Тимченко юля: Юля Тимченко | Facebook

Автор: | 18.01.1970

Содержание

Галина Тимченко vs. Юлия Таратута

Тимченко
Юля, несколько месяцев назад один из руководителей LAM Алексей Аметов заявил, что его ИД больше не будет развивать сайты, а сосредоточится на «мультиканальности». Тем не менее, вы согласились стать главным редактором сайта Wonderzine. Почему?

Таратута
Это не совсем так. Леша пригласил меня возглавить редакцию Wonderzine и в этом смысле заняться проектом целиком — то есть модерировать все, что выходит под этим брендом. А мультиканальность — это всего лишь признание факта, что неразумно ограничивать свою аудиторию пространством сайта, развиваться стоит на разных платформах, начиная с соцсетей, каждая из которых требует своего языка и исполнения местных правил. Ну а монетизировать логично суммарную аудиторию. У меня все это возражений не вызывает. В нашем издательском доме все происходит по старшинству, поэтому свой контент пока переупаковывает The Village — для этих целей создали даже видеоотдел, а мы на низком старте. Вандер исторически был довольно эстетским продуктом, тут все нужно делать красиво, поэтому мы старались не торопиться — но у нас симпатичные планы, и в какой-то момент мы станем их показывать людям.

Есть простые правила — больше видео, тестов, игрушек и слоганов. А есть сложные — надо придумывать новые форматы и угадать, чтобы они полетели, а списать не у кого. Еще, мне кажется, вопрос «как» не отменяет вопроса «о чем». Инструменты — это отлично, но стоит четко понимать, что ты рассказываешь, насколько твои темы первичны, достаточно ли все, о чем ты пишешь, драматично, нервно, дискуссионно, бодро и с перипетиями. У нас довольно высокие требования к придуманному, ну то есть я считаю, что придумать — это придумать, а не адаптировать, сделать такое, чего до тебя не было. В этом смысле я люблю нашу съемку с неславянскими моделями, которые не попадают на глянцевые обложки в России, или разговор с актерами и режиссерами о насилии на съемках — у них был кейс Бертолуччи, а у нас никто про это, кажется, не говорил.

Тимченко
Мультиканальность подразумевает и постоянную активную работу в соцсетях. Почему ваша страница в ФБ — это только поздравления друзьям и ссылки на публикации на сайте Wonderzine и почему сам Wonderzine, кажется, никак не изменил свою стратегию в соцсетях с тех пор, как был объявлен курс на «мультиканальность»?

Таратута
Революции пока действительно не случилось, но наши соцсети изменились довольно сильно. Во-первых, появился человек, отвечающий за рост и дистрибуцию. И соцсети новая редактор ведет удивительно обаятельным способом — это совсем другой тип общения, это довольно дерзко, доверительно и очень современно — я почти ни у кого такое не видела. Изящно шутить и хорошо улыбаться — вообще в СМИ редкость. У нас остроумный телеграмм и красивый инстаграм. Остальное выстроится со временем. Ну а моя личная страница в фейсбуке — она и правда личная, и я ценю свое право не сливаться с проектом, которым руковожу. Есть люди, которым комфортно рассказывать о себе публично, но у главредов нет такой обязанности. Это как если бы мы требовали от них по разнарядке сниматься в фотосессиях обнаженными — смело, клево, но все-таки не обязательно.

Тимченко
Вы работали в Forbes Woman и Forbes Life и ушли оттуда, несмотря на то, что издания были популярными. Затем недолго работали в Снобе, а потом в Слоне/ Republic. Вы довольно часто меняли работу, но тогда почему вы оставались на Дожде? Почему ушли из Сноба и Слона?

Таратута
Я совсем не хотела уходить из Forbes. Более того, я самоуверенно считала, что всех переиграю. У журналов действительно были неплохие коммерческие показатели, там было много звезд, что называется, «элиты» — я считала, что новым владельцам это будет как минимум лестно. Интервью и личное общение с новыми хозяевами несколько поколебали мой оптимизм. И дело не только в политике, хотя закон об иностранном капитале не создавался, чтобы нам жилось лучше, а наоборот — журналистам должно было стать неуютно, они должны были быстро рассчитать новую цену независимых текстов. Но мои новые владельцы, помимо прочего, оказались людьми из какого-то совсем другого мира, между нами было нечто вроде цивилизационной пропасти — я не помню, чтобы кто-то именно так разговаривал с журналистами или вот так управлял финансами или кризисными ситуациями. Забавно, что и отношения владельца Forbes и его гендиректора кончились судом.

Со Снобом я просто ошиблась дверью. Мы очевидно плохо договорились на старте, этот проект казался мне чужим, а мой мандат в нем недостаточным. Со Слоном/Republic ситуация была совсем другой, я с большим уважением и симпатией отношусь к Максиму Кашулинскому и Александру Винокурову, они смелые и умные люди. Я не забуду, как Саша стоял с плакатом на Лубянке. Мне кажется, я даже успела что-то полезное сделать для этого сайта — взять несколько хороших интервью и выиграть пару фб-войн про подписку — до сих пор не понимаю, почему вполне рыночные люди с пеной у рта доказывают, что подписка — богонеугодное дело. Это даже не смешно, а как-то безответственно, я не покупаю все эти аргументы про общественную важность информации, за которую ни в коем случае нельзя платить. Потом Алексей Аметов предложил мне буквально авантюру — совсем другой и новый для меня, но очень увлекательный проект, я такого никогда раньше не делала и мне захотелось рискнуть.

Почему я все это время так или иначе оставалась на Дожде? Потому что это совершенно уникальное место. Наташа Синдеева — человек удивительной жизнеустойчивости, это много лет производит на меня впечатление. Я всегда, еще со времен «Коммерсанта», дружила с Мишей Зыгарем — он абсолютный титан. А сам канал, особенно в его лучшие годы, всегда был дико приятным местом, с очень хорошей атмосферой. Я вела там много прямых эфиров — в принципе достаточно было бы и дня, когда выпустили Ходорковского, или майдана, и это было очень клевое чувство и адреналин — в какой-то момент «Дождь» стало смотреть много людей — как будто ты участвуешь в событиях, ну или видишь их с самого близкого расстояния.

 

О РАДИКАЛЬНОСТИ И ЦИВИЛИЗОВАННОСТИ

Тимченко
Вы фактически сменили нишу респектабельного лайфстайла в бизнес-изданиях на нишу женского издания, исповедующего довольно радикальные взгляды. Почему?

Таратута
Нет, мне так не кажется. Ни сам Forbes, ни нынешние Forbes Woman и Forbes Life не кажутся мне специально респектабельными. У этого бренда действительно было маркетинговое преимущество — вот этот хруст денег сквозь страницы, который все написанные слова делал как бы более весомыми. Мне повезло общаться с несколькими умными российскими бизнесменами — они не зря на своих строчках в Форбсе. Но несмотря на это, у нас очевидные проблемы с элитой. Практически нет людей, к которым читатели относятся безусловно хорошо, которым нечего предъявить. Большинство встроено в систему, которая многим из нас кажется оскорбительной, а люди из власти просто работают в этой системе исполнителями. От них мало что зависит и кто-то симпатичнее других, но они знают, что работают по другую сторону от условных нас. В этом смысле мы не Vanity Fair, нам сложно поставить на обложку безупречного кумира, нам вообще сложно говорить всерьез об элите, мы частично ее мифологизируем.

Теперь о радикальности Wonderzine — это не радикальность, а цивилизованность. Журнал работает для довольно подготовленной аудитории, ей уже не нужно многого объяснять. И это редкое российское издание, которое говорит о вещах так, как говорит о них просвещенный мир. Хорошо, что людям, делавшим журнал раньше, в частности Оле Страховской, хватило трудолюбия выйти на этот уровень обсуждения. Мы следим за тоном, стараемся избегать дидактичности. Но с женской повесткой вообще возникает парадокс. Почему-то именно в этом месте принято воспевать свою дикость. Есть избитое упражнение — в спорах о гендерных правах подставлять вместо «женщины» «еврея», «грузина» или «афроамериканца» (с расизмом, антисемитизмом и ксенофобией в целом в российских образованных кругах все-таки консенсус). И сразу станет понятно, насколько оскорбительны аргументы людей, во всех остальных вопросах претендующих на либеральность. Вот, например, конфликт в Google (один из сотрудников написал записку о том, что гендерная политика равноправия в офисе мешает компании — вскоре его уволили) — по-моему, это просто не очень умный текст, там нет ни новых, ни ценных тезисов, но есть крайне сомнительная уверенность в том, что профессиональные навыки и гендерно обусловлены, и биологически непоколебимы.

Квоты, кто спорит, самый не безупречный инструмент в решении кадровых вопросов, а положительная дискриминация так называется не случайно, но ведь не природное соглашательство женщин нам обсуждать, правда?

Радикальные взгляды? Это про разговор о достоинстве, возможностях, ненасилии? О том, что стыдно жить в стране, где работает закон о гей-пропаганде и все его соблюдают дисклеймерами к заметкам? Я человек вполне правых взглядов, не призываю закрывать Аэрофлот, своеобразно определяющий мои эстетические требования, и даже отнимать лицензию у Стерлигова, но либеральные митинги у их дверей кажутся мне вполне легитимным способом общественного давления.

 

О СМИ ДЛЯ ЖЕНЩИН И ЖЕНЩИНАХ В СМИ

Тимченко
Wonderzine пока так и остался интересным изданием для небольшой группы продвинутых молодых женщин. Почему, на ваш взгляд, ни одно из новых медиа (от нишевых до общественно-политических) не смогло повторить успех «Ленты» или «Афиши»?

Таратута
Не до конца понимаю, почему успех приписывается только этим двум СМИ. Когда-то «Афишу» и «КоммерсантЪ» сравнивали в том смысле, что им удалось придумать и создать сообщество, которого раньше не было. Получился мир для несуществующих коммерсантов или для неосознанных горожан. Но это ведь и правда главное — создать комьюнити, объединенное особым образом жизни, который больше бренда. «Лента» действительно стала удобным и очень популярным новостным агрегатором (зря вас это обижает) с сильными спецкоррскими проектами. Но было еще несколько успешных, с моей точки зрения, медиа, все они так или иначе попали под государственную бомбежку. Кстати, результат атаки на СМИ неочевидный — не то чтобы журналистика исчезла или совсем ни у кого тут нет работы, просто многие оказались на позициях со смещенными компетенциями. И это сильно тормозит рост — люди стали заниматься не своими делами.

Да, всем хочется наращивать аудиторию, и мы тоже не стремимся оставаться артхаусным СМИ, наоборот хочется быть максимально массовыми. Но очевидно, что не в ущерб интонации и здравому смыслу. Мы вовсе не враждебно настроены, готовы дружить и считаем даже, что люди о многом просто не задумывались. Но заметки о 10 способах похудеть, чтобы муж не ушел к соседке, мы, кажется, навсегда вынесли за скобки. Зато мы нащупали что-то правильное — наши тексты бывают похожи на дневниковые записи, тут люди говорят о страшных вещах — к кому-то папа в детстве приставал, у кого-то мама покончила с собой, кто-то всю жизнь не раздевается, потому что у него шрам, у кого-то никогда в принципе не было отношений. Темы хочется выбирать такие, от которых не по себе. Мне иногда кажется, что это уже градус кипения, его сложно поддерживать, но что поделать.

Тимченко
Несколько лет назад большинство популярных СМИ возглавляли женщины: Миронюк, Осетинская, Лысова, Синдеева, Бабаева, Кремер, Комарова, Тимченко. Сейчас кажется, что это время прошло (или почти прошло) — как вы думаете, почему?

Таратута
Есть сексистская версия, будто бы владельцы СМИ назначали женщин начальницами, чтобы контакты с властью становились менее напряженными. Я уже плохо помню логику — то ли считалось, что на женщину труднее наорать, то ли ей легче договориться с мужчиной из власти. Я однажды работала под началом главреда «Ведомостей» Татьяны Лысовой — сложно представить себе, чтобы кто-то попытался с ней договориться. Я ни разу не получала политических указаний от Регины фон Флемминг. Лиза Осетинская сделала ресурс достаточно дерзкий, чтобы его закрыли.

Системно женщины-главреды — это хорошо, фактически — в России это настолько привычная ситуация, что пол менеджера уже не имеет значения. Медиа оказались довольно комфортной средой для пресловутого гендерного равенства, женщин в прессе не угнетали, не обходили нервной работой, в Ъ они были военными репортерами, в «Ведомостях» — исторически занимали почти все важные корреспондентские и редакторские позиции. Не могу сказать, что время ушло — вот Маргарита Симоньян и Тина Канделаки на месте, Лиза Голикова пришла в РБК, разве что вы, Галя, кажется, своими руками передали мандат мужчине. То есть, если сводить мир к гендерным ролям, квота выдерживается.

 

Тимченко
Вы никогда не высказываете своего мнения по общественно-политическим вопросам. Почему?

Таратута
Забавное утверждение, если принимать в расчет детали моей журналистской, как бы это сказать, биографии. Да, я не очень активна в дискуссиях фэйсбука, но у меня по-прежнему есть программа на «Дожде» — кажется, моя позиция там вполне открыта. Меня вообще трудно назвать политически неокрашенным журналистом — что, кстати, не обязательно хорошо, но в наших условиях нормально, я не слишком верю в «объективную» журналистику. Но тон у меня и правда скорее спокойный — очень удобно, когда в студию приходят сенаторы Ковитиди или Петренко, первая орет, вторая плачет. Когда-то один из моих ньюсмейкеров удивлялся, почему заметка про «ликующую гопоту» оказалась настолько громкой — в ней ведь все было так сдержанно написано.
Мои политические взгляды увы не меняются, поскольку обстоятельства не становятся более оптимистичными. Меня угнетает сама схема существования российской власти, в которой все испачканы, уязвимы, за каждым следят, на каждого есть папка, собранная соседом по кабинету или начальником личной охраны. Наша внутренняя политика — это перманентная сделка со следствием. Мне не нравится, что в стране все решает один человек, настолько один, что и друзья у него — подчиненные. Не надо преувеличивать их могущества, они так же стоят в предбаннике, высчитывая настроение шефа, даже если цена их просьб выше, чем у региональной массовки из президентской прямой линии. Меня угнетают плохие шутки и то, что они стали нормой. А слово «вольно» вводит меня в ступор. Я пока совсем не вижу способа это подвинуть, но очевидно, всему свое время.

О КОМПРОМИССАХ

Тимченко
Почему вы никогда не участвуете в профессиональных спорах (кажется, в ФБ нет ни одного «медиасрача» с вашим участием)?

Таратута
Фейсбук, где все спорят про новости — очень российская история, и это понятно — нам просто негде провести ни политические, ни общественные дебаты. Но в фейсбучных спорах, даже если они начинаются познавательно, на финише часто бывает чуть больше эмоций и позерства, чем я могу себе позволить. Я хорошо помню историю с 57-й школой, там одни мои приятели обвиняли других в стукачестве, а другие на полном серьезе произносили текст про нравственный закон у них внутри. По-хорошему, если идти до конца, общаться после такой драки невозможно — а я не уверена, что готова так сузить круг общения. Конфликтов было множество, всякий раз я была на чьей-то стороне, но при живых «Роснефти» или руководстве Чечни как-то глупо яростно выяснять отношения с топ-менеджерами «Медузы», РБК или «Дождя».

В целом у журналистов не всегда хватает уважения друг к другу, взаимные нападки приводят к тому, что тяжело провести совместную кампанию, хотя недавняя история с Чечней — исключение. О закрытом брифинге у Сергея Кириенко я уже говорила — с одной стороны, дефицит инсайда стал приводить к тому, что за новость приличные СМИ стали выдавать ее отсутствие. А с другой — в текстах о тех, кто «продался» администрации за доступ к телу, очень мало уважения к людям, которые умеют получать инсайд, и вообще понимания профессии. Нет, не все, что тебе рассказывают, нужно публиковать с огневыми пометками, нет, не всегда стоит говорить собеседнику из власти, который делится инсайдом, что он козел, и его политические взгляды порочны. Плохо еще, если споры в соцсетях подменяют саму журналистскую работу. Когда главные редакторы пишут подробные рецензии на чужой текст или интервью, в которых что-то недосказано, считая как бы, что работа сделана — хотя вместо похлопывания по плечу, можно написать новый текст в своем медиа.

Разные медиа, даже лучшие из них, в разное время вынуждены были идти на серьезные компромиссы — кто-то вырезал куски из текстов или эфиров, кто-то родственные связи главной героини, некоторые просто писали плохие тексты — а иногда плохой текст на важную тему опаснее недосказанности. Я к компромиссам отношусь без симпатии и жалости (и не всегда понимала их причину), но и публичную порку коллегам предпочитаю не устраивать — может, из робости, а может из самосохранения — к тому же, все за все уже заплатили. Рынок в таком состоянии, что довольно сложно выставлять счет руинам.

Тимченко
У кого возьмете интервью вы?

Таратута
У Елизаветы Осетинской.

Юлия Тимченко, Омск, Россия

Юлия Тимченко, Омск, Россия

Вы искали: Юлия Тимченко


Данные

Все фотографии
  • Имя:

    Юлия

  • Фамилия:

    Тимченко

  • Дата рождения:

    -

  • Город:

    Омск, Россия

  • Страна:

    Россия

  • Skype:

    Данные скрыты настройками приватности

  • Сайт:

    Данные скрыты настройками приватности

  • Телефон:

    Данные скрыты настройками приватности

  • Телефон доп.:

    Данные скрыты настройками приватности

  • Родной город:

    Данные скрыты настройками приватности

Дополнительно

  • Интересы:

    -

  • Любимые книги:

    -

  • Любимые телепередачи:

    -

  • Любимая цитата:

    -

  • О себе:

    -

  • Любимые игры:

    -

  • Любимые фильмы:

    -

  • Любимое занятие:

    -

  • Любимая музыка:

    -

  • Что вдохновляет человека:

    -

  • Мировоззрение:

    -

  • Семейное положение:

    -

  • Отношение к алкоголю:

    -

  • Главное в жизни:

    -

  • Главное в людях:

    -

Высшее образование:

Среднее образование:

Дополнительные фотографии

Страница сформирована в настоящем времени с помощью API ВКонтакте, содержащего только открытые данные профиля, которые было общедоступны и не были закрыты настройками приватности. Наш сайт не хранит данные пользователей ВКонтакте.

База данных собрана из открытых общедоступных источников. За достоверность данных администрация сайта ответственности не несет. Сервис не хранит данные на своей стороне.

«Не надо здесь играться. Доиграетесь». В Ленинском райсуде прошло очередное заседание по «делу Цкаева»

Оно не принесло сенсаций или новых откровений, зато запомнилось перепалкой адвокатов подсудимых и потерпевших, а также феноменальной амнезией оперативного дежурного, который не знал даже своих должностных обязанностей

Начали с врача-терапевта экстренной помощи РКБ Юлии Тимченко. Она дежурила в приемном покое больницы, когда туда привезли избитого Владимира Цкаева. По словам госпожи Тимченко, при его осмотре, она обратила внимание на «синюшность» кожи и «дыхательную недостаточность» Владимира Цкаева.

«Пациент был тяжелый, я его сразу направила в реанимацию», - вспоминала Юлия Тимченко.

Она также рассказала, что, помимо неё, Цкаева осматривал еще нейрохирург, имени которого госпожа Тимченко не смогла вспомнить, как не смогла вспомнить, заметила ли на теле пациента следы побоев. Стороны долго выясняли, откуда в медицинской карте появилась запись, что со слов пациента, он не болел болезнью Боткина. Юлия Тимченко не смогла внятно ответить, что приводило к новым и новым вопросам. Один из адвокатов подсудимых не выдержал и в сердцах воскликнул:

«Да что мы выясняем сейчас, я его всё?!»

Возмутились и подсудимые, в гуле которых послышались слова:

«Да что она пи..ит?»

В конечном итоге судья Олег Ачеев отпустил свидетеля и пригласил следующего.

Им оказался заместитель начальника уголовного розыска Северо-Западного ОВД Владикавказа Руслан Хугаев, который в 2015 году работал опером в Иристонском райотделе.

Он рассказал, что в тот день выехал патрулировать свой участок, так называемую «зону» в районе улицы Шмулевича, но совершенно случайно оказался на Васо Абаева, где к тому времени уже собрались его коллеги для задержания Владимира Цкаева. 

Руслан Хугаев рассказал, что по просьбе своего напарника остался вместе с супругой Владимира Земфирой Цкаевой дожидаться обыска и провел с ней время до вечера, отлучившись на час в отдел. По его словам, руководство было в курсе того, что он остался в доме Владимира Цкаева для того, чтобы не допустить сокрытия возможных улик.

Адвокатов потерпевших заинтересовало время, на которое Руслан Хугаев отлучался со своего поста.

«Насколько мне известно, от Васо Абаева до отдела можно добраться за 10 минут», - предположил он.

«А если пешком и задним ходом шел?», - отреагировали со скамьи подсудимых.

Но шутку не оценили. В какой-то момент не выдержал даже судья Ачеев.

«Не надо здесь играться. Доиграетесь», - пообещал он.

Когда допрос продолжился, Руслан Хугаев вспомнил, что когда он сидел с Земфирой Цкаевой, она ему рассказала, что Владимир «находился в алкогольном опьянении».

«Я вам так говорила?» – спросила Земфира Цкаева.

«Да», – ответил свидетель.

«Зачем вы лжете?», – этот вопрос уже был риторическим.

Выяснилось также, что когда Руслан Хугаев отъезжал в отдел, он должен был узнать для Земфиры о состоянии её супруга.

«Вы сказали тогда, что видели его и с ним всё нормально, - напомнила она. – А вечером сказали, что если он не вернется, то точно придёт домой утром».

«А что с ним должно было случиться?», - вопросом на вопрос ответил свидетель.

«Умер он! Убили его!» – Земфира Цкаева с трудом сдерживала свои эмоции.

Кроме того, выяснилось, что в половине девятого вечера Руслан Хугаев звонил Земфире Цкаевой и просил у неё скинуть ему фотографию Владимира.

«По чьей просьбе вы звонили?» – спросила Земфира.

«Я не помню, для кого её искал, и кто меня просил. Я вообще за этот момент ничего не могу сказать», - заявил свидетель.

Во время допроса Руслана Хугаева между адвокатами сторон произошел неприятный инцидент. После нескольких комментариев адвоката одного из подсудимых Земфира Цкаева обратилась к судье Ачееву, заявив, что у нее ощущение, что над ними «насмехаются». Судья сделал замечание, и стало немного спокойнее.

Оперативный дежурный Алан Уртаев оказался еще более забывчивым, чем все остальные свидетели. Он не помнил ни того, кто принес ему протокол об административном нарушении, оформленном в отношении Владимира Цкаева, ни время, когда его принесли, а напоследок, отвечая на вопрос подсудимого Ситохова, фактически заявил, что был не в курсе своих должностных обязанностей и даже не знал, какой закон их регулирует.

В статье использованы визуальные материалы ГТРК «Алания»

Юлия Тимченко Актёр | Россия

ФИО

Юлия Игоревна Тимченко

Актёр

Начинающий

Страна

Россия

Город

Санкт-Петербург

Условия работы

Срок подписания

Приду на кастинг

Только в моём городе

Готовность к переезду

Загран паспорт

Нет

Телосложение

Полное

Обхват груди

см

Обхват талии

см

Обхват бёдер

см

Размер одежды

M

Тип внешности

Цвет глаз

Карий

Длина волос

Ниже лопаток

Цвет волос

Каштановый

Татуировки

Нет

Пирсинг

Только уши

Хобби / увлечения

Опыт / Фильмография

Ссылка на эту анкету: https://www.acmodasi.ru/a_102916.html
Дата регистрации: 18 Ноября 2012 01:27
Дата обновления: 18 Ноября 2012 01:35
Был на сайте: 8 лет назад
Просмотров: 551
Комментариев: 1
Популярность: 1

Галина Тимченко vs. Юлия Таратута — Рамблер/новости

Sostav продолжает цепочку интервью, которые берут друг у друга звезды индустрии в проекте «Нос к носу #медиа». Сегодняшние собеседники – генеральный директор Meduza Галина Тимченко и главный редактор Wonderzine Юлия Таратута.

Тимченко Юля, несколько месяцев назад один из руководителей LAM Алексей Аметов заявил, что его ИД больше не будет развивать сайты, а сосредоточится на «мультиканальности». Тем не менее, вы согласились стать главным редактором сайта Wonderzine. Почему?

Таратута Это не совсем так. Леша пригласил меня возглавить редакцию Wonderzine и в этом смысле заняться проектом целиком — то есть модерировать все, что выходит под этим брендом. А мультиканальность — это всего лишь признание факта, что неразумно ограничивать свою аудиторию пространством сайта, развиваться стоит на разных платформах, начиная с соцсетей, каждая из которых требует своего языка и исполнения местных правил. Ну а монетизировать логично суммарную аудиторию. У меня все это возражений не вызывает. В нашем издательском доме все происходит по старшинству, поэтому свой контент пока переупаковывает The Village — для этих целей создали даже видеоотдел, а мы на низком старте. Вандер исторически был довольно эстетским продуктом, тут все нужно делать красиво, поэтому мы старались не торопиться — но у нас симпатичные планы, и в какой-то момент мы станем их показывать людям. Есть простые правила — больше видео, тестов, игрушек и слоганов. А есть сложные — надо придумывать новые форматы и угадать, чтобы они полетели, а списать не у кого. Еще, мне кажется, вопрос «как» не отменяет вопроса «о чем». Инструменты — это отлично, но стоит четко понимать, что ты рассказываешь, насколько твои темы первичны, достаточно ли все, о чем ты пишешь, драматично, нервно, дискуссионно, бодро и с перипетиями. У нас довольно высокие требования к придуманному, ну то есть я считаю, что придумать — это придумать, а не адаптировать, сделать такое, чего до тебя не было. В этом смысле я люблю нашу съемку с неславянскими моделями, которые не попадают на глянцевые обложки в России, или разговор с актерами и режиссерами о насилии на съемках — у них был кейс Бертолуччи, а у нас никто про это, кажется, не говорил.

Тимченко Мультиканальность подразумевает и постоянную активную работу в соцсетях. Почему ваша страница в ФБ — это только поздравления друзьям и ссылки на публикации на сайте Wonderzine и почему сам Wonderzine, кажется, никак не изменил свою стратегию в соцсетях с тех пор, как был объявлен курс на «мультиканальность»?

Таратута Революции пока действительно не случилось, но наши соцсети изменились довольно сильно. Во-первых, появился человек, отвечающий за рост и дистрибуцию. И соцсети новая редактор ведет удивительно обаятельным способом — это совсем другой тип общения, это довольно дерзко, доверительно и очень современно — я почти ни у кого такое не видела. Изящно шутить и хорошо улыбаться — вообще в СМИ редкость. У нас остроумный телеграмм и красивый инстаграм. Остальное выстроится со временем. Ну а моя личная страница в фейсбуке — она и правда личная, и я ценю свое право не сливаться с проектом, которым руковожу. Есть люди, которым комфортно рассказывать о себе публично, но у главредов нет такой обязанности. Это как если бы мы требовали от них по разнарядке сниматься в фотосессиях обнаженными — смело, клево, но все-таки не обязательно.

Тимченко Вы работали в Forbes Woman и Forbes Life и ушли оттуда, несмотря на то, что издания были популярными. Затем недолго работали в Снобе, а потом в Слоне/ Republic. Вы довольно часто меняли работу, но тогда почему вы оставались на Дожде? Почему ушли из Сноба и Слона?

Таратута Я совсем не хотела уходить из Forbes. Более того, я самоуверенно считала, что всех переиграю. У журналов действительно были неплохие коммерческие показатели, там было много звезд, что называется, «элиты» — я считала, что новым владельцам это будет как минимум лестно. Интервью и личное общение с новыми хозяевами несколько поколебали мой оптимизм. И дело не только в политике, хотя закон об иностранном капитале не создавался, чтобы нам жилось лучше, а наоборот — журналистам должно было стать неуютно, они должны были быстро рассчитать новую цену независимых текстов. Но мои новые владельцы, помимо прочего, оказались людьми из какого-то совсем другого мира, между нами было нечто вроде цивилизационной пропасти — я не помню, чтобы кто-то именно так разговаривал с журналистами или вот так управлял финансами или кризисными ситуациями. Забавно, что и отношения владельца Forbes и его гендиректора кончились судом. Со Снобом я просто ошиблась дверью. Мы очевидно плохо договорились на старте, этот проект казался мне чужим, а мой мандат в нем недостаточным. Со Слоном/Republic ситуация была совсем другой, я с большим уважением и симпатией отношусь к Максиму Кашулинскому и Александру Винокурову, они смелые и умные люди. Я не забуду, как Саша стоял с плакатом на Лубянке. Мне кажется, я даже успела что-то полезное сделать для этого сайта — взять несколько хороших интервью и выиграть пару фб-войн про подписку — до сих пор не понимаю, почему вполне рыночные люди с пеной у рта доказывают, что подписка — богонеугодное дело. Это даже не смешно, а как-то безответственно, я не покупаю все эти аргументы про общественную важность информации, за которую ни в коем случае нельзя платить. Потом Алексей Аметов предложил мне буквально авантюру — совсем другой и новый для меня, но очень увлекательный проект, я такого никогда раньше не делала и мне захотелось рискнуть. Почему я все это время так или иначе оставалась на Дожде? Потому что это совершенно уникальное место. Наташа Синдеева — человек удивительной жизнеустойчивости, это много лет производит на меня впечатление. Я всегда, еще со времен «Коммерсанта», дружила с Мишей Зыгарем — он абсолютный титан. А сам канал, особенно в его лучшие годы, всегда был дико приятным местом, с очень хорошей атмосферой. Я вела там много прямых эфиров — в принципе достаточно было бы и дня, когда выпустили Ходорковского, или майдана, и это было очень клевое чувство и адреналин — в какой-то момент «Дождь» стало смотреть много людей — как будто ты участвуешь в событиях, ну или видишь их с самого близкого расстояния.

О РАДИКАЛЬНОСТИ И ЦИВИЛИЗОВАННОСТИ

Тимченко Вы фактически сменили нишу респектабельного лайфстайла в бизнес-изданиях на нишу женского издания, исповедующего довольно радикальные взгляды. Почему?

Таратута Нет, мне так не кажется. Ни сам Forbes, ни нынешние Forbes Woman и Forbes Life не кажутся мне специально респектабельными. У этого бренда действительно было маркетинговое преимущество — вот этот хруст денег сквозь страницы, который все написанные слова делал как бы более весомыми. Мне повезло общаться с несколькими умными российскими бизнесменами — они не зря на своих строчках в Форбсе. Но несмотря на это, у нас очевидные проблемы с элитой. Практически нет людей, к которым читатели относятся безусловно хорошо, которым нечего предъявить. Большинство встроено в систему, которая многим из нас кажется оскорбительной, а люди из власти просто работают в этой системе исполнителями. От них мало что зависит и кто-то симпатичнее других, но они знают, что работают по другую сторону от условных нас. В этом смысле мы не Vanity Fair, нам сложно поставить на обложку безупречного кумира, нам вообще сложно говорить всерьез об элите, мы частично ее мифологизируем. Теперь о радикальности Wonderzine — это не радикальность, а цивилизованность. Журнал работает для довольно подготовленной аудитории, ей уже не нужно многого объяснять. И это редкое российское издание, которое говорит о вещах так, как говорит о них просвещенный мир. Хорошо, что людям, делавшим журнал раньше, в частности Оле Страховской, хватило трудолюбия выйти на этот уровень обсуждения. Мы следим за тоном, стараемся избегать дидактичности. Но с женской повесткой вообще возникает парадокс. Почему-то именно в этом месте принято воспевать свою дикость. Есть избитое упражнение — в спорах о гендерных правах подставлять вместо «женщины» «еврея», «грузина» или «афроамериканца» (с расизмом, антисемитизмом и ксенофобией в целом в российских образованных кругах все-таки консенсус). И сразу станет понятно, насколько оскорбительны аргументы людей, во всех остальных вопросах претендующих на либеральность. Вот, например, конфликт в Google (один из сотрудников написал записку о том, что гендерная политика равноправия в офисе мешает компании — вскоре его уволили) — по-моему, это просто не очень умный текст, там нет ни новых, ни ценных тезисов, но есть крайне сомнительная уверенность в том, что профессиональные навыки и гендерно обусловлены, и биологически непоколебимы. Квоты, кто спорит, самый не безупречный инструмент в решении кадровых вопросов, а положительная дискриминация так называется не случайно, но ведь не природное соглашательство женщин нам обсуждать, правда? Радикальные взгляды? Это про разговор о достоинстве, возможностях, ненасилии? О том, что стыдно жить в стране, где работает закон о гей-пропаганде и все его соблюдают дисклеймерами к заметкам? Я человек вполне правых взглядов, не призываю закрывать Аэрофлот, своеобразно определяющий мои эстетические требования, и даже отнимать лицензию у Стерлигова, но либеральные митинги у их дверей кажутся мне вполне легитимным способом общественного давления.

О СМИ ДЛЯ ЖЕНЩИН И ЖЕНЩИНАХ В СМИ

Тимченко Wonderzine пока так и остался интересным изданием для небольшой группы продвинутых молодых женщин. Почему, на ваш взгляд, ни одно из новых медиа (от нишевых до общественно-политических) не смогло повторить успех «Ленты» или «Афиши»?

Таратута Не до конца понимаю, почему успех приписывается только этим двум СМИ. Когда-то «Афишу» и «КоммерсантЪ» сравнивали в том смысле, что им удалось придумать и создать сообщество, которого раньше не было. Получился мир для несуществующих коммерсантов или для неосознанных горожан. Но это ведь и правда главное — создать комьюнити, объединенное особым образом жизни, который больше бренда. «Лента» действительно стала удобным и очень популярным новостным агрегатором (зря вас это обижает) с сильными спецкоррскими проектами. Но было еще несколько успешных, с моей точки зрения, медиа, все они так или иначе попали под государственную бомбежку. Кстати, результат атаки на СМИ неочевидный — не то чтобы журналистика исчезла или совсем ни у кого тут нет работы, просто многие оказались на позициях со смещенными компетенциями. И это сильно тормозит рост — люди стали заниматься не своими делами. Да, всем хочется наращивать аудиторию, и мы тоже не стремимся оставаться артхаусным СМИ, наоборот хочется быть максимально массовыми. Но очевидно, что не в ущерб интонации и здравому смыслу. Мы вовсе не враждебно настроены, готовы дружить и считаем даже, что люди о многом просто не задумывались. Но заметки о 10 способах похудеть, чтобы муж не ушел к соседке, мы, кажется, навсегда вынесли за скобки. Зато мы нащупали что-то правильное — наши тексты бывают похожи на дневниковые записи, тут люди говорят о страшных вещах — к кому-то папа в детстве приставал, у кого-то мама покончила с собой, кто-то всю жизнь не раздевается, потому что у него шрам, у кого-то никогда в принципе не было отношений. Темы хочется выбирать такие, от которых не по себе. Мне иногда кажется, что это уже градус кипения, его сложно поддерживать, но что поделать.

Тимченко Несколько лет назад большинство популярных СМИ возглавляли женщины: Миронюк, Осетинская, Лысова, Синдеева, Бабаева, Кремер, Комарова, Тимченко. Сейчас кажется, что это время прошло (или почти прошло) — как вы думаете, почему?Таратута Есть сексистская версия, будто бы владельцы СМИ назначали женщин начальницами, чтобы контакты с властью становились менее напряженными. Я уже плохо помню логику — то ли считалось, что на женщину труднее наорать, то ли ей легче договориться с мужчиной из власти. Я однажды работала под началом главреда «Ведомостей» Татьяны Лысовой — сложно представить себе, чтобы кто-то попытался с ней договориться. Я ни разу не получала политических указаний от Регины фон Флемминг. Лиза Осетинская сделала ресурс достаточно дерзкий, чтобы его закрыли. Системно женщины-главреды — это хорошо, фактически — в России это настолько привычная ситуация, что пол менеджера уже не имеет значения. Медиа оказались довольно комфортной средой для пресловутого гендерного равенства, женщин в прессе не угнетали, не обходили нервной работой, в Ъ они были военными репортерами, в «Ведомостях» — исторически занимали почти все важные корреспондентские и редакторские позиции. Не могу сказать, что время ушло — вот Маргарита Симоньян и Тина Канделаки на месте, Лиза Голикова пришла в РБК, разве что вы, Галя, кажется, своими руками передали мандат мужчине. То есть, если сводить мир к гендерным ролям, квота выдерживается.

Тимченко Вы никогда не высказываете своего мнения по общественно-политическим вопросам. Почему?

Таратута Забавное утверждение, если принимать в расчет детали моей журналистской, как бы это сказать, биографии. Да, я не очень активна в дискуссиях фэйсбука, но у меня по-прежнему есть программа на «Дожде» — кажется, моя позиция там вполне открыта. Меня вообще трудно назвать политически неокрашенным журналистом — что, кстати, не обязательно хорошо, но в наших условиях нормально, я не слишком верю в «объективную» журналистику. Но тон у меня и правда скорее спокойный — очень удобно, когда в студию приходят сенаторы Ковитиди или Петренко, первая орет, вторая плачет. Когда-то один из моих ньюсмейкеров удивлялся, почему заметка про «ликующую гопоту» оказалась настолько громкой — в ней ведь все было так сдержанно написано. Мои политические взгляды увы не меняются, поскольку обстоятельства не становятся более оптимистичными. Меня угнетает сама схема существования российской власти, в которой все испачканы, уязвимы, за каждым следят, на каждого есть папка, собранная соседом по кабинету или начальником личной охраны. Наша внутренняя политика — это перманентная сделка со следствием. Мне не нравится, что в стране все решает один человек, настолько один, что и друзья у него — подчиненные. Не надо преувеличивать их могущества, они так же стоят в предбаннике, высчитывая настроение шефа, даже если цена их просьб выше, чем у региональной массовки из президентской прямой линии. Меня угнетают плохие шутки и то, что они стали нормой. А слово «вольно» вводит меня в ступор. Я пока совсем не вижу способа это подвинуть, но очевидно, всему свое время.

О КОМПРОМИССАХ

Тимченко Почему вы никогда не участвуете в профессиональных спорах (кажется, в ФБ нет ни одного «медиасрача» с вашим участием)?

Таратута Фейсбук, где все спорят про новости — очень российская история, и это понятно — нам просто негде провести ни политические, ни общественные дебаты. Но в фейсбучных спорах, даже если они начинаются познавательно, на финише часто бывает чуть больше эмоций и позерства, чем я могу себе позволить. Я хорошо помню историю с 57-й школой, там одни мои приятели обвиняли других в стукачестве, а другие на полном серьезе произносили текст про нравственный закон у них внутри. По-хорошему, если идти до конца, общаться после такой драки невозможно — а я не уверена, что готова так сузить круг общения. Конфликтов было множество, всякий раз я была на чьей-то стороне, но при живых «Роснефти» или руководстве Чечни как-то глупо яростно выяснять отношения с топ-менеджерами «Медузы», РБК или «Дождя». В целом у журналистов не всегда хватает уважения друг к другу, взаимные нападки приводят к тому, что тяжело провести совместную кампанию, хотя недавняя история с Чечней — исключение. О закрытом брифинге у Сергея Кириенко я уже говорила — с одной стороны, дефицит инсайда стал приводить к тому, что за новость приличные СМИ стали выдавать ее отсутствие. А с другой — в текстах о тех, кто «продался» администрации за доступ к телу, очень мало уважения к людям, которые умеют получать инсайд, и вообще понимания профессии. Нет, не все, что тебе рассказывают, нужно публиковать с огневыми пометками, нет, не всегда стоит говорить собеседнику из власти, который делится инсайдом, что он козел, и его политические взгляды порочны. Плохо еще, если споры в соцсетях подменяют саму журналистскую работу. Когда главные редакторы пишут подробные рецензии на чужой текст или интервью, в которых что-то недосказано, считая как бы, что работа сделана — хотя вместо похлопывания по плечу, можно написать новый текст в своем медиа. Разные медиа, даже лучшие из них, в разное время вынуждены были идти на серьезные компромиссы — кто-то вырезал куски из текстов или эфиров, кто-то родственные связи главной героини, некоторые просто писали плохие тексты — а иногда плохой текст на важную тему опаснее недосказанности. Я к компромиссам отношусь без симпатии и жалости (и не всегда понимала их причину), но и публичную порку коллегам предпочитаю не устраивать — может, из робости, а может из самосохранения — к тому же, все за все уже заплатили. Рынок в таком состоянии, что довольно сложно выставлять счет руинам.

Тимченко У кого возьмете интервью вы?

В годовщину смерти Юлия Норкина «сообщила» подруге, где сейчас находится

В годовщину смерти Юлия Норкина «сообщила» подруге, где сейчас находится Андрей Норкин

04:51 05.06.2021 15643 Ровно год прошел с момента смерти 52-летней Юлии Норкиной. В эфире «Пусть говорят» выступила Алена Кравец и заявила, что общается с журналисткой через сновидения.

Год назад, 4 июня 2020-го, из жизни ушла теле- и радиоведущая Юлия Норкина. Друзья и родственники журналистки не могли поверить в трагедию, и многие до сих пор переживают утрату. Так, в студии «Пусть говорят» гостей шокировала своим заявлением светская дива Алена Кравец, которая была знакома с усопшей.

Девушка заявила, что продолжает общаться с супругой Андрея Норкина через сновидения. Недавно, по словам Алены Кравец, Юлия обрадовала ее хорошей новостью.

«Я плакала из-за ухода Юли очень долго. Как только вспоминала о ней, на глаза наворачивались слезы. Но потом Юля приснилась и сказала: „Аленка, не рыдай. Мне тут лучше, чем на земле!” Сегодня, в годовщину смерти, Юля пришла ко мне вся в белом, словно невеста. Сказала, что попала в рай. „Алена, мы с тобой еще встретимся, но позже!“»  цитирует гостью студии «Экспресс-газета».

Ранее НЕВСКИЕ НОВОСТИ писали подробнее о трагической судьбе Юлии Норкиной и ее неожиданной кончине. По официальной информации, смерть наступила в результате инфаркта.

Понравился материал?Подпишись на «Невские новости»

Материалы партнеров:

Анна Тимченко - КАВЯР

Тимченко Анна

Сумы, Украина

2

Соавторы

  • Мариус Чобану | MALVIE Журнал
  • MALVIE Magazine
  • Сергеева Виктория

Портфель

  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Анна Тимченко Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Анна Тимченко Лида Сугоньяко -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Анна Тимченко Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Лида Сугоньяко Анна Тимченко Дьяговченко Юлия -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Лида Сугоньяко Анна Тимченко Дьяговченко Юлия -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Анна Тимченко Лида Сугоньяко -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Анна Тимченко Лида Сугоньяко Дьяговченко Юлия -
  • Работа от Журнал MALVIE Сергеева Виктория Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Работа от Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Сергеева Виктория Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -
  • Белый и серебристый от Сергеева Виктория Журнал MALVIE Мариус Чобану | Журнал MALVIE Дьяговченко Юлия Лида Сугоньяко Анна Тимченко -

Контакты

atimchenko21

КАВЯР | О нас | Контакты | Популярные произведения | Последние работы | Instagram | Facebook | Twitter | Электронная почта | Конфиденциальность | Условия

Интервью с Генеральным директором, членом Совета директоров ДТЭК Максимом Тимченко

TEI: Вы вообще ожидали кризиса? Как вы на это отреагировали?

Максим Тимченко: Всегда есть люди, которые утверждают, что любой кризис можно спрогнозировать и предвидеть неблагоприятный ход событий.Однако большинство наиболее авторитетных экономистов мира не смогли предсказать масштаб этого кризиса.

На мой взгляд, прогнозировать сложно, потому что сегодня слишком много переменных, которые нельзя учитывать из-за глобальной интеграции. Нынешний кризис стал первым комплексным потрясением для украинской экономики в эпоху глобализации.

Менеджер не может предсказать будущее, но он может и должен моделировать развитие ситуации.Решения нужно принимать быстро, но основывать их на тщательном анализе. Это помогает избежать опасности попасть в ловушку обстоятельств, потерять контроль над ситуацией и действовать только постфактум. Кроме того, кризис - это еще и новые возможности, нужно просто адаптироваться и начать жить в новой реальности. Мы серьезно пересмотрели ключевые бизнес-процессы в нашей компании, чтобы соответствовать новым обстоятельствам. Мы также рассмотрели нашу прибыльность в более широком контексте.

Однако самое главное - смотреть в будущее компании, а не концентрироваться на кризисном периоде, и поддерживать стратегические проекты в рабочем состоянии.Нужно сохранять хладнокровие и не отказываться от хороших занятий.

TEI: Что помогает вам и вашей организации справиться с кризисом? Какие организационные компетенции оказались наиболее важными?

Максим Тимченко: Прежде всего, это была сила нашей команды. Бесполезно полагаться на внешних консультантов, международно признанные методы или стандартные алгоритмы принятия решений. Вокруг должны быть люди, которые действительно понимают природу бизнеса, умеют работать в местных условиях и находятся на одной «волне».

Я соблюдаю несколько правил. Во-первых, нужно действовать быстро и решительно, но основывать свои решения на тщательном анализе. Поэтому роль внутренней экспертизы и анализа в нашей компании очень велика. Во-вторых, необходимо разработать план действий на случай самых неблагоприятных обстоятельств - никто не знает, насколько ухудшится ситуация. Формирование стратегии компании - это совместная работа всех подразделений, а не одного отдела. Такой подход позволяет нам учитывать не только финансовые и экономические факторы при моделировании будущего компании, но также технологические, социальные и кадровые факторы.Для нас это чрезвычайно важно, ведь одна из ключевых ценностей ДТЭК - люди.

В-третьих, помимо скорости принятия решений важно их дисциплинированное исполнение. Прежде всего, важно заручиться доверием ключевых людей (акционеров, персонала, руководства и т. Д.). Их доверие является фундаментальным активом во время кризиса.

TEI: Как изменился ваш стиль управления? Изменились ли ваши приоритеты? Какие навыки вы считаете наиболее важными в настоящее время? Чего не хватает?

Максим Тимченко: Я стремился стать более открытым в обсуждении проблем компании со своей командой и получил от этого ряд преимуществ.Кризис увеличил потребность в текущей информации о том, что происходит на предприятиях компании, прежде чем эти данные будут агрегированы в официальных отчетах. Это позволяет мне быть в курсе реальной ситуации и гибко и быстро принимать решения. Немного изменилась роль корпоративного центра. Если раньше он был стратегическим центром, то теперь он больше участвует в принятии оперативных решений.

TEI: Какие менеджеры в вашей организации оказались наиболее эффективными? Что особенного в их стиле?

Максим Тимченко: Хочу повторить, что залог успеха нашей компании - это сплоченная и эффективная КОМАНДА.Естественно, что у каждого менеджера есть свой стиль управления, который выгодно отличает его от других. Однако, когда мы сотрудничаем и дополняем друг друга, мы можем принимать быстрые, но сбалансированные и эффективные управленческие решения. Считаю это одним из главных наших преимуществ.

TEI: Чем вам пришлось пожертвовать в этом кризисе? Что вы узнали? Изменилось ли ваше представление о том, каким должен быть генеральный директор?

Максим Тимченко: Прежде всего нужно научиться принимать решения в условиях неопределенности и одновременно брать на себя ответственность за подведение итогов.Нужно научиться уравновешивать интуицию и расчет.

Я определил для себя, что настоящий лидер - это не камень, на который разбиваются трудности и проблемы. Часто твердость путают с жесткостью, и жесткость в конечном итоге превращается в хрупкость. Лидер должен быть гибким и адаптивным. Однако, идя в ногу с трендом и меняя тактику, нужно оставаться верным себе и тем ценностям, которые всегда отстаивал.

«... Менеджер не может предсказывать будущее, но он может и должен моделировать развитие ситуации »

Я понял, что открытость внутри компании позволяет выполнять даже самые сложные решения. Я убежден, что вы не можете требовать от своих сотрудников каких-либо жертв, если не делаете их сами. Этот принцип «только вместе» помогает укрепить команду и усилить чувство единства. Сегодня наша организация работает как единый организм, поэтому сложные, но необходимые решения принимаются не только корпоративным центром, но и сотрудниками заводов.

Трудно одновременно быть лидером, внушающим доверие и вдохновляющим людей, и менеджером, отвечающим за антикризисные меры. Однако генеральный директор должен уметь совмещать эти две роли.

Фотография: e-wiki

Ikonostas, Autore a Ikonostas by Daniela Corcio · Pagina 7 di 17

Декабрь 2013 г .:

почти полный месяц, проведенный в Бразилии ..

Всегда готовый принять новые вызовы, Ikonostas в декабре этого года вылетел в Уберландию, чтобы поддержать оригинальный бразильский бренд высокой моды FABIANA MILAZZO.

Сотрудничество состоит из:

- исследование тенденций, ведущее к европейскому взгляду

- разработка и примерка новых стилей для новинки весна-лето 2015, да, неделя моды в Бразилии проходит на 6 месяцев раньше, чем в Европе

- знакомство с корсетными изделиями

Было приятно сотрудничать с компанией, которая специализируется на ручной вышивке и демонстрирует искусство корсетов.

Все рабочие в Бразилии продемонстрировали невероятную универсальность, у машинистов и раскройщиков есть другой метод работы, действительно далеко не тот строгий, с которым я всегда работал в Vivienne Westwood Ltd, где немцы и австрийцы идут непосредственно к конечному результату. , или в Италии, где машинисты и раскройщики с особой тщательностью относятся к любой детали.В Бразилии хорошо подготовленных школ, вроде европейских, не существует, но это дает людям огромное преимущество: они хотят учиться, они хотят улучшить свой метод и проявляют смирение в этом желании. Я очень ценю этот аспект.

В ожидании следующей недели моды в Сан-Паулу, чтобы увидеть новую коллекцию, я хотел бы поделиться видео с последнего показа мод Fabiana Milazzo, пожалуйста, нажмите на ссылку ниже. Я уверен, что многие из вас могут оценить стиль, цвета, вышивки и выбор музыки.Не босса-нова ... что-то, что я, вероятно, буду использовать больше, вместо этого, для моего следующего вдохновения, полностью захваченное из удивительной Бразилии

Fabiana Milazzo Outono / Inverno 2014

Хочу поблагодарить дизайнера Фабиана Милаццо за предоставленную мне возможность работать в ее блестящей стране.

Тимченко, Ротенберг иронизируют по поводу включения в санкционный список США - Россия

МОСКВА, 21 марта, 3:25 / ИТАР-ТАСС /.Российские бизнесмены Геннадий Тимченко и Аркадий Ротенберг описали решение США включить их в список лиц, подпадающих под недавно введенные санкции в ответ на признание Россией референдума о независимости в Крыму и городе Севастополе и последующее решение обосновывают свой запрос о приеме в члены федерации как «косвенное признание их заслуг перед Россией».

Источник из ближайшего окружения бизнесменов сказал, что оба отреагировали на новость, что их имена были включены в список с долей иронии.

«Оба истолковали решение Соединенных Штатов как косвенное признание их заслуг перед российским государством», - сказал источник.

Российская железнодорожная компания «РЖД», руководитель которой Владимир Якунин также находится в черном списке США, охарактеризовала решение администрации США как «следствие неадекватной реакции Соединенных Штатов на свободное выражение частной гражданской позиции по чрезвычайно серьезному вопросу. общественное и общественное значение в России ».

«Подобные меры полностью противоречат провозглашенным Соединенными Штатами принципам свободы слова и убеждений», - заявили в РЖД.

Геннадий Тимченко - мультимиллионер, занимающий девятое место в списке самых богатых бизнесменов России Forbes. Ему принадлежат контрольные пакеты акций компаний «Трансойл» (80%) и «Стройгаз» (63%). Ему также принадлежат пакеты акций НОВАТЭКа (23,5 процента) и СИБУРа (37,3 процента). Свою деловую карьеру он начал с должности вице-президента внешнеторговой организации Kinex, созданной на Киришском нефтеперерабатывающем заводе в Ленинградской области, которая со временем переросла в Gunvor.

США в четверг дополнили новый санкционный список именами двадцати российских официальных лиц.

В черном списке: председатель комитета Совета Федерации Виктор Озеров, депутат комитета Совета Федерации Владимир Джабаров, заместитель спикера Совета Федерации Евгений Бушмин, член Совета Федерации Николай Рыжков, вице-спикер Госдумы Сергей Железняк, депутат Госдумы Сергей Миронов, Совет Федерации. депутат Александр Тотонов, первый заместитель председателя комитета Госдумы Олег Пантелеев, спикер Госдумы Сергей Нарышкин, начальник ФСКН Виктор Иванов, начальник Главного разведывательного управления Генштаба Игорь Сергун, заместитель начальника Администрации президента Сергей Иванов, его первый заместитель Алексей Громов, помощник президента Андрей Фурсенко, президент РЖД Владимир Якунин, руководитель администрации президента Владимир Кожин, бизнесмены Геннадий Тимченко, Аркадий Ротенберг, Борис Ротенберг, Юрий Ковальчук и банк Россия.

Президент Барак Обама заявил, что подписал новый указ, позволяющий администрации США принимать санкции против «ключевых секторов российской экономики». Однако он согласился с тем, что применение таких карательных мер может нанести вред мировой экономике в целом.

Я чувствую запах крыс

Некоторые из самых крупных и толстых крыс в России начинают покидать тонущий корабль страны. Возьмем, к примеру, «Роснефть», подписавшую в январе соглашение об обмене акциями с ВР, или «Новатэк», который в феврале продал 12% своих акций французской компании Total.

С учетом лиц, участвовавших в этих сделках, и того факта, что премьер-министр Владимир Путин принимал непосредственное участие в обоих, соглашения выглядят как попытка правящей элиты России создать финансовую подушку на случай, если в России разыграется ливийский или египетский сценарий. .

Обмен акциями ВР-Роснефть инициировал вице-премьер Игорь Сечин. По словам генерального директора BP Роберта Дадли, Сечин считается прямым представителем Путина в нефтяном бизнесе, что фактически делает его самым влиятельным человеком в России после Путина.

Согласно соглашению, 5 процентов акций ВР будут обменены на около 9,5 процента акций Роснефти, а общая сумма сделки составит 7,8 миллиарда долларов.

Это резко контрастирует со временами, когда Shell, Mitsui и Mitsubishi были лишены контрольных пакетов акций проекта «Сахалин-2» в 2006 году, а Дадли, тогдашний глава ТНК-ВР, был вынужден покинуть Россию после того, как ему была предоставлена ​​рабочая виза. в 2008 году не продлен.

Соглашение с Новатэком было подписано 3 марта в Ново-Огарево при личном благословении Путина.Согласно официальным данным, Total приобретет 12% акций Новатэка, второго по величине производителя газа в России, у своего генерального директора и крупнейшего акционера Леонида Михельсона и совладельца Геннадия Тимченко.

Особого внимания заслуживают огромные суммы, задействованные в этой сделке. Фактически, 20 декабря Газпром продал Газпромбанку 9,4% акций Новатэка за 57,5 ​​млрд рублей (2 млрд долларов). Еще днем ​​ранее эта доля была оценена на ММВБ в 87 млрд рублей, а сейчас она стоит 101.3 млрд руб. Буквально на следующий день, 21 декабря, Газпромбанк перепродал эти акции Новатэку. Теперь, на глазах у Путина, Тимченко и Михельсон перепродали несколько крупных пакетов акций компании Total за 30% больше денег, чем «Газпром» получил за те же акции.

«Газпромом» управляет друг Путина Алексей Миллер, Газпромбанк принадлежит другу Путина Юрию Ковальчуку, а еще один друг Путина, Тимченко, является совладельцем «Новатэка». У нас есть сложная, многоэтапная финансовая сделка, в которой частные лица и компании, имеющие тесные связи с Путиным, бросают акции и ценные бумаги на миллиарды долларов в неясной форме.

схемы под столом.

Похоже, что сделки «Роснефть-ВР» и «Тотал-Новатэк» предназначены для продажи активов на случай, если Россия станет следующей в очереди на революцию.

Одно дело, когда с корабля сбегают крысы, даже огромные, толстые. Но когда капитан и первый помощник капитана также спасаются - или, по крайней мере, вызывают капитана иностранного корабля и начинают выгружать все свои накопленные богатства - это признак того, что ситуация действительно стала очень серьезной.

Я предсказываю, что «Единая Россия» легко получит 70 процентов голосов на декабрьских выборах в Государственную Думу.Но я не уверен, что следующая Дума доживет до своего срока. Его вполне может смести революция.

Юлия Латынина ведет ток-шоу на радио «Эхо Москвы».

Британских Виргинских островов не смогли расправиться с Mossack Fonseca | Британские Виргинские острова

Британские Виргинские острова продолжали выдавать лицензии Mossack Fonseca, юридической фирме, оказавшейся в эпицентре беспрецедентной утечки конфиденциальной информации, несмотря на то, что она постоянно знала, что ей не удавалось выяснить, кто владеет компаниями на ее бухгалтерских счетах.

Зарегистрированные агенты, такие как панамская юридическая фирма, несут юридическое обязательство предоставлять информацию о компании по запросу властям островов, британской заморской территории.

Но анализ, охватывающий десять лет и более 600 официальных запросов правоохранительных органов от Агентства финансовых расследований Британских Виргинских островов (FIA), показывает, что во многих случаях Mossack Fonseca не знала, от кого действовала.

В период с 2005 по 2008 год в более чем 100 запросах, изученных Guardian, фирма смогла назвать истинного владельца компании только пять раз.

Даже после того, как в 2008 году законы были ужесточены, он все еще не мог назвать бенефициарных владельцев своих компаний в более чем 70 из примерно 500 официальных запросов о предоставлении информации.

В 2015 году производительность улучшилась. Имя было дано в ответ на все, кроме одного, из примерно 90 запросов в утечке Панамских документов - огромного хранилища документов от панамской юридической фирмы, которая помогала богатым клиентам использовать секретные офшорные налоговые режимы.

Бывший премьер-министр Украины Юлия Тимошенко была среди клиентов, личность которых оставалась скрытой от регуляторов.Также были сбои в отношении компаний, принадлежащих Алаа Мубараку, сыну бывшего президента Египта Хосни Мубарака, и Геннадию Тимченко, который находится под санкциями за оказание финансовой поддержки Владимиру Путину.

В этом контексте нет никаких оснований предполагать, что какие-либо бенефициарные владельцы нарушили правила Британских Виргинских островов или были осведомлены о запросах FIA. Но Mossack Fonseca не может вести бизнес на Британских Виргинских островах без государственной лицензии. Анализ показывает, что в течение последних 10 лет Британские Виргинские острова лицензировали фирму, хотя знали, что она не выполняет свои юридические обязательства.

Бродрик Пенн, постоянный секретарь в офисе премьер-министра Британских Виргинских островов Орландо Смита, сказал: «На Британских Виргинских островах действует широко признанный надежный режим регулирования и соблюдения нормативных требований. Мы продолжаем играть конструктивную роль в продвижении инициатив по международной прозрачности, обмену информацией и борьбе с отмыванием денег на самом высоком уровне.

«С точки зрения политики и закона мы не комментируем отдельные случаи. Британские Виргинские острова активно расследуют проблемы несоблюдения и работают с иностранными компетентными органами для выявления, предотвращения и преследования незаконных действий, обеспечивая соблюдение наших законов и прозрачность действий при выявлении нарушений.

Mossack Fonseca сказал: «Мы регулярно выполняем запросы властей, проводящих расследование в отношении компаний или частных лиц, которым мы предоставляем услуги. Мы проводим комплексную проверку клиентов в начале потенциального взаимодействия и на постоянной основе. Во всех приведенных вами случаях комплексная проверка всегда проводилась в соответствии с законами и постановлениями, действующими в соответствующей юрисдикции ».

Дэвид Кэмерон лично призвал Британские Виргинские острова и другие налоговые убежища под суверенитетом Великобритании бороться с отмыванием денег и ввести центральные реестры бенефициарных владельцев, а также сделать их общедоступными.Пока только Монтсеррат указала, что сделает это.

Смит сопротивлялся введению центрального реестра на правительственном уровне. Вместо этого Британские Виргинские острова в этом году начали требовать от зарегистрированных агентов, таких как Mossack Fonseca, вести учет основной информации, включая имя, адрес и дату рождения бенефициарных владельцев.

Здание в Панама-Сити, где базируется юридическая фирма Mossack Fonseca. Фото: Эдуардо Гримальдо / AFP / Getty Images

По словам участников кампании, трудности с идентификацией бенефициарных владельцев могут помешать международным уголовным расследованиям.Запросы об именах обычно возникают при обращении в правоохранительные органы, например, в ФБР в США или в Управление по борьбе с серьезным мошенничеством Великобритании. Быстрый обмен информацией имеет решающее значение для отслеживания и замораживания активов преступников, а также при составлении санкционных списков.

В 2008 году на Британских Виргинских островах были ужесточены правила борьбы с отмыванием денег. По закону агенты компании обязаны отвечать на запросы правительства о предоставлении информации «без промедления». Mossack Fonseca подписала с клиентами соглашения, в которых обещали, что информация о бенефициарных владельцах будет предоставлена ​​в течение 24 часов.

В случаях, рассмотренных Guardian, компании требовалось в среднем девять дней для ответа. В одном случае это было три месяца.

Секретность помогает поддерживать экономику Британских Виргинских островов на плаву. Корпоративные сборы приносят чуть более 50% государственных доходов. По данным страны, там было зарегистрировано более 950 000 оффшорных компаний. Mossack Fonseca действовала как минимум на 113 000 человек. Еще 3000 были созданы в других юрисдикциях Великобритании, включая Британскую Ангилью, Джерси, остров Мэн и саму Великобританию.

Mossack Fonseca часто не хранит информацию о бенефициарных владельцах. В основном он использовал лазейку в законодательстве, позволяющую агентам компании полагаться на «знакомого» для проведения комплексной проверки.

Если к FIA обратится, фирма попросит представителя сообщить имена владельцев. В некоторых случаях Mossack Fonseca не могла назвать имя, так как представитель игнорировал или отклонял просьбы о помощи.

В феврале 2012 года Mossack Fonseca уволилась из компании, которая, как сообщается, была связана с Тимошенко, после того, как ей не удалось выяснить имя владельца у ее представляющего, банка.Судебные документы, поданные позже в том же месяце, показывают, что Bassington Ltd принадлежит Тимошенко, которая отрицает какие-либо правонарушения в связи с компанией.

Бывший премьер-министр Украины Юлия Тимошенко. Фотография: Сергей Супинский / AFP / Getty Images

В нескольких случаях Mossack Fonseca непреднамеренно предоставляла неверные или, скорее всего, неверные имена бенефициарных владельцев. В 2013 году он назначил Рейнхольда Ортера владельцем четырех компаний. Судя по всему, это было неправильное написание Рейнхольда Ортнера, номинального директора из Лихтенштейна, уже связанного с несколькими компаниями в его книгах.

Два года спустя одна из указанных компаний, Southport Management Services Limited, подверглась санкциям со стороны казначейства США за ее связь с ее фактическим бенефициарным владельцем Тимченко из-за его предполагаемой поддержки Путина. Тимченко отверг утверждения о том, что он близок к президенту России, как «возмутительные».

Ортнер сказал, что, хотя он и был директором рассматриваемой компании, он никогда не был ее бенефициарным владельцем.

«Безупречно»

В 2014 году Mossack Fonseca заявила на Британских Виргинских островах, что женщина по имени Бренда Кокседж является бенефициарным владельцем Baryk Investments Limited.The Guardian назвал Кокседжа номинальным директором - человеком, который называет свое имя, чтобы скрыть истинных лиц, управляющих компанией - более чем 700 офшорных компаний по всему миру в предыдущем году.

Mossack Fonseca, судя по всему, была дважды оштрафована Комиссией по финансовым услугам Британских Виргинских островов за несоблюдение надлежащей проверки, в одном случае в отношении компании, окончательно принадлежащей Алаа Мубараку.

Он сказал, что штрафы были наложены на зарегистрированных агентов, таких как он сам, когда посредники не выполнили свои обязательства по раскрытию информации о том, когда клиенты были осуждены или подвергнуты санкциям.В нем говорилось: «Мы - ответственные члены мирового финансового и делового сообщества. На протяжении 40 лет Mossack Fonseca безупречно работает в нашей стране и в других юрисдикциях, где мы работаем ».

Группа отчетности Panama Papers: Джульетт Гарсайд, Люк Хардинг, Холли Уотт, Дэвид Пегг, Хелена Бенгтссон, Саймон Бауэрс, Оуэн Гибсон и Ник Хопкинс

Благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко продолжает сотрудничество с Кубком Газпром нефти - Детский хоккейный турнир Кубок Газпром нефти

Благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко вновь станет партнером крупнейшего в Европе хоккейного турнира среди юношей до 11 лет - «Кубка Газпром нефти».

Традиционно в рамках конкурса Фонд Тимченко проводит масштабную образовательную программу.

Ведущие хоккейные специалисты проведут обучающие семинары для тренерского штаба участников соревнований. Мастер-классы также будут открыты для тренеров, работающих с детскими командами, не участвующими в розыгрыше Кубка Газпром нефти. Лекции по спортивной психологии будут читать сотрудники НГУ им. Лесгафта и Сибирского государственного университета физической культуры и спорта родителям участников турнира.

Помимо образовательной программы для взрослых, Фонд Тимченко не забыл и самих футболистов: тренировочное оборудование будет вручено восьми специально номинированным командам.

Член ученого совета НГУ им. Лесгафта Юлия Родыгина ведет семинар для родителей игроков. Сочи, 21.04.2016

«Кубок« Газпром нефти »- важный этап в становлении юных спортсменов как профессиональных хоккеистов. Ответственность за воспитание этих детей лежит в первую очередь на родителях и наставниках.Поэтому уже третий год Фонд Тимченко проводит для них обучающие семинары на турнире.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *