Глазырина анастасия александровна – ᐈ Глазырина Анастасия Александровна 💊 Отзывы, врач Педиатр , где принимает и цена

Автор: | 22.07.2020

Глазырина Анастасия Александровна врач педиатр, пульмонолог. Запись на прием, отзывы, цены, где принимает в Москве на MedBooking.com

X

На данный момент запись к врачу не производится!

Пожалуйста, выберите другого педиатра, пульмонолога из списка.

Москва, 4-й Добрынинский пер., 1/9
  • Добрынинская
  • Серпуховская
  • О враче
  • Отзывы
  • Услуги
  • Где принимает

О враче

Глазырина Анастасия Александровна доктор проводит терапию при таких патологиях, как: ринит, бронхит, пневмония, тонзилит, ларингит, фарингит. Для выявления заболеваний подобного рода Анастасия Александровна проводит такие обследования: флюорография, рентген дыхательных путей, эхокардиография, компьютерная томография и другие.

Где принимает

medbooking.com

«И детей, и родителей надо настраивать на чудо!» » Библиотека врача

Через отделение кардиологии и пульмонологии Морозовской больницы в год проходят почти 3 тыс. больных детей. И треть из них – дети, больные ревматологическими заболеваниями. Особые дети, особые болезни. И особые медики. Об этом и других аспектах работы отделения наш разговор с заведующей отделением, врачом-педиатром 1-й категории Анастасией Глазыриной.

– Анастасия Александровна, расскажите, пожалуйста, о возможностях отделения, и кто ваши самые частые пациенты…

– В отделении кардиологии и пульмонологии Морозовской больницы на 2-м этаже 21-го корпуса 60 коек, это 17 палат. Работают у нас также кабинет ЭКГ, ЭхоКГ, УЗИ, спирометрии, антицитокиновый кабинет, есть учебная аудитория на 25 человек. Ведущий наш профиль – ревматологический. Это дети с аутоиммунными и аутовоспалительными заболеваниями. Вот смотрю по историям болезней: ревматология, болезнь Рейтера, узелковый полиартериит, ювенильный полиартериит, системная красная волчанка, системный склероз, вызванный ЛС и химическими соединениями, ювенильный дерматомиозит, болезнь Бехчета, полимиозит, синдром Рейно и другие аутоиммунные заболевания. Это часто редкие и очень тяжелые болезни. Сейчас в отделении лежат двое детей с дерматомиозитом – одному 17 лет, а другой – 8. Болезнь встречается в 4 случаях на 100 000 населения.

Возраст детей, получающих медицинскую помощь в отделении, от 1 месяца до 18 лет. До 13% детей – это дети до 1 года, примерно столько же детей от 1 года до 3 лет и 73% детей старше 3 лет. И в прошлом, и в этом году в отделении остается высокий процент детей до 3 лет, причем у нас сохраняется тенденция к увеличению числа детей до 3 месяцев. В целом за 2 последних года количество детей, которых мы пролечили, увеличилось вдвое: с 1697 до 3295. Ежедневно в отделении лечатся около 50 пациентов, но если посчитать тех, кто приходит на консультации, на амбулаторное лечение, то получится вдвое больше.

– Ваши коллеги?

– С 2015 года в отделении работают вместе со мной врачи-специалисты: ревматолог, кардиолог, пульмонолог и 11 медицинских сестер. Есть два доктора-ревматолога на амбулаторном приеме. И эти же доктора выписывают рецепты на льготные лекарства. По профилю «ревматология» все льготное обеспечение лекарствами в Москве полностью обеспечиваем мы. И рецепты, и регистр ведем, контролируем заявки, закупки, наличие препаратов в аптеке, у нас в отделении можно и ввести этот препарат, поскольку они частично подкожные, частично – внутривенные.

– Вы говорите, что болезни достаточно редкие и требуют внимания и особых знаний. Есть ли они сегодня у педиатров в поликлиниках Москвы?

– На сегодняшний день в Москве таких детей лечится около 280 человек. Но их должно быть больше, есть недовыявляемость, по сравнению с мировой статистикой. Всего с такими болезнями в регистре около 700 человек, а должно быть 1200. Врачам в поликлиниках нужно больше читать и быть внимательнее, они пропускают таких детей. Мы с окружными ревматологами раз в месяц собираемся на доклад и разбор клинического случая. Таких больных мало, это же редкие заболевания, и их интересно посмотреть всем, не только ревматологам. Дети с такими патологиями могут болеть годами, вот была у нас такая девочка на амбулаторном приеме, болела потихонечку 4 года! А это была волчанка. Потом у нее начали болеть суставы, выпадать волосы... Есть у кого поучиться. Наше отделение – база кафедры детских болезней Российского университета дружбы народов (зав. кафедрой д.м.н. профессор Д.Ю. Овсянников), и мы всегда готовы общаться с коллегами.

– А болезни изменяются? Каких стало больше? Каких меньше?

– Из заболеваний мы чаще стали встречать ревматизм, хотя было мнение, что его вообще не стало. Самый настоящий, с поражением суставов, сердца и ЦНС.

В 2015 г., по сравнению с 2014 г., почти на четверть у нас увеличилось количество пролеченных больных кардиологического профиля. Ежедневно таких пациентов бывает в среднем 16 человек. В группе кардиологических больных преобладают дети с нарушением ритма сердца и врожденными пороками сердца. Это дети преимущественно грудного возраста, поступающие чаще по скорой помощи для коррекции недостаточности кровообращения и для подготовки к операциям.

Обращает на себя внимание увеличение количества детей с ювенильным ревматоидным артритом, вероятно, связанное с применением генно-инженерной биологической терапии. Также увеличился список нозологий по профилю ревматология, появились более тяжелые заболевания, требующие длительного нахождения в стационаре и дальнейшего наблюдения ревматолога. За 2015 год увеличение составило в 2 раза, ежедневное количество больных выросло на 80% и составило в среднем 18 человек. И в отделении их стало больше, и назначаем мы аутоиммунной терапии, соответственно, больше.

Впервые в МДГКБ на территории РФ было проведено лечение болезни Кавасаки генно-инженерным биологическим препаратом Этанерцепт.

В 2015 г. стало больше больных по профилю «Пульмонология» на 94,3%, что составляло 918 пациентов. При анализе группы бронхолегочных больных обращает внимание высокий уровень заболеваемости детей обструктивными бронхитами, бронхиальной астмой. Увеличилось количество больных с пневмонией. В отделении мы применяем современные методы обследования и лечения бронхиальной астмы и бронхообструкции: используем небулайзерную терапию беродуалом и пульмикортом с последующим переводом на базисную терапию. Значительно уменьшилось применение инфузионной и антибактериальной терапии при лечении обструктивного бронхита и бронхиальной астмы. Но в целом количество пневмоний, особенно у детей старше 3 лет, увеличилось. Стартовую терапию пневмонии начинаем с назначения внутривенно защищенных пенициллинов, проводим оценку эффективности лечения в течение 3 дней, и затем переходим на пероральный прием лекарств.

– А почему так много пневмоний у детей?

– Высокая заболеваемость бронхолегочной патологией у детей связана, скорее всего, с неблагоприятными экологическими факторами, характером питания, неблагополучной домашней обстановкой в семьях (родители курят, содержат домашних животных и птиц), в ряде случаев в семьях плохие жилищно-бытовые условия: холодные сырые квартиры, «грибок» на стенах. Приходится признавать, что высок процент внутриклеточных и внутриутробных инфекций, в популяции наблюдаем рост генетической предрасположенности к заболеваниям аллергического характера. Не секрет, что население бесконтрольно использует медикаменты, мало́ взаимопонимание между педиатром в поликлинике по месту жительства и родителями пациента. Ну, и сохраняется высокая заболеваемость острыми аллергическими реакциями, в основном за счет пищевой аллергии и обструктивных бронхитов. Обязательно нужно повышать образовательный уровень родителей по вопросам детского питания и здорового образа жизни.

– С какими аллергическими заболеваниями чаще сталкиваетесь?

– В этой группе преобладают дети с отеками Квинке и крапивницей. Увеличилось количество детей, которым необходимо проведение инфузионной терапии и назначение ГКС коротким курсом. В подавляющем большинстве случаев причина развития таких заболеваний – пищевая аллергия, что, несомненно, требует проведения соответствующей санитарно-просветительной работы среди родителей. Нельзя отказываться от «школ матерей» на базе детских поликлиник, пренебрегать научно-популярной литературой, образовательными передачами по радио и телевидению.

Я бы еще отметила, что с 1983 г. в отделение поступают дети с укусами животных различной локализации для введения антирабических препаратов: антирабического иммуноглобулина, концентрированной культуральной антирабической вакцины (КоКАВ) для профилактики бешенства. Но в настоящее время антирабическая вакцинация детей осуществляется на койках скорой помощи в приемном отделении, именно с этим связано уменьшение детей в отделении. В большинстве случаев эти дети имеют неблагополучный преморбидный фон (различные аллергические заболевания в анамнезе, хроническую соматическую патологию, заболевания нервной системы), что требует особой осторожности при проведении антирабической вакцинации и наблюдения за ребенком в поствакцинальном периоде.

– Анастасия Александровна, схожи ли стандарты лечения в Морозовской больнице и, скажем, в стационарах западных стран? И только ли дети из Москвы к вам попадают в отделение?

– Мы лечим и теми же препаратами, и те же обследования больным детям назначаем, и статистика по стационару у нас такая же, как в западных странах. И осложнения у наших детей точно такие же. Сейчас в отделении лежит ребенок с системной формой ревматоидного артрита с тяжелым аутоиммунным осложнением – синдромом активации макрофагов. В мире 2% артритов осложняются этим тяжелым заболеванием. И у нас тоже получается 2%. Лечат болезнь циклоспорином, иммуносупрессантами, преднизолоном, и мы также лечим, и лаборатория у нас круглосуточная, такая же. Мониторируем результаты и меняем дозы лекарств на ходу, если нужно, вот я вчера дозу ребенку меняла в 21.00, по результатам анализа, и ему стало лучше. Детей из региона мы тоже лечим, никому не отказываем. Как правило, из регионов просто звонят. Я, к примеру, знаю ревматологию Тверской области, знаю, какие больные есть в Грозном и Владикавказе, в Сочи, в Ростове-на-Дону, в Подмосковье практически всех знаем. А что касается лекарственного обеспечения для них, есть нюансы, и иногда обращаемся в благотворительные фонды, этот путь работает. К примеру, есть фонд «Кораблик», я в соцсетях поддерживаю его начинания, они за идею настоящие борцы.

– А как Вы сами оказались в отделении?

– Оказалась случайно. Закончила я лечебный факультет Первого медицинского, я – «взрослый доктор» по образованию, и к Морозовской больнице отношения не имела. В ординатуре была от Департамента здравоохранения, и в 2008 г. должна была распределиться в Измайловскую больницу. А ездить мне надо было далеко, из Медведково. И вот на распределении предложили мне поближе ездить, в Морозовскую, и отправили в отделение для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Я там, в отделении, очень испугалась, я же вообще больных детей не видела. Но меня уговорили остаться на полгода, вот так и осталась. Потом после ординатуры в этом отделении врачом я проработала 3 года, затем в отделении у «грудничков». А когда заведующая отделением ушла в декрет, меня попросили на несколько месяцев ее заменить. И вот я здесь четвертый год, а доктор уже за вторым ребенком пошла в декрет. Отделения ревматологии здесь не было раньше, это уже организовывали мы с Гаянэ Гайрегиновной Тарасян, ревматологом нашим, она – хороший и опытный уже специалист. Нам дали эти койки, взяли мы на себя ведение регистра, амбулаторный прием. В общем, работа тут круглосуточная, когда кого-то нет, мы друг друга заменяем, всю документацию ведем. Еще есть наука, но времени на нее не хватает. В ближайшие дни едем в Крым, это уже вторая поездка по передаче опыта, были там с лекциями, а сейчас в Севастополь в больницу поедем. Потом поездка в Смоленск, затем сессия у студентов начинается в институте, где я – преподаватель, зачеты в отделении...

– Вижу много подростков в отделении, как с ними справляетесь?

– У нас общение с детьми простое, нас они воспринимают как друзей. Мы не занимаемся их воспитанием принципиально. Воспитывать должны родители и школа, но никак не больница. Пациенты должны знать правила поведения, вести себя «в рамках». Вот сегодня у подростка мы изъяли электронную сигарету. С одной стороны, он – ребенок, значит, родители знают, что она у него есть, подозревают или закрывают глаза. Но придут родители и будут рассказывать, что это сигарета не их, что мы тут подростка научили. Да откройте глаза! Всем когда-то было 15–16 лет! Честно говоря, обычно мы за такое выписываем, как за нарушение режима. А дальше лечите его амбулаторно. Но бывают исключения. Был случай, когда подросток играл в группе на гитаре. Ему с нашего разрешения принесли гитару, и он тренировался без звука. Ну, пусть… Мы на многое готовы закрыть глаза, но, чтобы хамства не было, как только начинают хамить, мы стараемся расстаться. Но у всех родителей есть наши мобильные телефоны, мы в коротком доступе находимся, только не в выходной день и не после 19 часов. Это табу. Все в отделении сделано для них, в приемное отделение наши пациенты не ходят, документацию оформляем тоже прямо в отделении. Так быстрее проходит госпитализация, нет контактов с другими детьми, меньше инфекции, сокращается маршрут. Попал в больницу – через час уже лечение проведено…

– Чем же отделение отличается от других?

– У нас особое отделение и особые больные дети. И все наши врачи и медсестры в отделении работают «за идею», это наши самые преданные люди. Если бы не работали за идею, то уже бы ушли, и не потому, что мало денег платят, а просто работать у нас тяжело физически и морально. Дети у нас в отделении хронически больные, они практически не выздоравливают. Иногда они болеют так, что у нас складывается ощущение, что они умирают… Это морально тяжело. 600 больных детей в городе, и всех мы их знаем. 180 человек приходят к нам каждый месяц по своему графику на лечение. Поставят диагноз маленькому ребенку, и до 18 лет он у нас наблюдается. А вы бы видели, в каком катастрофическом состоянии они к нам приходят! Какие у них кривые, выгнутые руки, какие наросты! – «шея лебедя!» Несколько лет лечения нужно, чтобы обострение снять… С ними нужно научиться жить и общаться. У нас каждый год кто-то из докторов не выдерживает и уходит, особенно из молодых. Врачи «выгорают», начинают пациентов воспринимать, как своих собственных детей. Есть мировая статистика по ощущению счастья у врачей. Так вот, ревматологи находятся в самом конце, после них только паллиативная медицина. Даже онкологи ощущают себя более счастливыми. И профилактики для наших пациентов нет, и предотвратить болезни невозможно. И причин мы не знаем. Я считаю, что медикам нужно иметь еще и другую жизнь, а иначе не получится лечить этих детей.

– Но, может быть, все-таки бывают чудеса? Что-то внушает вам оптимизм?

– В педиатрии чудеса бывают! Всегда родителям говорю: «Перерастет!» Если не верить в чудо, то его и не будет, и детей надо настраивать на это, и взрослых. Возможности компенсаторные детского организма колоссальные. И ребенок еще жизни не пробовал, им интересно жить, и они живут! В 2017 году весной мы поедем в Новый корпус. Это самая большая и радужная перспектива, и мы станем самостоятельным отделением, это будет отделение ревматологии. Отделение будет такое же, просто площади помещений сейчас не хватает. С ревматическими заболеваниями проходят через наше отделение до 1000 пациентов в год. А в целом проходят около 3 тыс. детей.

lib.medvestnik.ru

ᐈ Глазырина Анастасия Александровна ⇒ педиатр в Москве, Отзывы, Цена, Онлайн запись на прием к врачу

Василиса 26 июл, 2017

Мне все понравилось. Специалиста находили в интернете по роду деятельности. О докторе у меня сформировалось самое хорошее мнение. Он все очень щепетильно посмотрел, рассказал, все сделал, что надо было. Все, что он сказал - все именно так и случилось. В конце приема приписал назначение и ряд необходимых анализов. Он мне порекомендовал лечение лучше, чем врач у которого были до этого и я считаю, что это было очень корректно. Потому что доктор, у который нас вел до этого, совершенно без участия к нам отнесся.

Михаил 30 май, 2017

Мне понравился врач, щепетильно подходит к решению проблем со здоровьем. Самое главное, чтобы между врачом и пациентом сформировался контакт, чтобы ты мог ему доверять. В этом отношении доктор лучший! Просто восхитительные у меня впечатления от него. Вежливый человек, попал в нужную сферу, работает по направлению, мне приятно с ним контактировать. Я очень рекомендую этого врача. Так как нам выписали дополнительные процедуры, мы точно к нему еще приедем.

Григорий 8 май, 2017

Нас всё устроило, поэтому будем доктора всем рекомендовать. Потому что врач весьма, как мне кажется, квалифицированный! Первое, мы пришли с приличным количеством медицинских заключений, с полным анамнезом. Он очень тщательно подошел к вопросу изучения всех документов, которые у нас были. Для того, чтобы верно установить диагноз был проведен тщательный осмотр. Человек просто со всех сторон проявил себя спецом! Я думаю, что стоимость более чем приемлемая для специалиста настолько высокого уровня! Я считаю, что вот этот врач деньги за консультацию более чем отработал. Я даже подумываю сама к нему записаться, потому что также заметны проблемы со здоровьем.

Елена 10 апр, 2017

Специалиста выбрали по отзывам и рейтингу. Доктор очень чуткий, отзывчивый. Как специалист очень требовательный, уделяет внимание мелочам достаточно большое. Атмосфера на приеме уютная, без неловкого молчания. Врач выписал мне препараты. Чувства от приема без осадка. Сейчас я принимаю препараты, которые врач мне приписал, пока видимых результатов нет.

ru.doc.guru

👨‍⚕️Глазырина Анастасия Александровна педиатр, запись на прием и 🏥место работы доктора в Москве. Телефон клиники где принимает врач. Оставьте отзыв

+7 (495) ... показать

+7 (499) ... показать

+7 (495) ... показать

+7 (499) ... показать

+7 (499) ... показать

+7 (499) ... показать

clinicadvisor.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о