатов).

Награды, почетные звания, призы

В США В. Аксенову присвоено почетное звание доктора гуманитарных наук. Он был членом ПЕН-клуба и Американской лиги писателей. Почетный член Российской Академии художеств.

Память

В Казани отреставрировали дом, в котором писатель жил в подростковом возрасте, а в ноябре 2009 года здесь был создан Музей его творчества.

В 2017 году к 85-летию Василия Аксёнова начал работу портал «Аксёнов остров».

Книги об Аксёнове

Исследования В.П. Творчество Аксёнова

  • 1998 — Торунова Галина Михайловна. Эволюция героя и жанра в творчестве Василия Аксенова: от прозы к драме. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2005 — Карлина Наталья Николаевна. Американский миф в американской и русской литературе второй половины ХХ века: Э.Л. Доктороу и В. Аксёнов. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2006 — Маликова Татьяна Александровна. Творчество В. Аксёнова 1960–1990-х годов в англоязычной литературной критике и критике. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2006 — Попов Илья Владимирович. Художественный мир произведений Василия Аксенова. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2007 — Чернышенко Ольга Васильевна.В.П. Романы Аксенова: жанровое своеобразие, проблема героя и особенности авторской философии. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2009 — Елена Юрьевна Барруэло-Гонсалес. Роман В. П. Аксёнова «Московская сага». Жанровая проблема. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.
  • 2009 — Щеглов Юрий Константинович. «Затяжная бочка» Василия Аксенова.
  • 2011 — Аксёнова Виолетта Владимировна.Жанровое своеобразие прозы В. Аксёнова 1960-1970-х гг. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук.

Семья

  • Сестра (по отцу) — Аксенова Майя Павловна (1925-2010), педагог-методист, автор методических и учебных пособий по обучению русскому языку.
  • Брат (по матери) — Федоров Алексей Дмитриевич (1926-1942), погиб во время блокады Ленинграда.
  • Приемная дочь матери — актриса Антонина Павловна Аксенова (оригинальная фамилия Хинчинская, 1945 г.р.).
  • Первая жена — Кира Людвиговна Менделева (1934–2013), дочь командира бригады Лайоша (Людвига Матвеевича) Гавро и внучатая племянница известного педиатра и организатора здравоохранения Юлии Ароновны Менделевой (1883-1959), основателя и первого ректора. (1925-1949).
    • Сын — Аксёнов Алексей Васильевич (1960 г. р.), Художник-постановщик.
  • Вторая жена — Майя Афанасьевна Аксёнова (1930-2014), урожденная Змеул, дочь номенклатурного работника Афанасия Андреевича Змеула, в конце жизни возглавлявшего международное торговое объединение «Международная книга».В первом браке Овчинникова, во втором браке замужем за Р.Л.Кармен, окончила Всесоюзную академию внешней торговли, работала в Торгово-промышленной палате, преподавала русский язык в США.

Избранные произведения

Проза

Скрипты для фильмов

  • 1962 — Когда мосты подняты
  • 1962 — Коллеги
  • 1962 — Мой младший брат
  • 1966 — Путешествие (киноальманах)
  • 1967 — Бурная жизнь на юге
  • 1970 — Мастер
  • 1972 — Мраморный дом
  • 1975 — Центр с небес
  • 1978 — Пока безумная мечта
  • 2007 — Татьяна
  • 2009 — Шут

Пьесы

  • 1965 — «Всегда в продаже»
  • 1966 — «Твой убийца»
  • 1968 — «Четыре темперамента»
  • 1968 — «Аристофан с лягушками»
  • 1980 — «Цапля»
  • 1998 — «Горе, горе, гори»
  • 1999 — «Аврора Горелика»
  • 2000 — «Ах, Артур Шопенгауэр»

Экранная адаптация

  • 1962 — Коллеги
  • 1962 — Мой младший брат (по роману «Звездный билет»)
  • 1966 — Путешествие (киноальманах по рассказам «Папа, сложи!», «Завтраки сорок третьего года», «На полпути к Луне»)
  • 2004 — Московская сага (сериал)
  • 2016 — Таинственная страсть (сериал)

Библиография

  • Аксенов В … «Коллеги» — М., советский писатель, 1961г. — 150 000 экз.
  • Аксенов В. … «Катапульта» — М., советский писатель, 1964. — 30 000 экз.
  • Аксенов В. … «Пора, дружище, пора». — М., Молодая гвардия, 1965. — 115 000 экз.
  • Аксенов В. … «На полпути к Луне». — М., Советская Россия, 1966. — 100 000 экз.
  • Аксенов В. … «Жалко, что тебя не было с нами» — М., советский писатель, 1969. — 384 с., 100 000 экз.
  • Аксенов В … «Любовь к электричеству». — М., Политиздат, 1971. — 200 000 экз .; 2-е изд. 1974г. — 200000 экз.
  • Аксёнов В. «Дедушке памятник». — М., Детская литература, 1972., 208 с., 100 000 экз.
  • Аксёнов В. Сундук, в который что-то стучит. — М .: Детская литература, 1976
  • Аксенов В. Aristophaniana с лягушками. — Анн-Арбор, Ардис, 1981
  • Аксенов В. «Остров Крым». — М., Огонек, 1990. — 200000 экз.
  • Аксенов В. Горький. — М., Огонек, 1990. — 200000 экз.
  • Аксенов В … «В поисках грустного ребенка» — М., МАИ — «Текст», 1991. — 320 с., 100 000 экз. ISBN 5-85248-149-1
  • Аксенов В. Моему дедушке памятник. Кемерово, 1991
  • Аксенов В. Свидание. — М .: Текст-РИФ, 1991
  • Аксёнов В. «В поисках грустного ребенка» «Две книги об Америке». — Независимый альманах «Конец века», 1992 г. — 50 000 экз.. — ISBN 5-85910-011-8.
  • Аксенов В … Московская сага. В 3 кн. — М., Текст, 1993-1994 гг., — 50 000 экз.
  • Аксёнов В. «Право на остров». — М., Московский рабочий, 1991. — 624 с. — 75000 экз. — ISBN 5-239-01222-9.
  • Аксёнов В. Московская сага. Книга. 1 «Поколение зимы». — Изограф. — ISBN 5-94661-100-3.
  • Аксёнов В. Московская сага. Книга. 2 «Война и тюрьма». — Изограф. — ISBN 5-94661-101-1.
  • Аксёнов В. Московская сага. Книга. 3 «Тюрьма и мир». — Изограф. — ISBN 5-699-09247-1.
  • Аксёнов В. «Положительный герой отрицательный». — Вагриус-Изограф, 1996. — 304 с., 10 000 экз. — ISBN 5-7027-0336-7.
  • Аксёнов В. «Положительный герой отрицательный». — Вагриус-Изограф, 1998. — 304 с., 5000 экз. — ISBN 5-7027-0336-7.
  • Аксёнов В. ISBN 5-699-10246-9.
  • Аксёнов В. «Гибель Помпеи.»- Изограф. — ISBN 5-699-11561-7.
  • Аксёнов В. «Апельсины из Марокко» — М., Изограф-ЭКСМО-пресс, 2000
  • Аксёнов В. «Ищу грустного ребенка». — М., Изограф — Эксмо-пресс, 2000
  • Аксёнов В. «Кесарево сечение». — Изографус-ЭКСМО-пресс, 2001. — 640 с. — 15 000 экз. — ISBN 5-87113-116-6.
  • Аксёнов В. «Вольтеряне и вольтеряне». — Изограф. — ISBN 5-94661-092-9.
  • Аксёнов В. «Апельсины из Марокко» — М., Изограф-ЭКСМО-пресс, 2001
  • Аксёнов В. «Звездный билет» — М., Изограф-ЭКСМО-пресс, 2001
  • Аксёнов В. Затоваривание бочек. — М., Изограф-ЭКСМО-пресс, 2001 г. — 416 с., 10 000 экз.
  • Аксенов В. Рассказы. — М., ЭКСМО, 2002 (Антология сатиры и юмора России XX в. Т. 21)
  • Аксёнов В. Затоваривание бочек. — М., Изографус-ЭКСМО, 2002 г. — 494 с., 4 100 экз.
  • Аксёнов В. «Ищу грустного ребенка». — М., Изографус — Эксмо-пресс, 2002
  • Аксёнов В. «Апельсины из Марокко» — М., Эксмо-Изографус., 2003. — 494 с., 5100 экз.
  • Аксенов В. Яичный желток. — М., Изографус-ЭКСМО., 2003 г. — 672 с., 5000 экз.
  • Аксенов В … «Американская кириллица» — М., НЛО, 2004. — 548 с., 3000 экз.
  • Аксёнов В. «Редкие земли». — ЭКСМО. — ISBN 978-5-699-20816-6.
  • Аксёнов В. «Москва Ква-Ква».- ЭКСМО, 2006. — ISBN 5-699-14718-7.
  • Аксёнов В. «Десятилетие клеветы». — Изографус-ЭКСМО, 2004. — 7 100 экз. — ISBN 5-94661-091-0.
  • Аксёнов В. «Ищу грустного ребенка». — М., Изограф — Эксмо, 2005. — 7000 экз.
  • Аксёнов В. «Яичный желток» — Изограф — ЭКСМО, 2005. — 7000 экз. ISBN 5-94661-111-9
  • Аксенов В. З. бочки отремонтированные. — М., Изограф-ЭКСМО, 2005, 448 с., 4 100 экз.
  • Аксёнов В.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *